Лорд I. Мой начальный юнит слишком слаб (СИ)

Сама же женщина, подойдя к группе Фео, всё также держала над своей головой ореол. Тускло сверкая, он оставался последним лучом света в этом месте, неосознанно притягивая взгляды всех монстров.
И именно в этот момент танцовщица принялась исполнять свой танец. На этот раз более уверенно. Плавные движения переливались, словно вода, из одного положения в другое. Больше не ограниченная пространством дерева, она взяла для своего выступления всё поле битвы.
Среди смерти, среди луж крови и зловония тел, она касалась алой жидкости своими босыми ногами и вместе с танцем разбрызгивала вокруг себя краски жизни.
Жизни товарищей и друзей, что погибли в этом бою.
Одна из близняшек, по-прежнему сидя на коленях, рыдала над трупом убитой сестры. Как бы эльфийка ни пыталась привести её в чувства, всё было бесполезно.
Одинокий кобальт сидел в стороне, облокотившись спиной на Монумент славы, и с отрешённым видом зализывал раны. Вся его шерсть была в укусах и царапинах, а одного из кинжалов нигде не было видно.
Растение и слизь оставались в стороне и под приказом Фео не осмеливались вмешиваться в этот бой. Здесь они были абсолютно бесполезны, как и их первый уровень. Если же ситуация была критичной, то они, конечно же, помогали в сражении, чтобы оттянуть на себя внимание и выиграть союзнику время спастись или нанести завершающий удар.
Гоблин же преисполнился настолько, что принялся бегать по полю боя, подбирая все камни и оттаскивая их к огромной глыбе в центре. Ползая по земле, над его головой изредка свистели снаряды, бросаемые одичавшими скитальцами. Благодаря его стараниям частота их атак заметно сократилась, и они всё больше просто оставались на периферии леса, из тумана наблюдая за сражением.
Трое оставшихся в живых носильщиков были людьми, поэтому, получив в начале множество травм и мелких переломов, они мало чем могли помочь в бою. Но даже так, сжимая зубы и катаясь по земле, они бросали копья то в одного, то в другого зверя. Учитывая их пассивный эффект навыка и мастерство, которое они успели получить за все пережитые битвы, сила их броска заметно увеличивалась. Урон от их точных попаданий был весьма хорош.
Фео по обыкновению оставался на месте, избегая как боя, так и летящих в него снарядов. Хоть его сила и была на третьем уровне, но большую роль, как таковое, это не играло, ведь посох — не смертоносное оружие, а все его приёмы были направлены в основном против людей, а не монстров, как и то, что они служили лишь для сдерживания и обездвиживания. Да и мысли он имел на этот счёт свои.
«Стотысячная армия без одного человека — генерала, который будет руководить ими, — это мясо. С командиром же — отлаженная машина войны, стирающая с лица земли любого врага».
И нельзя сказать, что хоть и без армии, но его помощь была бесполезна, ведь, смотря за всем, как сторонний наблюдатель, он замечал многие детали и часто предупреждал своих юнитов, где нужна помощь.
Каждый делал всё от себя зависящее, чтобы выжить. Пожалуй, кроме двух лордов, которые, сжавшись у Монумента славы, с ужасом смотрели за битвой. Без собственных юнитов и со слабой психикой, они были в данный момент более чем бесполезны.
Закончив танец, танцовщица открыла глаза. Погружённая в мистический транс, она очнулась от него, чтобы лазурными глазами окинуть то, что произошло дальше.
Одичавшие скитальцы, будь их природа или третий уровень, практически не подверглись эффекту навыка, как и звери, которые просто не могли испытывать влечения к человеческой женщине. Их интересовало лишь свежее мясо.
Чего нельзя было сказать про орков. Эти существа, глаза которых были пропитаны похотью, не отрывали взгляда от женщины. Однако, обездвиженные Жанной, они не могли наброситься на танцовщицу, чтобы завладеть ею. А вот под конец, когда монстры уже смогли пошевелить телом, было уже поздно. Их разум полностью отключился, и они набросились на ближайших к себе существ.
Лайт отпрыгнул вовремя. Весь побитый, он вернулся к группе. Все они стали свидетелями того, что будь то волки или дикие люди, на которых нападали орки, в большинстве случаев атаковали их слабое и в то же время смертельно опасное место — опухоль с агрессивной жидкостью внутри.
 
Это и стало их концом, как и началом хаоса. Когда большая часть орков погибла от своих сородичей или прошлых союзников, они распространили вокруг себя огромное количество слизи, которая накидывалась на агрессивных скитальцев и волков, поглощая их одного за другим.
Таким образом и продлилась большая часть ночи. Жители территории как могли избегали внимания пассивной, но в то же время кровожадной слизи. А те, в свою очередь, служили им верными защитниками.
К этому времени все камни за территорией давно закончились, поэтому скитальцам оставалось лишь зло коситься на людей, которые всё чаще расслабляли свои напряжённые и истощённые тела.
Благодаря тому, что Фео мог восстанавливать ландшафт территории с помощью магической энергии, он безбожно злоупотреблял этим, давая добавку слизням в виде травы, чтобы они не сбежали в лес или не умерли на месте от голодания.
Когда первые лучи солнца выглянули из-за горизонта, минуя проплывающие в небе облака, таинственная сила медленно и с явным нежеланием покинула луну. Изумрудные потоки один за другим начали выходить из тел монстров, впитываясь в землю вместе с туманом. Слизь также умирала.
Монстры возвращали себе разум вместе с многочисленными ранами и кровоподтёками. Волки завывали, скрывшись вместе со скитальцами в лесу. Орки некоторое время постояли, прежде чем тоже уйти. На этом битва была официально завершена.
«Я не представляю, как другие лорды должны были это пережить. Без сомнения, у нас ужасное местоположение, но даже так…»
Итоги битвы были неутешительными: потеря более половины новой группы существ, включая гнома, двух орков, одного гнолла и тифлинга. Хотя о смерти последнего никто не горевал.
Со стороны более ранних жителей территории выступали одна из близняшек и носильщик. Говорить о том, что стало с укреплениями, шалашами, шкурами и другими материалами вместе с ландшафтом территории, даже не стоит.
— Внимание! — крикнул Фео, и все взгляды скрестились на нём. Одни были полны глубокой печалью, а другие усталостью и болью. И, видя это, он произнёс простые, но нашедшие в их сердцах отклик слова. — Давайте же похороним погибших и отдадим дань уважения их жертве. Только благодаря им мы можем сейчас встречать тепло солнца и все вместе двигаться дальше, чтобы, — Лорд резко поднял руку с оттопыренным средним пальцем, — не повторить эту трагедию и послать саму Смерть в самую вонючую клоаку мира!
Те, кто сидел, — с трудом встали, те, кто стоял, — сжали кулаки. Глаза всех без исключений зажглись решимостью, а их воля окрепла ещё сильнее. Только одна из близняшек оставалась безучастна ко всему.
Не сказав больше ни слова, Фео опустился на колени и начал рыть землю. За ним подключились и остальные, и спустя несколько десятков минут все трупы или их останки лежали в общей могиле по отдельности.
— Пусть Монумент славы примет же своих героев! — подойдя к камню и взяв серп, Фео сделал шесть засечек — шесть погибших существ.
В следующую секунду произошло то, что никто не ожидал. Под всеобщую молитву людей и ужасное настроение Лорда руны на камне засияли. Золотой свет мягко опустился на мёртвые тела, и, растворившись в воздухе, они впитались в засечки.
Перед Фео появилась серия системных уведомлений.
  
Глава 19. Четвёртое событие началось!
 
[«Монумент славы» поглотил души признанных героев] 
[Лорд разблокировал возможность эволюции воплощения территории] 
Уже давно не слышимый голос Системы вновь раздался в разуме Фео.
Каждый лорд имеет шанс улучшить собственное воплощение территории помимо повышения уровня при соблюдении особых требований. 
Чтобы открыть эту возможность, лорд и жители территории должны активировать один из сценариев, по которому пойдёт эволюция.