Даю слово (СИ)
— Вы ничего не знаете о моей жизни, господин Мазур!
— Напротив, мой источник весьма достоверный. Я знаю о причине рождения Никиты… — у меня подкосились ноги, и я села, а он, выждав паузу, продолжил таким же ровным тоном. — Послушай, в моей компании ты добьешься положения, когда тебя уже не посмеют тронуть всякие уроды вроде моего братца и ему подобные. Я никому не позволю тебя обидеть, и сам не собираюсь, потому что я помолвлен и всё такое. Злата, я в жизни никого не уговаривал, как уговариваю сейчас тебя.
Ничего не ответив, я повесила трубку. Но через минуту снова её схватила, набрав номер Нины.
— Если ты так разоткровенничалась с ним, тогда я не понимаю, почему ты ни разу за всё это время так и не заговорила о Мазуре? Он что под гипнозом заставил тебя выложить подробности? Я так разочарована, Нина, ты даже себе не представляешь! А я ведь тебе доверяла!
— Но я и не предала тебя, дорогая. Не все тайны следует хранить, главное знать кому и в какое время их можно поведать, — спокойно возразила Нина, своим глубоким, низким, слегка измененным связью голосом. — Я увидела в нём мужской стержень, характер, породу. Он показался мне очень воспитанным и умным человеком. Моим мотивом не стояло разжалобить его, напротив, я хотела, чтобы он понял твою израненную душу, твоё поведение в тех или иных ситуациях. Захар сам настаивал на этом разговоре, он чувствует вину, и хочет поступить правильно. А это заслуживает уважения, ты так не считаешь? Я волнуюсь за тебя, детка, ведь я не всегда буду рядом, поэтому хочу успеть увидеть своими глазами, как ты станешь на ноги, как наконец обретёшь своё заслуженное счастье и беззаботность. Этот Мазур может дать тебе возможность старта, не упускай её. Я прошу тебя, Злата, пообещай мне, что попытаешься. Пообещай!
Нине я не могла отказать, она была мне больше, чем мать, я была ей слишком многим обязана, чтобы не прислушаться к её совету:
— Хорошо, я попробую, — вздохнула я тяжелейшим вздохом.
— Держи меня в курсе. Ты так молода, ты много и усердно училась — у тебя получится. Не веришь в людей — верь в себя, и когда они поверят в тебя, ты поверишь в них.
Конечно же бульдозер прислал машину и водителя. К тому времени я была уже готова. Удобная одежда, ноль косметики, просто расчесала волосы и заколола, не глядя в зеркало. Когда моя душа перерождалась от пережитого кошмара — я терпеть не могла рассматривать себя в зеркале. Меня не интересовала моя внешность, и меня не волновало, что по этому поводу думают другие. Кажется, меня даже не заботило то, что я принадлежу к женскому полу.
В главном офисе попадаю в отдел кадров, и похоже главный менеджер по персоналу не совсем понимает, что я здесь, собственно, забыла.
— Меня пригласили в отдел внешнеэкономических отношений, похоже там освободилась вакансия, — уверенно заявляю я, присаживаясь у двери.
— Да-да, господин Мазур предупреждал меня, что мы ждём специалиста, — при этом пожилой мужчина скептически взглянул на меня поверх очков, на специалиста, по его мнению, я явно не тянула. — Могу я взглянуть на ваши рекомендации с предыдущего места роботы … или учёбы?
— Александр Юрьевич, моё слово будет тебе лучшей рекомендацией, — за моей спиной раздается голос Захара, спокойный, невозмутимый и властный.
Обернувшись, я поприветствовала его сдержанным лёгким кивком.
— Оформляй. Мы наконец определились с начальником отдела, — кивнул он не мне, а этому Александру. — Пойдём, Злата, я представлю тебя твоей команде.
Нахмурившись, я поплелась за ним в лифт. Где мы естественно оказались лицом к лицу. …Ненавижу лифты!
— Рад, что ты решилась, — произносит Захар Мазур, умудрившись заглянуть мне в глаза. Когда-то мне нравилось, когда человек смотрит прямо в глаза, но после … я стала избегать подобных взглядов.
— И что будет входить в мои обязанности?
— Управлять отделом внешнеэкономических связей, — пожал плечами Захар, небрежно сунув руки в карманы.
— Что??? … Ты … так ты меня имел в виду … когда сказал, что определился с главой отдела?! — неожиданно я стала заикаться. — Но … ты совершенно не в курсе, на каком уровне мои знания! Нет, я так не могу! — меня мгновенно бросило в холод, в жар, а потом в липкий пот. — Вы просто издеваетесь надо мной, господин Мазур! Это такая злая шутка? — как же я разозлилась! Даже моя фобия померкла на фоне такого взвинченного состояния.
— Нет, Злата, всё серьёзно. Струсила? Хочешь опустить руки развернуться и сбежать? — не отводя взгляда, он придвинулся ко мне ещё на полшага. — А как же дух борьбы? Не желаешь доказать самой себе, что твоему уровню есть куда расти?
— Но, чтобы переплыть море ты пригнал мне в помощь не плот, не лодку, а чёртов авианосец! — воскликнула я, тогда как Захар просиял довольной улыбкой.
Дверь лифта открылась. Но для меня этот сигнал вдруг остановил время.
И в этом зависшем состоянии … я увидела Захара Мазура. Прозрела.
Звучит нелепо и странно, но раньше, будучи в смятении и отчаянье — в его лице я видела перед собой лишь негативный сгусток. А тут … захватывающая дух идеальная привлекательность и ощущение бьющего источника силы, преображающего всё, что находится рядом с ним. Если его портрет повесить в галерее искусств — своей магнетической притягательностью он бы точно заряжал посетителей. Нечто неуловимое в глазах серого опала, обрамлённых чернющими загнутыми вверх ресницами — магнетизировало, подавляя мягко, но безоговорочно. Возможно, дело было в том, что в этот момент он улыбался. Но не хотела бы я увидеть эти глаза в гневе. По-моему, они бы могли убить одним единственным взглядом. Такое на меня нашло впервые. Мало того, у меня закружилась голова, и я пошатнулась, словно пьяная.
— Всё в порядке? — он сделал попытку поддержать меня, но прикоснуться не решился. Значит, Нина рассказала ему и об этом…
— Волнуюсь, но я в норме, — в смятении пробормотала я, отводя глаза от этого наваждения.
Увидев, будучи представленной, этих разодетых дамочек и мужчин, и то, какими квадратными глазами они уставились на меня, не веря в то, что объявил им глава компании — я поняла, что из этого террариума меня попытаются выжить в ближайшее же время, потому что воспринимают меня не иначе как курьера, занявшего чужое место. В принципе я так и выглядела — джинсы, кроссовки, растянутая кофта. Мне было по барабану в какие я облачена тряпки, а вот им было явно не до шуток! Бедняги так напряглись, что я даже удивляюсь, как обошлось без массовой истерии.
— Тебя конструктивно введут в дело. По всем вопросам обращайся к команде, они настоящие профессионалы. А если будет совсем туго — найди меня. И помни, авианосец на вёслах в море не выведешь, — сдержанно усмехнувшись, Захар простился со всеми величественным кивком.
Но через десять секунд окликнул меня, словно вспомнив ещё о каком-то пустяке. — Ах да, Злата, сегодня у нас встреча с представителями одной индийской косметической компании. Я хочу, чтобы ты её провела.
— Спасибо, что предупредили заранее, господин Мазур, — съязвила я, раздосадовано покачав головой.
— Мне нужны данные об этой компании! — так началось моё становление в роли главы отдела.
Переговоры велись на английском, но перешептывались индусы на хинди, а вернее на одном из диалектов — маратхи, и вот тут-то я прислушивалась, делая короткие пометки. Закончилось всё тем, что я сорвала одну из крупнейших сделок, вызвав непонимание у своей команды. И даже когда я им объяснила, что не вижу перспективным вести дела с нечистыми на руку дельцами — я их своими аргументами не переубедила, ещё больше утверждаясь в их глазах, как сбрендившая неудачница. А всё, потому что никто из этих презентабельных работничков внешнеэкономического отдела не знал маратхи в отличие от меня, но я пока была для них не авторитет. Далеко нет, я для них какая-то коза драная с улицы. Единственное, что меня спасало от их открытого линчевания — это личное представление главным боссом. Никто не решался в открытую попереть против выбора самого Мазура. Но за серьёзного босса меня здесь никто не держал, это было ясно, как божий день. Да я и сама пока себя не видела важной начальницей.