Дань (СИ)

- Много хороших предсказаний не бывает, бабушка, - ответила ей княжна, взяв за другой локоть. – А ваши речи мы выслушаем с величайшим вниманием.
Они подвели старушку к скатерти и усадили на мягкие подушки, вверив заботам других женщин.
- Да что и говорить, когда счастье через край, - ответила видящая и шепнула Эйлин: - А ты заходи ко мне, дитя. Я тебе о славных правнуках твоих расскажу и еще о сорока поколениях вперед.
Княжна улыбнулась. Она поняла, что старая женщина шутит и своими словами хотела сказать лишь то, что род Хана продлится и будет славным и сильным.
- Спасибо, - поблагодарила она, получив улыбку в ответ.
Веселье продолжалось весь день, а когда светило склонилось к самому горизонту, к ханской скатерти подвели невысокого коня, полностью скрытого алой шалью. Рядом в поводу вели оседланного ханского вороного жеребца.
Эйлин не понимала, отчего вдруг у нее так отчаянно забилось сердце. Княжна волновалась, словно ей предстояла встреча с кем-то родным. Она посмотрела на мужа и робко спросила:
- Кто это?
Он протянул руку, помог подняться жене и повел.
- Это мой подарок тебе, - улыбнулся он, остановившись рядом с животным, и сдернул шаль.
Подарком оказалась невысокая, очень ладная каурая лошадка.
- Малышка, - ахнула княжна, и слезы заблестели в ее синих глазах. – Малышка…
Девушка подошла к лошадке и та очень тихо, почти застенчиво всхрапнула. Эйлин коснулась шелковой гривы, заглянула в карие глаза и была навек покорена этим очарованием.
Нет, это была не ее Малышка, но очень похожая лошадка. А мысль о том, что Хан осматривал табуны, выискивая почти точную копию почившей любимицы жены, грела девушке сердце.
- Как ее зовут? – с улыбкой спросила она.
- У нее еще нет имени, - сказал Кайсар. – Она молода, и до этой минуты не имела хозяйки. Назови ее как пожелаешь?
Хан был доволен, что его дар затмил все другие дары и тронул сердце любимой. Он видел радость на лице Эйлин, и от этого тепло разливалось по всему телу, а щемящая нежность бурлила в венах и рвалась наружу. Лишь за одну улыбку этой женщины Кайсар не задумываясь отдал бы все, что имел.
- Я назову ее Радость, - сказала жена.
- Прокатимся? – спросил Хан, и девушка кивнула.
Кайсар помог ей устроиться в седле, лишь потом вскочил на своего жеребца.
- Я покажу тебе, что степь бескрайняя, а ночное небо здесь выше, чем в любом месте Элитары, - шепнул ей муж. – Расскажу тебе, как коротка жизнь для того, чтобы я успел сказать тебе все слова о нашей любви…
- Начни сейчас и, быть может, успеешь до условленного часа… - улыбнулась княжна, и ее лошадка перешла на шаг, покидая праздник.
Хан не отставал, а вдали веселились люди, звучала музыка, песни, и почти никто не заметил, как ушли те, ради кого все сегодня здесь собрались.
Последние лучи освещали сочные травы. Где-то высоко блестели первые звезды. По бескрайней степи неслись навстречу ветру могучий воин на вороном жеребце и его хрупкая жена на невысокой каурой лошадке. Мужчина и женщина смотрели друг на друга, и их лица светились любовью и радостью. Счастья было так много, что каждый готов был делиться им со всеми, кто нуждался в этом, делая мир лучше и прекраснее.
САМЫЙ КОРОТКИЙ И САМЫЙ ГРУСТНЫЙ ЭПИЛОГ
(слабонервным не читать)
Много лет спустя…
- Ты звал меня, Великий Хан?
В тронный зал вошел статный мужчина. Годы уже вплели серебро в его волосы, но он был еще полон сил, а в его синих глазах светились ум и мудрость, накопленная за прожитые годы.
- Сегодня, Етугай, я позвал тебя, не как твой Хан. Я позвал тебя, как отец, - произнес Кайсар и стал медленно спускаться по ступеням к своему первенцу. – В последний раз.
Взгляды двух мужчин, двух могучих воинов встретились, и сын понял, что хотел сказать отец.
- Когда? – спросил он, и голос джинхара и ближайшего ханского нукера дрогнул, как у простого мальчишки, но отец предпочел не заметить этого.
- Поставь мой походный гэр в степи на закате, - ответил Кайсар.
- Может, устроить обед или ужин, чтобы ты мог попрощаться со всеми? – робко предложил Етугай.
 
Кайсар гордился сыном. Он не раз прославил свое имя – имя того, в честь кого был назван.
- Праздновать нужно встречу, а расставание принимать как данность с открытым сердцем, сын мой, - ответил ему Хан. – Ты станешь следующим Великим Ханом.
- Как?.. – удивился воин. – А сила Матери Всех Степей?
- Она заснет до срока, ибо только люди должны вершить дела свои и судьбы. Только люди должны нести ответственность за них, - произнес Кайсар. – Последний приказ составлен. Правь мудро, достойно и милосердно, сын мой. А теперь ступай, у меня еще остались дела.
Етугай поклонился и вышел из тронного зала, но почти сразу, выскользнув из боковой двери, рядом с Ханом появилась женщина. Ее легкие шаги были едва слышны.
- Мое северное солнце… - прошептал Кайсар.
- Ты всегда меня чувствовал, - улыбнулась жена.
- Я узнал бы тебя из миллионов, любимая.
- Ты сказал ему? – с тревогой спросила она.
- Сказал.
- Ох, я бы не отважилась… - прошептала княжна.
- В тебе всегда было больше отваги, чем во всем саинарском воинстве.
Они обнялись и еще долго стояли, наслаждаясь близостью друг друга.
***
Под вечерним небом Элитары, посреди степи раскинулся праздничный ханский гэр. Величественный шатер из белого войлока, украшенный прекрасными вышивками, приковывал взгляды огромного количества людей, которые собрались проводить Великого Хана в последний путь.
Хана Кайсара не сопровождали любимые нукеры и доблестные воины, он шел лишь с Эйлин – своей единственной любовью, которую пронес через всю жизнь, Великой Хайрат Эхнер, по-прежнему держа ее ладошку в своей руке. Она шла рядом и счастливая улыбка была на ее лице, потому что и княжна уходила с любимым.
Перед самым гэром они обернулись, чтобы еще раз взглянуть на родных, близких, друзей. Трое сыновей с женами, две любимых дочери с мужьями, внуки, правнуки и даже прапра… Их провожало четыре поколения ханской семьи, их кровь текла в каждом из них, а значит, они не зря прожили свою жизнь, оставив свой след на Элитаре. Они уходили с легким сердцем и чистой душой, зная, что сделали все, что боги могли требовать от смертных, и даже больше.
О них еще сложат легенды и споют песни, но сейчас народ смотрел на них и запоминал Великую ханскую чету – Кайсара, давно постаревшего, но не утратившего осанку воина до самого последнего дня, и его верную жену Эйлин, несмотря на морщины, не утратившую былой красоты, ибо душа ее осталась прекрасной, а синие глаза сияли добротой и милосердием.
Они поклонились собравшимся и вошли в гэр.
А когда небо покрыл темный бархат, из дымового отверстия гэра вырвался свет. Люди ахнули, увидев прекрасную картину – два призрачных зверя – серебряный степной барс и золотая лесная рысь, кружась в последнем танце, уносились ввысь, в высший чертог, где их уже ждали те, кого каждый из них любил.
Они ушли вместе, достойно и красиво. Они ушли так, как прожили свою жизнь, которую еще долго будут вспоминать и пересказывать друг другу добрые люди.
16.03.2023
КОНЕЦ