Последние ритуалы
— Значит, палец, найденный в здании факультета, — тоже из твоих кулинарных опытов?
— Это самый первый. Я хотел поприкалываться над Бриет и засунул его в капюшон ее парки, ну, смеха ради. Я думал, она шарахнется, когда палец свалится ей на лицо, а она даже не заметила. К счастью, факультетские с нами это не связали, но я такого больше не подстраивал, а то нарвались бы на неприятности.
Тора решила немного сменить курс. Ей за глаза хватило этого анатомического театра. Тьфу ты господи, опять глаза…
— Почему ты скрыл от нас ваши совместные поездки в Хаульмавик и в отель «Рангау»? Мы знаем, что ты там был вместе с Гаральдом.
— Я не хотел, чтобы меня связывали с музеем колдовства. Именно там Гаральд получил заклинание для нашего контракта. Я ждал снаружи, на скамейке, пока он разговаривал с экскурсоводом. Они нашли общий язык, это точно. А у меня было чудовищное похмелье, я чувствовал себя препогано, поэтому не захотел идти внутрь. Ручной ворон составил мне компанию.
— А что насчет отеля «Рангау»? Зачем Гаральд туда поехал? Я знаю, ты был с ним.
Халлдор покраснел.
— Понятия не имею, что он там делал. Ясно одно — не на рыбалку приехал. Больше ничего не знаю. Мы остановились в отеле, и Гаральд куда-то ушел, а я сидел в номере и читал учебники.
— Почему ты не пошел с ним?
— Он не хотел, — ответил Халлдор. — Он взял меня с собой, потому что я говорил ему про свою засаду с учебой, и он сказал, что знает одно местечко, где больше нечем заниматься, и он меня там запрет с книгами на все выходные. Вот он и сдержал слово. Не в буквальном смысле, конечно, но не взял меня с собой. Я не знаю, где он был, но ведь Скаульхольт там рядом…
— Вы же проводили время вместе? Неужели не разговаривали о его делах?
— Разумеется, мы вечером встретились, поужинали и пошли в бар, — произнес Халлдор, глядя на нее и улыбаясь. — И, знаете ли, обсуждали там совершенно иное…
— Так почему же ты отпирался, что туда ездил? — недоумевала Тора. — И почему зарегистрировался как Гарри Поттер?
— Для смеха, — раздраженно ответил Дори. — Гаральд. записал меня под этим именем. Ему нравились всякие прозвища, и я был постоянной мишенью для его фантазий. Кстати, с чего это я должен вам все рассказывать? Я солгал просто так, ну и что? — вызывающе спросил он.
— А то, что полиция, пожалуй, не ошибается и Гаральда убил действительно Хюги, а ты довершил, возможно, сам того не осознавая. Вы ведь конченые извращенцы, и скорее всего он такой же чокнутый, как остальные, поэтому убил Гаральда из-за чего-нибудь дурацкого, чего никто, кроме него, не поймет.
— Нет! — Гнев Халлдора уступил место отчаянию. — Хюги и подавно его не убивал!
— В его шкафу нашли футболку, испачканную кровью Гаральда. Хюги не смог объяснить, как она туда попала. Полиция считает, что ей, как тряпкой, вытерли кровь. — Тора посмотрела на Халлдора. — Футболка, кстати, такая же, в которой был некто, когда Гаральду делали операцию по разрезанию языка. На ней написано «100 % силикон».
Халлдор с рвением кивнул.
— В этой футболке был Хюги. На нее попала кровь, и он ее снял. А после операции — да, я воспользовался ею как тряпкой. Я не хотел, чтобы Хюги об этом знал. Просто засунул футболку в его шкаф. Хюги не убивал Гаральда.
— А кто же его убил?! — вскричала Тора. — Вот увидишь, в этом обвинят Хюги вне зависимости от того, что произойдет с тобой и твоими дружками за надругательство над телом.
— Бриет, — неожиданно сказал Халлдор. — Наверняка его убила Бриет.
Тора задумалась. Бриет, миниатюрная блондинка с большой грудью.
— И почему ты так думаешь? — спокойно спросила она.
— Просто так, — невнятно ответил Халлдор.
— Нет уж, давай говори. Если ты называешь конкретно ее, значит, у тебя есть основания. Почему? — решительно требовала Тора.
— Потому. Когда мы были в городе, она тихонько выскользнула из бара. А потом сказала, что потеряла нас, но мы-то с места не сходили, по крайней мере некоторые.
— Этого недостаточно. — Тора даже не стала спрашивать, почему он не сообщил об этом полиции. В своих показаниях они все твердили, что оставались вместе.
— Чайная ложка, — вдруг тихо заныл Халлдор. — Марта Мист избавилась от ножа — и все, его нет. А Бриет поручили избавиться от ложки. Теперь я понял, как она ни с того ни с сего материализовалась. Она ее не выбросила, а вернулась и сунула ложку в буфет, где полиция ее и нашла…
— А зачем ей это понадобилось? Что-то я не вижу здесь логики.
— Еще какая! Она хотела меня подставить. Она никогда не дотрагивалась до ложки голой рукой, как я. На ней были варежки. Все из-за того, что я ее бросил. Не знаю… — Дори заерзал на стуле. — Вообще в ту ночь она вела себя странно. Когда мы нашли тело, она единственная не завопила и не заорала. Другие совершенно обезумели, а она вела себя спокойно. Просто смотрела, не говоря ни слова, а потом неожиданно напомнила мне о контракте. Специально все подстроила. Если не верите, спросите остальных. — Он потянулся через стол и схватил Тору за руку. — Она знала об окне. Может быть, в тот вечер она влезла туда раньше? Она психовала из-за того, что Гаральд не разговаривал с ней всю предыдущую неделю. Он ни с кем тогда не общался, но не это важно. Может, она взбесилась, или что-то в этом роде, или у нее было с Гаральдом свидание, а он ее кинул… Да мало ли. Я об этом столько думал… Проверьте, поговорите с ней — ради меня.
Тора высвободила руку.
— У людей разные реакции на шок. Может быть, Бриет впала в транс. Нет, я не хочу с ней говорить. Предоставим это полиции.
— Если вы не верите мне, что она ненормальная, поспрашивайте в университете. У нее с Гаральдом был какой-то совместный проект, так она изгадила все. Поговорите там, спросите… — Он смотрел на нее умоляюще.
— Что за проект и что с ним не так? — медленно спросила Тора.
— Что-то связанное с епископом Бриньольвом Свейнссоном. Они занимались подборкой всего, что есть о нем в разных архивах. Ей вдруг втемяшилось, что какие-то документы украдены. Случился адский скандал. А потом выяснилось, что все ерунда. Она просто псих, а я раньше этого не замечал. Поспрашивайте в университете — сделайте хотя бы это.
— Кто руководил проектом? — спросила Тора и тут же пожалела об этом. Вышло так, будто она начала соглашаться с его версией, под которой не было никаких оснований.
— Я не знаю. Должно быть, тот же профессор, Торбьёрн. В университете знают. Пойдите и спросите, пожалуйста! Не пожалеете.
Она встала.
— Пока, юный пекарь. Я найду тебе адвоката, если хочешь.
Он покачал головой и уставился на свои коленки.
— Я думал, вы поймете… Вы хотели помочь Хюги, и я решил, что вы поможете и мне.
Внезапно Тора его пожалела. Сработал материнский инстинкт. Или это уже инстинкт бабушки?
— Кто сказал, что я не собираюсь тебе помогать? — произнесла она. — Зависит от того, что я выясню. Защищать тебя я не стану и под дулом пистолета, но в суд пойду. Ни за какие коврижки не пропущу этот процесс.
Он посмотрел на нее и вяло улыбнулся. Тора постучала в дверь, и ее выпустили. Судя по всему, дело идет к развязке.
Глава 32
12 декабря 2005 года
Тора ритмично стучала карандашом по краю стола.
— Я слышал, старичкам из «Роллинг Стоунз» требуется ударник, — заметил Маттиас. — Поскольку ты недавно стала бабушкой и умеешь барабанить, тебя возьмут без вопросов.
— Очень смешно. — Тора отложила карандаш. — И главное — помогает мне думать.
— Думать? Зачем тебе сейчас думать?
Накануне Тора рассказала ему об отчаянных попытках Халлдора перевести стрелки на Бриет, и Маттиас высмеял эту версию. Тора тоже считала ее притянутой за уши, но, проворочавшись всю ночь без сна, утром встала уже не столь уверенной.
— Кажется, все встает на свои места, — продолжил Маттиас, — за исключением нескольких болтающихся концов. Поверь, когда полиция поработает с Халлдором, то и деньги всплывут, и манускрипт появится, если он вообще существует. — Он выглянул в окно. — Пойдем в ресторан, съедим поздний завтрак.