Коллекционер душ. Книга 5 (СИ)

— Нокиа? — произношу я прозвище своего подельника.
— Отпусти мальца, Зигзаг, — приказывает Иннокентий.
Снова пауза. Сейчас внутри всех присутствующих борются несколько сущностей. У большинства это гордыня и алчность. Нужно выбирать между тем, чтобы подчиниться какому-то мальчишке и тем, чтобы обеспечить свою безбедную старость.
Пальцы на моей шее медленно разжимаются.
— Да пошел ты! — зло рычит Зигзаг и плюет мне под ноги. — Продолжаем играть парни.
Мой обидчик садится на место и берет карты в руки.
— Пойдем, Костя. Поговорим, — Нокиа кладет руку мне на плечо.
Но я не двигаюсь с места. Ничего не говорю. Просто стою и смотрю на Зигзага.
— Ладно, — Иннокентий вздыхает. — Кирпич, Кролик. Покажите Зигзагу, где выход. Быстро! — добавляет седой, когда парни медлят.
Дальше все происходит очень быстро. Два амбала поднимаются с мест, окружают Зигзага и хватают его под руки. Тот встает и пытается вырваться. Толкает своего друга. И уже после этого ему прописывают несколько ударов. Заламывают руки за спину и выводят из гаража. Снаружи происходит драка. Вопли, удары в металлическую дверь гаража, отборный мат. Но я знаю, что проигравшим в любом случае будет тот, кто не увидел во мне никого, кроме маленького мальчика.
Мы дожидаемся, когда Кролик с Кирпичом вернутся и закроют дверь. Тогда я киваю и прохожу в коморку Иннокентия, оставляя его за спиной.
— Это что сейчас такое было, черт возьми? — Нокиа вернулся спустя несколько минут и поставил ведро в угол. — Зигзаг был верным человеком.
Я все это время рассматривал плакат с обнаженной девицей, висящий на стене.
— Наступает новый этап в наших отношениях, Нокиа, — я взял стул, на котором фотографировался когда-то на билет школьника, развернул его так, чтобы навалиться локтями на спинку и сел. — Присаживайся. Разговор будет долгий.
Мой подельник прошел к своему столу, упал на стул и вставил между белоснежных зубов сигарету. Прикурился.
— Удиви меня, — сказал он, расставив руки и выдохнул дым.
— Судя по деньгам, которые поступают на мою сберегательную книжку, дела с бизнесом идут хорошо. Иначе ты ни за что бы не выставил одного из своих верных людей на улицу несколько минут назад.
Иннокентий широко улыбнулся.
— Ты мне нравишься, Костя. А деньги, которые приносят твои идеи, нравятся мне еще больше. Настолько, что я готов продать собственных друзей.
— Поэтому мы с тобой и сотрудничаем. У тебя есть то, что нужно мне, а у меня то, что тебе. — я поменял позу, потому что ребра снова стали ныть. — Но я приехал поговорить о другом. Ты знаешь, что такое справка по форме Ф-112?
— Только не говори, малец, что ты замахнулся на создание собственного клана, — скептически хохотнул мой подельник. — Даже если я смогу подделать этот документ, тебя очень скоро выведут на чистую воду. Как только главы городских кланов пронюхают о том, что их подпись появилась там, где они ее не ставили. Аристократы просто истребят нас всех и спрашивать не будут.
— Остановись, Нокиа, остановись, — теперь улыбнулся я. — Все будет по-честному. Я уже собрал, можно сказать, три подписи. И будь уверен, соберу оставшиеся.
Мужичок поднял брови. Широко раскрыв глаза одобрительно покивал и затянулся.
— Значит скоро появится первый клан, в котором будут не только аристократы? — спросил он.
— Больше. Появится первый клан, частью которого будут не только бастарды, но и простолюдины. Не так как сейчас. Когда обычные парни выполняют грязную работу, но вынуждены прятаться в тени. Бастарды, аристократы, простолюдины — все, кто будет верен мне, смогут присоединиться. Мы создадим целую империю внутри империи, понимаешь?
— Какая у тебя родовая способность? — внимательно посмотрел на меня Нокиа и согнулся на стуле, чтобы заглянуть мне в глаза. — Вундеркинд? Что-то, связанное с мозгами, да?
— Нет, — серьезно ответил я. — Но проблему ребенка нам тоже нужно решить. Мы должны сделать так, чтобы одиннадцатилетнего пацана слушали, словно я авторитет со стажем. Для этого все эти правила. Любой, кто посмеет дерзить мне, навсегда лишается возможности быть рядом. Без возможности прощения. Он утрачивает доверие и становится нашим врагом навсегда, понимаешь?
 
— Нужно создать тебе репутацию. Понимаю. Говори, что я должен сделать?
— Для начала мне нужен герб рода Ракицких. Ты знаешь как я могу его заполучить?
Разговор с Нокиа продолжался несколько часов. Мы говорили о том, что нам нужно новое место, где будут собираться верные люди. О том, что я должен получить герб, который есть у всех аристократов и который присваивает семье звание «знатный род». Я подкинул еще несколько идей бизнеса из будущего и попросил реализовать их в самое ближайшее время. Десять миллионов пошлины на создание собственного клана сами себя не заработают. Но мы не обошли стороной и дела насущные.
— Значит у тебя есть подписи электроников, щитников и Райкина? — спросил Иннокентий, докуривая уже десятую сигарету.
— Да. И мне нужно заявиться на подпольный турнир Морозовых. Это следующая просьба.
— Хм… — Нокиа помотал головой. — Я не буду спрашивать о том, как ты собрался там побеждать. Потому что ребенка туда все равно не пустят.
— А я не ребенок, — уверенно ответил я.
— Чего?
— Я карлик, Нокиа. Не похоже? — я встал и нарочно обернулся вокруг себя, словно демонстрировал новый костюм.
Мой подельник вновь показал свои белые зубы.
— Хитро. Но, — он поводил ладонью у лица. — Что с этим делать?
— Я буду в маске, — ответил я, вспомнив про маску клоуна, которую держал в сумке со шмотками на стоянке, где стоит мопед. — Или там досмотр, как в аэропорту?
— Нет… — задумался Нокиа. — Нет. Я думаю, дело может выгореть. Я договорюсь обо всем и пришлю тебе на пейджер дату и время начала турнира. А ты уж не подведи, малец. Мне твои мозги нужны в голове, а не размазанные по рингу.
— За меня не переживай, Нокиа. Я не самоубийца.
Мы сидели, можно сказать, с моей правой рукой еще некоторое время. Пока не решили последние вопросы. Я попросил сделать справку об освобождении от учебы, подыскать мне квартиру в нужном районе, найти способ забрать все мои вещи из прежнего дома и перевезти их на новое место. Теперь, пока я не получу собственный герб и не зарегистрирую клан, я должен залечь на дно. Как бы не скучал по тому, что происходит в школе и как бы мне ни хотелось провести время со своими друзьями.
Иннокентий учел все мои рекомендации и очень скоро отбыл решать вопросы. Я же отправился обратно на огородный массив, где весь вечер читал небольшой томик про родовую способность искателей.
Время прошло незаметно. Я ел варенье прямо из банки, пил вкуснейший чай и доедал домашние пельмени. Не по себе было лишь два раза. Первый, когда Матильда подралась с кошкой моего репетитора и нам пришлось их разнимать, а второй, когда у Георгия Вольфовича случился приступ икоты. Я напрягся от возможности своей внезапной смерти, но коллекционер быстро заел свой недуг, чем вызвал у нас обоих приступ смеха. Видимо от последних событий я был так напряжен, что мне нужен был этот вечер для перезагрузки.
На следующее утро пришло сообщение на пейджер. Писал Нокиа. Он назначил мне встречу по определенному адресу и пояснил, что все решил. Так я позавтракал, оделся и поехал на улицу Металлистов, сорок пять.
— Взгляни на это здание, босс! — Иннокентий широко улыбнулся, расставил руки и отошел в сторону.
Я бросил взгляд на двухэтажный кирпичный дом.
Я помню это место. Раньше тут был рынок. На втором этаже скорее всего какие-то офисные помещения. Но на первом всегда можно было купить свежего мяса, молока, овощей, фруктов и хлеба.
— Зайдем?
Мы шли между брошенных холодильников и прилавков. По полу еще бегали тараканы.
— Так что мы будем тут делать? — нетерпеливо спросил Нокиа.
— Автомойка.
— Чего?
— Здесь будет автомойка. А всех пацанов, моющих машины на дорогах в городе, нужно перевести к нам, — я остановился в центре помещения. — Вот там сделаем большую дверь, чтобы могла заехать машина. С этой стороны тоже. Чтобы она могла выехать. Мы будем принимать одновременно по четыре-пять автомобилей. Парни будут набрасываться на них и мыть. Потом запускаем следующие четыре. Сделаем график, установим цену. Затем откроем сеть по всей Российской Империи.