Рождение и смерть похоронной индустрии: от средневековых погостов до цифрового бессмертия
* * *Итак, в Средние века администрированием всех вопросов, связанных с похоронами, занималась католическая церковь. Она содержала погосты, организовывала похороны через секстонов и специальный персонал при приходах. Кладбища были переполнены и, как нам может показаться, крайне бесхозны: индивидуальных могил не было, похороны в большинстве своем были скромными и проводились крайне быстро. Могилы быстро переполнялись, разлагающиеся части тела торчали из земли. Главную роль в похоронном процессе играли заупокойные молитвы. Подобная логика администрирования смерти и содержания похоронной инфраструктуры кроется в особом отношении к смерти и к телу, а также вообще к материальному миру, который объявляется местом греха и скорби.
Но в XV веке средневековое общество начинает резко меняться: происходят великие географические открытия, которые не только меняют расстановку политических сил в Европе, но и разрушают замкнутый евроцентричный мир Средневековья. Широко распространяется печатное дело, растет уровень образования. Города становятся центрами культурной и социальной жизни. Гильдии и цеха ремесленников способствуют появлению и росту среднего класса и увеличению его благосостояния. Развиваются философия и наука. Эпоха Возрождения и недовольство богатеющих и образованных граждан церковно-феодальной моделью становится причиной церковной Реформации.
Реформация приводит не только к серьезным изменениям в социальной и политической жизни, но и меняет мортальную оптику и саму картину мироустройства. Протестантизм «отменяет» чистилище и, как следствие, необходимость молиться за усопших. Новая протестантская догматика провозглашает личное спасение Божественной благодатью. Значит, в судьбе и жизни человека необходимо угадывать знаки и проявления этой благодати. Получает развитие новая концепция семьи как закрытой династической структуры, а не родовой фракции. Добрый христианин обязан быть добрым семьянином.
Похоронно-поминальные практики тоже меняются. Заупокойные мессы больше не являются обязательными, так как они потеряли прикладной смысл. Поминовение приобретает формат коллективного воспоминания о человеке. На местах захоронений появляются семейные усыпальницы, на могильных плитах появляются эпитафии, часто представляющие собой биографию усопшего в стихотворной форме.
Мертвое тело неожиданно оказывается в центре внимания человека раннего Нового времени. Медицина и научные исследования человеческого организма приводят к пересмотру отношения и к телу человека, и к идее бессмертия. Возникает особое бережное внимание к мертвому телу. Могилы начинают индивидуализироваться. Сами кладбища переносятся за церковную ограду и даже за черту города. Протестанты уделяют новым погостам большое внимание, постепенно превращая их в парки памяти.
Организация похоронных ритуалов уходит из сферы администрирования церкви и местных приходов сначала к гильдиям секстонов, затем к геральдистам (в случае аристократии и богатых горожан) и в конечном счете к частным дельцам. Рост благосостояния и изменение парадигмы смерти, связанной в том числе с «отменой» чистилища, приводит к широкой вариативности похоронных практик. На похороны тратятся большие средства: для организации похорон закупают траурную одежду, факелы, свечи, заказывают катафалк или носильщиков. Гробы начинают отделывать специальной дорогой фурнитурой. Если следовать протестантской логике, то между хорошей судьбой, благосклонностью Бога и высоким доходом нет ощутимой разницы. Поэтому похоронная репрезентация и строится на дорогих аксессуарах и на особом украшении мертвого тела.
Тренд на увеличение стоимости похоронных аксессуаров выгоден и самим гробовщикам: при высоком уровне конкуренции и низкой маржинальности им выгоднее развивать продажу сопутствующих товаров, чем получать небольшую прибыль с самих услуг: копки могилы, выноса гроба и т. д. К тому же в организацию похорон включается большое количество предпринимателей, что размывает и без того невысокую прибыль.
В середине XVII века появляются первые профессионалы, которые живут только за счет оказания похоронных услуг. Материализм, проникая в концепцию бессмертия и практики обращения с телом, находит экономическую подоплеку, рождая похоронную инфраструктуру. Ее главная цель — манипуляции с телом.
В XVIII веке намечаются серьезные изменения, которые коснутся похоронной сферы в ближайшем будущем и предоставят ей новые возможности. Речь идет об эпохе Просвещения: стремительное развитие технологий, буржуазные революции и растущие национальные государства не оставят в стороне похоронную индустрию.
Глава 2. «Долгий XIX век»: модернизация смерти
Но вспомните: и вы, заразу источая,
Вы трупом ляжете гнилым,
Вы, солнце глаз моих, звезда моя живая,
Вы, лучезарный серафим.
И вас, красавица, и вас коснется тленье,
И вы сгниете до костей,
Одетая в цветы под скорбные моленья,
Добыча гробовых гостей.
Скажите же червям, когда начнут, целуя,
Вас пожирать во тьме сырой,
Что тленной красоты — навеки сберегу я
И форму, и бессмертный строй.
Британский историк Эрик Хобсбаум назвал свою историческую трилогию о рождении современных национальных государств «Долгий XIX век» [52]. Согласно событийной логике, которую он выстраивает, девятнадцатое столетие начинается Великой французской революцией 1789‑го года, а заканчивается Первой мировой войной в 1914 году. Этот временной промежуток Хобсбаум описывает как время падения монархических режимов, как эпоху буржуазных революций и растущего классового расслоения, как время роста капитализма и становления европо-центричного мира.
В девятнадцатом столетии европейские страны занимают доминирующее положение в мире как политически (возникают огромные колониальные империи), так и ментально (наука и технологии наиболее интенсивно развиваются именно на европейском континенте).
Меняется и сама Европа: население становится преимущество городским [53], а сами города превращаются в крупные промышленные центры, развивается система наемного труда, возникают новые рынки сбыта, формируется класс капиталистов. В городах разворачивается торговля, появляется и растет сфера развлечений, крепнет мелкий бизнес. Повышается благосостояние и уровень дохода практически всех слоев населения. Как следствие — растут платежеспособность и запросы среднего класса. Так, например, средняя реальная заработная плата в Англии к 1721–1745 годам увеличилась на 35% по сравнению с серединой XVII века и продолжала расти в дальнейшем, в то время как за предшествующие XVII веку полтора столетия номинально она уменьшилась в 2 раза (Hill 1967: 64; Wallerstein 1974: 80). Одной из характеристик европейской цивилизации, начиная с XVII века, становится растущее потребление.
В XIX веке с развитием медицины, ростом ее доступности, улучшением бытовых условий, а также качества продуктов питания растет и продолжительность жизни. В городах строят общественные туалеты, канализацию и водопроводы. Развитие гигиены — одно из главных достижений Европы XIX века.
Серьезные изменения происходят в политической сфере: в результате революций теряет преобладающее значение монархическая форма правления, европейцы начинают представлять политику и собственные сообщества через призму национального: они осознают себя французами, англичанами, немцами и т. д. Происходит унификация образования, языка, культуры: появляются общенациональные символы и стандарты. Растет значение демократических институтов. На карте мира появляются США — новая демократическая страна с высокими темпами развития. В Европе растет разрыв между севером и югом: расцвет колониальных стран, таких как Испания и Португалия, уходит в прошлое. Лидерами промышленного роста становятся Англия и Франция, а ближе к концу XIX века — Германия.