Лисье время (СИ)
– Рич, я же просил! – замер тот на полушаге и медленно, с явной угрозой обернулся к неожиданной погоне. А вот к тому углу, возле которого в густеющих сумерках и кустах притаился Конт, оказался практически спиной. – Называй меня как положено! Особенно там, где нас могут услышать.
– А? Да… господин Даборас, – второй парень, успевший пробежать по дорожке несколько шагов, тоже сейчас не видел ни оставленного позади приоткрытого входа, ни Конта, засевшего вплотную к стене и в паре метров от него. – Но ваше присутствие там настоятельно необходимо. Приборы! Они словно с ума сходят…
– Какие именно? Те, что в морге?
– Нет, про морг еще не знаю. Те что я здесь оставил! Переносной вариант.
Дожидаться, чем там у них закончится, Конт не стал. Как не стал дожидаться и особого приглашения. Согнувшейся в три погибели тенью скользнул в неспешно сужающуюся щель между створкой и косяком, в несколько прыжков проскочил пустой, гулкий как колокол зал прощания, нырнул в оставленный нараспашку проем напротив и затаился в темноте, прикидывая, где именно может начинаться проход отсюда к подвалам.
Глаза привычно быстро подстроились к полумраку, и дополнительных подсказок уже не понадобилось – на полу, покрытом песочного цвета плиткой, стали отчетливо видны темные следы прорезиненных колес, уходившие к широкой двери налево.
За нее-то он и успел проскочить, прежде, чем входная створка хлопнула в очередной раз и под высоким купольным потолком зала раздались неразборчивые из-за причудливого эха голоса. В главном здании ловить ему сейчас было нечего, в этом Конт мог бы поклясться – оно было пустым как коробка из-под распотрошенного детишками подарка. И если Нисса при этом из дверей не выходила – а такое они с Милфором не пропустили бы ни за что, значит ему надо как раз туда, куда ведут эти следы. Причем побыстрее, пока хозяева не перехватили! Хотя у них же там еще какие-то сбесившиеся приборы…
Глава шестая
Когда сверху грохнуло крышкой, Нисса не удержалась и пронзительно, отчаянно пискнула. Но звук напрочь заглушило металлическое громыхание колес тележки, на которую, как оказалось, был установлен гроб, и которую тут же покатили неизвестно куда. В первую секунду она настолько растерялась, что опять замерла мышью под метлой, во вторую вскинула руки, чтобы колотить изнутри, требуя прекратить и остановить, а в третью длинно втянула носом воздух и сжала ладони, стараясь успокоиться. Потому что примериваясь, где удобнее всего будет стучать в обитое мягким дерево, Нисса умудрилась чуть сдвинуть крышку. Едва-едва, снаружи на это наверняка даже внимания не обратили, но ей самой как раз хватило, чтобы справиться с пережавшей горло паникой.
Не закрыли! Ее не закрыли! И уж тем более не заколотили – этого бы она точно не пропустила даже в своем теперешнем состоянии. Значит, имеет смысл и дальше изображать труп, в надежде, что скоро ее оставят в покое. И в одиночестве. И дадут возможность удрать! А потом подробно и доступно объяснить некоему господину детективу, отправившему ее сюда, что именно и в каких выражениях она о нем думает!
В общем, если начать сейчас буянить, давая повод исправить оплошность с крышкой, выйдет гораздо хуже. Гораздо!
Закусив костяшки пальцев, Нисса всхлипнула в последний раз и успела с этим как раз вовремя – приехали. Тишина, когда каталку остановили и та перестала дребезжать колесиками, непрерывно подпрыгивая на стыках плитки, уже сама по себе была серьезной наградой за терпение. А уж когда два голоса над головой обменялись парой пустых, ничего не говорящих ей фраз и начали удаляться, впору стало вообще возносить благодарственные молитвы.
Выждав на всякий случай еще полминуты – продержаться дольше в этой тесной ловушке у нее все равно нервов бы не хватило, Нисса осторожно уперлась ладонями изнутри и попробовала чуть сдвинуть крышку своей тюрьмы. Что оказалось не так уж и просто. Во-первых, та была дьявольски тяжелой, а во вторых, крепилась к основной части… ну, скажем, конструкции, на петлях – на манер чемодана. Так что просто взять и сдвинуть ее не вышло, нужно было откинуть, а кто знает, не перевернется ли от такого все сооружение, включая каталку? Меньше всего сейчас хотелось устраивать вселенский грохот, изображая из себя развалившуюся стопку банных тазиков.
Но через пару минут осторожных усилий, взмокшая как мышь Нисса все же сумела протиснуть наружу голову, охнула, зацепившись за кромку шишкой на затылке, кое-что заметила и чуть не расплакалась от облегчения. Здешняя контора и впрямь оказалась на высоте. Даже в мелочах. Для откидывающейся крышки у каталки был предусмотрен специальный держатель – видать, эксцессов с перевернувшимся «оборудованием» и выпавшими «клиентами» здесь совсем не жаждали. Ну и молодцы…
Теперь выбраться на волю было уже делом полуминуты. Тихо захлопнув обратно свое временное, к счастью, пристанище (на всякий случай, а то мало ли, кто и когда захочет сюда вернуться?) Нисса осмотрелась вокруг в надежде понять, где оказалась и как отсюда сбежать… И выругалась от всей души. А потом еще раз – уже совсем-совсем душевно.
В узкой, похожей на чулок комнате без окон, но залитой ярким электрическим светом, она сейчас была не одна. Вдоль одной из длинных стен стояли своеобразным паровозиком еще три «экипажа», здорово напоминающих тот, в котором доставили ее саму, но только открытых. Без крышек вообще. Видать, конструкция там была другая. Другие, точнее, и все разные – в целом картинка напоминала то ли своеобразную витрину наличного здешнего товара, то ли просто свалку неликвида.
Причем скорее последнее – навевало на это еще одно. На уровне чуть выше человеческого роста над этой выставкой рухляди тянулся по стене перекрученный жгут неряшливых проводов – тоже словно с помойки, кое-как, на живую, пристроенных на вбитые в штукатурку крючья. А вниз от жуткой гирлянды, к каждой из трех каталок с гробами, уходили по несколько жил, свиваясь под конец в странные короны на головах трех уложенных туда девушек. Бледных до синевы, тихих – потому что с кляпами, но живых! Совершенно точно живых – глаза у всех были открыты и взгляды – мутные и, кажется, не совсем вменяемые, не отрывались от неожиданной гостьи, провожая каждое ее движение.
А еще… Им было больно! Тут даже гадать не приходилось – достаточно оказалось просто всмотреться в лица.
Не думая больше ни о чем Нисса рванула жуткое украшение с головы ближайшей из девушек, почему-то чувствуя себя так, словно срывает терновый венец, подскочив к следующей каталке, сдернула дьявольскую штуку там, а потом и с последней. И лишь после этого вдохнула, медленно приходя в себя.
Впрочем, даже начни она размышлять и взвешивать прежде чем делать, все равно в итоге поступила бы так же. Наверняка и без вариантов. Просто время потеряла на сомнения.
Взгляд у ближайшей из девушек… Из похищенных ведьм, конечно, хватит уже было себя обманывать! Так вот, взгляд у нее прояснился и хотя говорить та не могла, глазами показала себе на запястья и на щиколотки. Где и обнаружилась еще одна нетипичная особенность их гробов – крепления из ремней для рук, ног и головы. Чтобы пленницы не то что двинуться, а даже пошевелиться не могли.
– Че-ерт… – в очередной раз за последнюю минуту простонала Нисса и торопливо полезла себе под юбку. Да, время, отведенное на спасение ей самой утекало сквозь пальцы, но что теперь было делать? Не бросать же все на полдороге, раз уж начала?
Глава шестая 2
За неделю на новой работе Нисса настолько прониклась игрой в помощника частного детектива, что как-то вечерком, по дороге домой, ей захотелось навестить оружейный магазин, и выбрать там себе хорошенький, по-солидному увесистый револьвер с отделанной перламутром рукоятью. А в дополнение к нему – столь же симпатичный нож в специальных ножнах, крепившихся на бедре, под юбкой. Револьвер Конт у нее безжалостно отобрал – еще перед тем, как она вышла из машины и успела постучать в будку здешней охраны. Ненавязчиво заглянул в сумочку, вытащил, поддев пальцем за скобу, да еще и посмотрел так, что Ниссе стало почти стыдно. Но вот про нож, пристегнутый на бедре, к счастью не догадался, а вещица и впрямь оказалась ровно такой, как ее расписывали – маленькой, незаметной, но при этом острой и вполне рабочей. В чем Нисса тут же и убедилась – ленты натянутых до предела ремней лопались чуть ли не сами, стоило сделать первый надрез. Так что через пару минут пленниц можно было считать свободными, вот только ситуацию это не изменило абсолютно – пошевелиться девушки все равно пока не могли. Слишком долго пролежали связанными, и сколько времени им понадобится, чтобы прийти в себя хоть относительно, можно лишь гадать.