Жена Лунного демона

После этого случая количество желающих трудиться на благо семьи Джай удвоилось. Но дел, срочно требующих внимания, все равно было больше.
Перестроить усадьбу: снести прогоревшие части, заменить фундамент, отремонтировать те флигели, что еще держатся… Всем этим занималась Старшая госпожа, да пошлют ей предки долголетие. Не знаю, что бы я без нее делала.
Муж помогал достопочтенной по мере сил, а остальное время пропадал в кабинете. Мы так называли наскоро обустроенный уголок рядом с конюшней, где раньше жили конюхи. Туда огонь не дотянулся.
  
Все бумаги, уцелевшие в пожаре, перетащили и свалили кучей, и Чен занялся их сортировкой. Надо было разобраться, за счет чего существовала усадьба, какие части земель приносили доход, от каких шел убыток, какому селу нужно помочь, с какого спросить по всей строгости.
Я же занялась тем, что умела лучше всего.
Зеленью.
Учитывая, что лето вступило в свои права, сажать новые ростки смысла не имело. Если повезёт найти на ярмарке нужные сорта, осенью, когда листья начнут желтеть, я посажу с десяток рядов на пробу.
Те, что я привезла с собой в виде листочков, сейчас вызревали в нашей спальне. Там немного, но зато редкие виды, которые я выводила специально для семейства Кин. Совесть меня не мучила – именно я потом и кровью выхаживала молодую поросль, придавая ей нужные свойства. Через боль и железные оковы проталкивала свой дар, не понимая толком, что именно делаю, лишь чувствуя жгучее желание помочь и поддержать трепещущую жизнь.
Так что отец с его женой к чаю имеют косвенное отношение. Сделаю новые сборы на их основе, не стану повторяться, чтобы не получить вызов в суд за кражу рецепта.
Но использовать, выращивать – почему бы нет? Ветром занесло.
Пусть попробуют что-то доказать.
За неимением привычной составляющей я обратилась к буйно растущему изобилию в саду.
Ранние плоды шиповника добавляли кислинки сладким цветам зверобоя. Туда же сушеную крапиву как замену чайному листу.
Корни, листья и лепестки одуванчика отлично сочетались с липой. Золотистый напиток бодрил, прибавлял сил, укреплял организм, а если добавить толику моей магии – еще и восстанавливал потраченную энергию.
К тому же на берегу того пруда, рядом с которым я стала полноценной супругой Джай, росли редчайшие черные звездочки хитудзина. Не знаю, вырос он до или после нашей бурной ночи, но его наличие знатно облегчило мне задачу.
Рецепт древнего напитка «Черное золото» я помнила наизусть. А вот сделать сбор до сих пор возможности не было – не росли эти цветы в предгорье. Здесь же, на равнине, под обильными дождями им раздолье.
Будет у нас свой чай, достойный самого императора!
Жилой флигель закончили дней за десять. Потрясающе быстро, учитывая, что за это время дважды прошел бурный дождь. Не будь Чен магом, смыло бы или попортило всю заготовленную древесину, да и внутри налилось бы луж – ведь крышу убрали первой.
Обошлось. Правда, супругу пришлось не спать ночь – держать купол над всем зданием.
Вообще рутина поглотила нас с головой. По вечерам мы падали в постель – сначала в палатке, затем в пахнущей свежей стружкой и острым, горьковатым мебельным лаком спальне, и засыпали обнявшись. На большее сил не хватало ни у меня, ни у него.
Да и стыдно было. В соседней комнате, прямо за стеной, спала досточтимая госпожа Джа. Не тревожить же ее нашими забавами!
Не передать, с каким нетерпением я ждала завершения строительства. Но до него еще было далеко.
Куда ближе оказалась ярмарка.
Празднование середины лета в столице проходило с размахом.
Помимо ярмарки с товарами со всех уголков империи и отдаленных заморских стран, приезжали артисты, певцы и музыканты. Владельцы таверн старались вовсю, изобретая все новые блюда, ароматы которых наполняли улицы. Лепту вносили и торговцы с лотков – сладости, копчености, горячие пирожки – и громкие голоса, зазывающие попробовать все это великолепие.
Даже мелкий дождик оказался не в состоянии разогнать толпу. Ведь в честь праздника вход в город был свободным! Каждый житель страны имел право принять участие в торжестве.
Отмечали не только самый длинный день в году. Сегодня, много лет назад, родился его небесное величество император!
Приехали мы загодя и правильно сделали. За три дня до знаменательной даты уже было проблемой найти свободные номера. Пришлось раскошелиться на достойную гостиницу. Взяли один номер нам с Ченом, приличный, с выходом на террасу и внутренний дворик, и два для слуг – на первом этаже в пристройке для работников.
Деньги за комнаты сразу же вернули, в трехкратном размере. Продали мои сборы владельцу гостиницы. Не все, конечно, но большую часть он приобрел, да еще благодарил потом и настоятельно просил стать его постоянными поставщиками.
Муж пообещал подумать.
Разумеется, все переговоры, касающиеся денег, вел Чен. Мне бы в голову не пришло заломить золотую монету за сбор с имбирем…
На следующее утро при входе в гостиницу поставили мальчишку, который всех прибывающих разворачивал со словами – мест нет.
Где ночевали в таком случае приезжие?
В палаточном лагере сразу за чертой города. На небольшом отдалении от стен – у самой стены ставить палатки, копать ямы и вообще делать что бы то ни было запрещалось. Даже останавливаться.
Контроль за безопасностью взлетел до небес. По улицам постоянно прогуливались патрули, конные и пешие, внимательно наблюдавшие за горожанами и пересекавшие беспорядки на корню.
– Понятно почему господин Шуо предпочел лично приехать в столицу в эти дни, – поделилась я наблюдением с мужем, пока мы неспешным шагом брели от гостиницы к ярмарочным рядам. – Наверняка тюрьмы уже переполнены.
– Нарушителей клеймят и выдворяют за пределы столицы без права возвращения, – пояснил супруг, зорко поглядывая по сторонам. – Потому нас еще до сих пор не попытались обокрасть. Рискованно. Лучше поживиться в обычные дни, когда поспокойнее, чем получить печать на лоб на всю оставшуюся жизнь.
Я покивала, признавая правоту, и плотнее прижалась к локтю Чена, наплевав на все приличия. Народу было не просто много – настоящая толкучка. Мне не доводилось видеть подобного скопления людей в одном месте, потому слегка нервничала.
Не хотелось потерять контроль над даром посреди площади. Вряд ли такой конфуз найдет понимание у служителей закона.
Впереди послышалось отчаянное конское ржание, выкрики и ругань.
Неспешно гулявшие горожане прянули в стороны, прижимаясь к стенам и давя друг друга. Чен едва успел дернуть меня в проулок и прикрыть собственным телом, как мимо пронеслась с гиканьем боевая десятка. Холеные вороные храпели и грызли удила, ожесточенно выбивая подковами дробь по мощеной камнями мостовой.
Муж проследил за всадниками, прикинул направление их движения и нахмурился.
– Во дворце что-то случилось. – пробормотал он едва слышно и оглянулся по сторонам.
Вокруг шептались примерно о том же – но очень, очень тихо.
О его императорском величестве Ванге Танли вообще старались не говорить, а если да – осторожно и искючительно хорошее. Нравом повелитель поднебесных земель славился крутым, справедливость понимал по-своему и с инакомыслящими расправлялся на раз. Даже доказательств не ждал.
Говорят, когда-то так старшего сына уморил в тюрьме. Запытал до смерти только потому, что тот якобы замыслил переворот.
После было доказано, что никакого отношения к заговору тот не имел, да и самого заговора в помине не существовало – так, небольшая группа министров собиралась по вечерам в весеннем доме и обменивалась мнениями о внешней и внутренней политике. Не всегда по пьяни одобряя решения его императорского величества.
Ну и принц с ними посидел. Дважды.
На свою голову.
Происшествие вышло громкое, даже к нам в захолустье докатились обрывки слухов. Особенно охотно судачили о том, что вместо образованного и радеющего о будущем страны Танджина наследником стал кутила и мот Гуангмин, с его знаменитым гаремом из сотни наложниц.