Девичник. Объект желаний

— Иметь дело? — Я была в шоке от такой прозы.
— Я неверно выразился. — Даже темная кожа Максима не смогла скрыть румянца, вспыхнувшего на его щеках.
— Я не поеду ни в какую мастерскую, это, во-первых. — Я разозлилась. — Во-вторых, я просто поеду домой одна и немедленно.
В подтверждение своих слов я поднялась из-за стола, взяла сумочку и, ни слова не говоря, направилась к лестнице. Что себе позволяет этот мальчишка? Женщина приглашает его домой, а он несет какую-то чушь о выставке своих знакомых художников. Я сама любительница посещать самые разнообразные культурные мероприятия. Я видела таких выставок в десятки раз больше, чем он, но сейчас тягу к прекрасному у меня напрочь отбило желание поскорее ощутить крепкие мужские объятия. Мне нужен секс, черт возьми! Горячий мулат на деле оказался трусливым мальчишкой. Какой бред.
— Лада! — Я уже стояла с поднятой рукой, пытаясь остановить машину, когда Максим выбежал из кафе. В руках он держал свою куртку. — Лада, постой!
— Чего тебе? — Я повернулась, с презрением глядя на него.
— Прости, я веду себя глупо.
— Да, глупее не бывает.
— Поедем, куда скажешь, я просто… Просто… — Он развел руками. — Ты такая красивая, мне все время кажется, что ты посмеиваешься надо мной. И твое приглашение домой — ловушка, там меня ждет что-то, чего я не смогу перенести…
— Стоп, стоп. — Поджав губы, я внимательно смотрела на своего странного знакомого. — Сейчас у тебя плохо получается. Ты все сказал, ничего больше не нужно.
— Не смотри так, — взмолился он. — Все эти дни я думал о тебе. Ты такая красивая, необыкновенная. Мне не верится, что ты вообще разговариваешь со мной. Я так хочу тебя, так хочу, что мне страшно…
— Хочешь? — Теперь в моем тоне была издевка. Сам виноват. Мне уже не понять, чему верить. Все могло быть так просто, к чему усложнять?
— Жаль, что я все испортил…
— Докажи.
— Что?
— Неистовое желание.
— Я сейчас начну целовать тебя прямо здесь! — Глаза Максима снова сверкали.
— По-французски?
— Сейчас узнаешь! Я смогу удивить тебя.
— Подумаешь! — фыркнула я и, кажется, на этот раз переборщила. Запрокинув голову, я звонко рассмеялась. Мне вдруг совершенно расхотелось целоваться и вообще заниматься сексом с этим непредсказуемым, загадочным юношей. Меня больше не интересовали ребусы, которые он пытался мне загадывать. Пусть спешит на свою работу, к друзьям в мастерскую. Куда угодно, а я поеду домой. Суббота испорчена, но лучше остановиться сейчас. Это я и поспешила сообщить Максиму. Хлопнув его по плечу, я сказала: — Вот что, дружище, поезжай-ка ты домой…
— «Да лицо свое умой…» — с застывшим лицом перебил меня он.
— Нет, нет. Я не налечу и не проглочу, — подтверждая сказанное характерным жестом отрицания, добавила я. — Беру свое приглашение обратно. Я не хочу испугать тебя. Твои нервы не выдержат. Пожалуй, нам не нужно было встречаться. И угораздило же меня разрешить тебе подсесть ко мне за столик.
— Ты думаешь, что у тебя все под контролем? — неожиданно холодно произнес Максим.
Я встрепенулась, словно передо мной стоял другой юноша. Не тот восторженный, слегка напуганный, а расчетливый, коварный, только что сбросивший личину, мешавшую ему быть собой. Его голос был полон угрозы, его взгляд — открытой ненависти. Я опешила, поспешно застегивая змейку на куртке.
— Ты думаешь, я случайно подсел за твой гребаный столик? — уже не пытаясь скрывать своих чувств, продолжал Максим. Я молчала, не в силах что-то ответить. Его почерневшие глаза словно пригвоздили меня к асфальту. Тело стало непослушным, кончики пальцев рук похолодели. Мне стало страшно. Как будто вокруг не было никого. Только я и Максим. Серая грозовая туча его негативной энергии окутывала меня, связывала по рукам и ногам, делая неспособной реагировать на происходящее.
— О чем ты говоришь? — Мне стоило невероятных усилий задать этот вопрос.
— О том, что я заметил тебя еще тогда, когда ты в глубокой задумчивости курила у входа в кафе. О чем ты думала? Об очередном любовнике, который не трахнул тебя по-настоящему? — Максим подошел ближе. От него исходила неприкрытая угроза. В какой-то момент я подумала, что ему ничего не стоит толкнуть меня на проезжую часть. Я не знала, чего ожидать от него, и была близка к обморочному состоянию от охватившей меня паники. — Я видел, как ты выплыла из своего роскошного «Chrysler Crossfire». Такая машина — атрибут дорогой жизни. И вся ты была такая шикарная, ухоженная, самоуверенная… Сколько таких, как ты, приходит в ночной клуб, чтобы визжать от восторга при виде мужского стриптиза!
 
— Стриптиз? — прошептала я.
— Да, я обычный стриптизер, который тоже скоро сможет позволить себе шикарную машину, квартиру в престижном районе. Мне осталось обработать несколько таких богатых сучек, как ты, — он говорил все тише, но мне хотелось закрыть уши. Каждое слово больно отдавалось в моей голове.
— Я не хочу больше это слушать. — Я попыталась сдвинуться с места, но крепкая рука Максима с силой сжала мое предплечье.
— Нет, ты выслушаешь все. Ты — за всех тех похотливых тварей, которых мне приходится ублажать. Ты позволила мне ласкать себя прямо в машине, грязными пальцами, помнишь? — со злорадством продолжал Максим. — Наивная сука, ты подумала, что я в плену твоих голубых глаз? Ты решила и сегодня потрахаться со мной до ломоты во всем теле? Нет, старушка, я для тебя слишком дорог. Мой трах стоит целого состояния. Платить нужно тебе. Что — ново? Как видишь, я сегодня без цветов. У меня не было денег, чтобы купить тебе долбаный букет. Ты наверняка ждала что-нибудь вроде роскошных роз?
— Да, я люблю алые розы, — зачем-то ответила я.
— Ну и засунь их себе туда, где не успел побывать мой член! — Максим громко засмеялся, чрезвычайно довольный своей грубостью. Он разжал пальцы, презрительно стряхивая с них несуществующую грязь. Этого ему показалось мало, тогда он вытер руки белоснежным платком и швырнул его в ближайшую урну. — Это тебе урок, красавица. А теперь приди в себя и поезжай домой. Кстати, там тебя случайно не ждет престарелый обманутый муж? Хотя, прости, что я унизил тебя таким вопросом. Ты, наверное, безутешная вдова, похоронившая пару-тройку богатеньких старичков, внесших тебя в свое завещание и умерших от твоих изощренных ласк. Коварная, теперь тебе захотелось мулатика? Наверное, ты все эти дни фантазировала о том, какого размера мой член. Я ведь так и не дал тебе к нему прикоснуться, а как просила.
Максим едва мог говорить между приступами неудержимого смеха, овладевшими им.
— Ты больной, — тихо сказала я. Я не узнавала себя: почему я позволяю так с собой обращаться. Нужно остановить этот грязный поток, но у меня не было сил сопротивляться. Я едва смогла произнести: — Больной ублюдок.
— Не больший, чем ты со своим раздутым самомнением.
В какой-то момент я избавилась от охватившего меня оцепенения. Отвернувшись от Максима, я резко подняла руку. Я мечтала о том, чтобы убраться отсюда поскорее. Мне повезло: серые «жигули» мгновенно затормозили рядом, слегка обдав меня грязью из лужи, но я не обратила на это внимания. Вопреки всем правилам я быстро открыла переднюю дверцу машины и поспешно закрыла ее за собой. Я не думала, что это похоже на трусливое бегство. Я спасала свою жизнь, свое «я». Пока Максим был так близко, я все еще не чувствовала себя в безопасности.
— Поехали скорее, пожалуйста, поехали, — срывающимся от волнения голосом попросила я.
Водитель без лишних слов тронулся с места. Не спрашивая разрешения, я достала сигарету и, сжимая ее в дрожащих пальцах, жадно закурила. Меня била мелкая дрожь. По-видимому, мой внешний вид говорил обо всем.
 
— Куда едем? — осторожно поинтересовался водитель, когда мы остановились на очередном перекрестке.
Я была застигнута вопросом врасплох. Домой не хотелось. А куда? К Варьке — бесполезно. Тогда… я решила проведать маму. Вот и нет худа без добра. Когда бы я еще выбралась к ней.