Сирень (ЛП)

— А как насчет меня? Чем я пахну?
Мое сердце пропустило удар, когда воздух наполнился ароматом ванили.
— Откуда ты узнал, что я вообще что-то чувствую?
— Точно так же, как я понял, что ты в сто раз сложнее, чем кажешься, Брэкстон Фаун. Я не переставал обращать на это внимание, — когда он поцеловал меня, он заставил мои губы раздвинуться, а мой рот принять его язык. Я застонала в ответ. Это был отчаянный, надломленный звук. Какие бы эмоции ни вызывал Хьюстон, я была пьяна от них к тому времени, когда он отпустил меня подышать свежим воздухом. — И никогда не перестану, — предупредил он меня.
Я вздрогнула в тот момент, когда Лорен неторопливо вошел на кухню, полностью одетый и нагло галантный. Если когда-либо и существовал ходячий пример совершенства, то это был он. На мой взгляд, я звучала как опьяненная любовью дурочка, но из-за того, как они втроем подавляли меня, по отдельности и определенно вместе, было трудно думать о чем-то другом, кроме как уступить им.
— Можешь перестать лапать мою девочку? — Лорен скривился. Он даже не смотрел на нас. Он сосредоточился на том, чтобы застегнуть свои дорогие на вид часы, стоя у двери с хмурым видом. — Нам нужно кое-куда идти.
— Она не только твоя, — напомнил ему Хьюстон.
— Продолжайте драться из-за меня, как будто я игрушка, и я брошу вас троих ради самой себя.
Голова Хьюстона снова повернулась ко мне, и его губы дернулись, когда веселье осветило его глаза:
— Черт возьми, детка, Рика здесь даже нет. Его тоже бросишь?
— Ага.
Только не по той причине, в которую они оба верили.
Даже сейчас Джерико являлся пропавшим без вести, и моя гордость не позволяла мне спросить где он. Я не хотела знать, избегает ли он меня снова.
Закончив застегивать часы, Лорен поднял глаза, а затем откинулся назад, упершись правой ногой в стену.
— Какого цвета трусики сегодня надеты? — спросил он с улыбкой.
Внезапно я оказалась в поле. Трава была мне по пояс, и я почти чувствовала, как лепестки цветов проскальзывают у меня между пальцами, когда я шла. Я знала ответ, который искал Лорен, потому что я тоже не забыла тот день, когда стала «Связанной».
— Черные, как мое сердце.
Я увидела гордость в глазах Лорена и поняла, что всегда буду принадлежать им.
Джерико все еще не вернулся, когда мы отправились в часовую поездку в Портленд. Что еще больше раздражило Хьюстона и Лорена, они притворялись, что не знают, куда он делся и что его задержало.
Я не хотела быть из тех девушек, которые не задают важных вопросов, потому что слишком боятся ответов. День за днем казалось, что это именно то, кем я позволяю себе стать. Я бы не знала, как отпустить их, если бы они заставили меня это сделать, и было очевидно, что у Джерико были секреты.
Сможем ли мы их пережить?
Мой желудок наполнился ужасом, когда ответа не последовало. Мой разум, казалось, не мог остановиться ни на одной теории о том, что он скрывал от меня, потому что мое сердце отказывалось верить хоть в одну из них. Когда я поняла, что мои руки сжимаются на коленях, я с усилием развела их в стороны и проглотила вопрос, несмотря на призрачный привкус кислого молока.
Нахуй все это.
Испытывая отвращение к самой себе, я взяла телефон в руку и начала печатать еще до того, как поняла, что скажу.
Где ты?
Зеленые яблоки лопнули у меня на языке, когда он сразу же ответил. Я этого не ожидала.
Джерико: Дома.
Я усмехнулась, чем на мгновение привлекла внимание Хьюстона ко мне, поскольку он вел машину одной рукой, а другой возился с радио. Наконец-то позволив себе задать вопрос, от которого мое сердце застряло в горле с тех пор, как он впервые начал отстраняться, я напечатала свой ответ.
Ты избегаешь меня?
Мои руки дрожали, когда я наблюдала, как эти чертовы пузыри появлялись и исчезали, казалось, целую вечность. Несмотря на то, что я знала правду, я не была так готова к этому, как думала.
Рик: Да.
Я не успела сообразить, что мне следует на это сказать, как он прислал еще одно сообщение.
 
Рик: Нам нужно поговорить.
Лорен что-то говорил. Не знаю, относилось ли это к Хьюстону или ко мне, когда Хьюстон припарковал свой грузовик перед низкой каменной стеной маленькой грязной стоянки. Я не ответила Лорену, вместо этого отправив сообщение Рику.
О чем?
Он заставил меня наблюдать за танцем этих пузырьков достаточно долго, чтобы заставить меня опасаться худшего, только для того, чтобы он прислал еще один загадочный ответ из одного слова.
Рик: Позже.
Я ненавидела его.
Чувствуя, что меня вот-вот вырвет, я поспешно распахнула переднюю пассажирскую дверь матово-серого Хьюстонского универсала «G-Wagon» и выбралась наружу, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Я чувствовала их внимание, но пока не могла встретиться с ними лицом к лицу. Они бы поняли, о чем я думаю, и нашли бы ему оправдания.
Нет, я написала Рику, когда запах тлеющих углей ударил мне в нос. Я хочу поговорить сейчас.
Рик: Мы сделаем это, детка. Сегодня вечером. Обещаю.
Иди ты нахуй.
Мой телефон только подтвердил, что сообщение доставлено, когда сразу после этого начал звонить. Я уставилась на имя Рика на экране, прежде чем полностью выключить его и засунуть телефон в карман.
Я больше не хотела разговаривать.
Мне хотелось кричать.
Мне хотелось плакать.
Я хотела сделать и то, и другое, убивая Рика за то, что он заставил меня так себя чувствовать.
А потом я подумала, сколько пройдет времени, прежде чем Хьюстон и Лорен сделают то же самое. Сколько пройдет времени, прежде чем и они медленно и мучительно разобьют мое сердце на мелкие кусочки?
Я почувствовала, как тяжелые руки обхватили меня за талию, но я сопротивлялась им.
Они напряглись как раз перед тем моментом, когда дышать стало бы невозможно, и, наконец, я расслабилась.
— Это не то, что ты думаешь, — прошептал Хьюстон, почувствовав, что я сдаюсь. — Он не передумал.
— Откуда ты это знаешь? — я категорически ответила. — Без приглашения проник в его голову?
Хьюстон сжал мою талию, прежде чем развернуть меня лицом к себе. Я не могла справиться с напряженностью его взгляда, который заставлял меня доверять ему, поэтому опустила взгляд к его ногам.
Хьюстон снова вздернул мой подбородок:
— Я знаю, потому что не существует такой вещи, как забыть тебя.
Чувствуя, как бабочки в моем животе взлетают, я закатила глаза вместо того, чтобы раствориться в нем, как мне хотелось. Я еще не была готова ему поверить.
— Джерико скажет тебе, о чем он думает, когда будет готов.
— И так будет всегда? — огрызнулась я, отстраняясь от него. — Я ускоряюсь, когда вы захотите, и жду, когда вы прикажете?
Для начала, они не дали мне времени обдумать последствия того, что я была со всеми тремя из них. Теперь они хранили секреты и ожидали вежливости и терпения — добродетелей, которые они не смогли в свое время проявить ко мне.
Может быть, это мне следовало передумать.
Я была готова уйти, хотя бы на мгновение, чтобы отдышаться и подумать, я отступила еще на шаг.
Я не успела продвинуться дальше этого, как Лорен, подкравшийся сзади, зажал меня между ними.
— Что-то случилось, что нам следует знать? — небрежно поинтересовался он, оставляя меня лицом к Хьюстону. Его тон был зловещим, как будто он прочитал мои мысли.
Не обращая внимания на металлический запах, пропитавший воздух, я вздернула подбородок, надеясь, что это послужит им предупреждением.
— То, что вы оба мудаки?
Тихий смешок Лорена был слышен, когда он мягко подтолкнул меня вперед, чтобы я пошла дальше, когда Хьюстон отошел и повел нас вниз по лесной тропе.
— Вы не беспокоитесь о том, что вас узнают? — я спросила их, когда мы проходили мимо людей, бегающих трусцой или прогуливающихся туда-сюда.
Хьюстон пожал плечами, продолжая смотреть прямо перед собой и плотно сжав челюсти: