Рождение и смерть похоронной индустрии: от средневековых погостов до цифрового бессмертия

После поражения Японии во Второй мировой войне похоронный бизнес перешел на новый виток развития. Это произошло на фоне восстановления экономики и усилившейся вестернизации страны. Японские дельцы получили возможность открытия частных кладбищ. Железнодорожные компании Сейбу и Кейо инвестировали средства в строительство кладбищ в пригородах Токио и в развитие похоронных сетей по всей Японии. Сейчас похоронный бизнес в большинстве своем представлен сетевым форматом по принципу западного рынка и большим количеством мелких частных компаний, которые выполняют самую разную работу. Одной из крупнейших сетей является Aeon Group.
В современной Японии около 40 000 похоронных салонов, всего в индустрии занято около 55 000 человек. Большинство из похоронных домов открылись в 1980‑е годы (Suzuki 2000; Tanaka 2007: 178–188; Yamada 2004: 27–41). Стоимость похорон в Японии выше, чем в США — около 20 000 долларов, на среднее похоронное агентство приходится около 3 церемоний в месяц — уровень конкуренции в этой сфере один из самых высоких в мире.
Большинство компаний предлагают гроб, катафалк, похоронные аксессуары и некоторые манипуляции с мертвым телом. Работа одного из таких похоронных агентств показана в фильме «Ушедшие» (2008), снятого Ёдзиро Такитой. Фильм рассказывает в том, как владелец и руководитель похоронного бюро Сёэй Сасаки превращает непрестижный бизнес в уважаемое искусство. Несмотря на то что в фильме довольно бегло показан процесс продажи-покупки похоронных атрибутов, из некоторых сцен можно заключить, что именно продажа дорогих гробов является одним из главных источников прибыли японского похоронного агентства: «— Гроб 50, 300 и 600 тысяч. — Такая разница в цене! — Да, тут же разные сорта дерева, вот этот, например, из кипариса. — Значит, все отличие в дереве? — Да, а сгорают они одинаково. Твоя последняя покупка, выбранная кем-то другим» [125].
Другим примером успешной вестернизации похоронного дела является Китай. Несмотря на напряженные взаимоотношения со странами Запада в XIX веке (опиумные войны с Англией, война с Францией, торговая блокада и т. д.), в Китае уже во второй половине XIX века появляются первые кладбища европейского типа. Например, в Шанхае в 1862 году собственное кладбище открывает еврейская община, британцы открывают свое кладбище в 1863 году, а в 1905 году это делают и французы. «Добрые друзья смотрят на мою могилу и читают это далеко от дома, я умер молодым. Будьте внимательны и будьте готовы, потому что вы не знаете, как скоро настанет ваша очередь» — это эпитафия девятнадцатилетнего матроса по имени Гиссинг из британского графства Суффолк, умерший в 1863 году в Шанхае. Он был похоронен на кладбище Пудунских моряков, открытом в конце XIX столетия в Шанхае [126]. Увидев, как европейцы обустраивают свои некрополи, китайские власти начали применять схожие принципы и в планировке своих кладбищ: появляются дорожки, четкая разметка, кладбища переносят за черту города.
Европейские иммигранты первыми поставили похоронное дело на коммерческие рельсы и открыли в Шанхае частное кладбище Шаньдун для погибших соотечественников. В 1897 году благодаря их усилиям появляется первый частный крематорий вблизи храма Цзинъаньсы — с этого момента стала возможной отправка праха соотечественников на родину. Китайцам понравился такой практичный подход, и уже в 1909 году они, по примеру европейских коллег, открывают собственное коммерческое кладбище — Ваньго.
В 1924 году в Шанхае начинает работу первое частное ритуальное агентство. Это был похоронный салон, открытый американцем из Нью-Йорка, к сожалению, история не сохранила его имя. Его компания арендовала виллу в западном стиле недалеко от кладбища Бабблинг Велл и использовала ее в качестве похоронного дома. Мы знаем, что салон имел комнату для бальзамирования, небольшую гробовую мастерскую, а в зале на первом этаже было пианино. Каждый раз, когда проходила похоронная церемония, играла музыка, что пришлось по вкусу китайской публике. В 1934 году американский предприниматель выкупил особняк и стал оказывать услуги китайским клиентам. Среди знаменитостей, которых он похоронил, был поэт Сюй Чжимо, погибший в авиакатастрофе в 1931 году в возрасте 34 лет, а также любимый китайской публикой писатель Лу Синь, скончавшийся в 1936 году.
  
Мемориальный центр Nirvana — крупнейшая похоронная сеть в Юго-Восточной Азии
Самыми зрелищными в американском похоронном доме были похороны Руан Линью, знаменитой шанхайской актрисы. Руан покончила жизнь самоубийством, приняв смертельную дозу снотворного 8 марта 1935 года в возрасте 24 лет. Она была на пике своей кинокарьеры. Ее похороны продолжались три дня. Руан Линью, лежавшая на коричневом бархатном диване, была одета в традиционное китайское свадебное («медовое») платье, на ней были платиновые кольца и бриллиантовые серьги. Комнату для прощания обставили так же, как и спальню Руан: актриса была окружена цветами и любимой мебелью. Ее лицо было загримировано в лучших американских традициях. Как похороны Валентино в США, так и похороны Руан Линью оказали сильное влияние на популяризацию помпезных прощальных церемоний и на спрос подобных услуг в Китае.
В 1930‑х годах появляются первые китайские частные похоронные компании — binyiguan, а к концу десятилетия в Шанхае действует 34 таких учреждения, 67 гробовых мастерских и несколько десятков частных кладбищ. Они копируют американский стиль, делая роскошные гробы и оказывая услуги бальзамирования и посмертного макияжа.
После провозглашения Китайской Народной Республики (КНР) правительство запретило деятельность коммерческих ритуальных агентств, позже преобразовав их в национализированные кооперативы. Также были демонтированы все захоронения на иностранных кладбищах в центре Шанхая, а последние превращены в парки. Например, кладбище Бабблинг Велл стало Цзинаньским парком (Jing'an Park) в 1954 году, Пудунское морское кладбище — парком Пудун в 1957 году, а кладбище Пасенжао — парком Хуайхай в 1958 году (Шаронова 2012). Иная судьба постигла кладбище Шаньдун: на его территории в 1980‑х годах был построен стадион Хуанпу. Мао Цзедун даже призвал «превратить кладбища в орхидеи — сделать бесполезное полезным» и высадить овощи между могил. В итоге некогда цветущие китайские некрополи стали использоваться для разведения свиней и другой живности, а пространство между могил стало грядками овощей.
Коммунистические власти начали активно строить крематории. Первый крематорий появился в Китае еще в конце 1920‑х годов, но настоящую популярность кремация получила во второй половине XX века. В период с 1956 по 1965 год в Китае было открыто 100 новых крематориев, а к концу 1970‑х гг. в стране работало уже 1100 крематориев. К началу XXI века доля кремаций в Китае составила приблизительно 50%.
В 1986 году, с очередной сменой государственной политики и переходом к рыночной экономике, открылось первое кладбище нового тина — государственно-частное партнерство по французской модели. В начале XXI века было разрешено открывать полностью частные кладбища.
По данным Китайской похоронной ассоциации, сейчас на территории Китая действует около 2000 частных кладбищ и около 100000 похоронных организаций (Henriot 2009: 407–437; Pan 2008; Standaert 2008; Wakeman 1988: 254–288; Whyte 1988: 289–316). В Китае также распространена сетевая похоронная структура, охватывающая не только внутренний рынок, но и работающая по всей Азии. Например, это Nirvana Asia Group — крупный игрок азиатского ритуального рынка, имеющий свои филиалы в Китае, Сингапуре, Таиланде, Вьетнаме, Индонезии и Малайзии. Главный офис и по совместительству похоронный дом — Nirvana Memorial Center — находится в Куала-Лумпуре, в комплексе услуг: морг, бальзамирование, гробы, траурный зал, поминальные угощения, залы прощания. Другой гигант — это компания Lung Yen Life Service, располагающаяся в True Dragon Tower в Пекине. Каждый этаж здания — зал со своей концепцией, есть и отдельный этаж колумбарных ниш для животных.