Крепость «Авалон» (СИ)
— Я Хассан. А это Торак и Шадик, — хмуро ответил один из бородачей. — Посев острова Хазад, корабль «Валкон».
— Должность?
— Э?
— Если вы моряки, то что делали на пароходе?
— Матросы мы… Команды выполняли, да. Что офицэры прикажут: принэси-унэси…
— Конкретней! Какие именно матросы, мля, что умеете делать! Отвечать быстро! — вмешался в допрос Матвей.
— Я моторист. А они палубные матросы, — осторожно ответил бородач.
— Моторист? Пойдем со мной в машинное, моторист. Если покажешь мне там с первой попытки насос охлаждения внутреннего контура дизеля, поверю, нет — шлепну на месте, — обычно флегматичный капитан был основательно зол.
— Зачэм так? Не надо в машинное… я недавно моторист, э. Ученик моториста. У нас нэ было дизеля…
— А вы значит, палубные? — перевел взгляд на остальных пленников Матвей. — Ну и кто из вас, ушлепков, мне покажет, как заплести огон?
Все трое сидели молча, уставившись взглядами в палубу.
— Хорошо, упрощаю вопрос. Кто из вас скажет, что вообще такое огон?
— Узэл такой, морской. Для связывания веревок, — после недолгого молчания сказал один из бородачей.
— Саш, они не палубные матросы, — усмехнулся Матвей. — Вообще ни хрена не моряки. Врут, как дышат.
— Понял уже, — кивнул я. — Ну что же. По-хорошему господа говорить не хотят, будем по-плохому. Макарыч, позови Твайну. И пусть с собой инструмент для развязывания беседы прихватит. Ну и все остальное, что требуется, чтобы быстро не скопытились.
Увидев выбравшуюся на палубу с одной из своих магичек Твайну, и без того бледный Хассан стал прямо-таки серым. Видимо, об искусстве допроса от ваэрия он был уже где-то наслышан во всех подробностях.
— Ты чего такой злой, ярл? — спросил он. — Ну, воевали. Это бой, э? Ты меня в бою щадишь не будешь, я тебя щадить тоже не буду, сам понимаешь. Но уже все. Боя нет, ты побэдил, да… Давай спокойно поговорим, по-человечески. Не надо пытки.
— Давай, — согласился я. — Но учти, еще одно слово лжи и ваэрия спустят с тебя шкуру. Не фигурально, а буквально. Сам знаешь, тут ни закона, ни прокуроров нет. Итак, кто вы такие? Боевики десанта? Охрана судна? И кто у вас управлял кораблем? Не в жизнь не поверю, что это делали вы.
— Мы «лорды» острова Хазад, — неохотно сказал Хассан. — А судном управляло «имущество»…
Дальнейшая история откровением для меня не стала, что-то подобное я и ожидал услышать. Примерно четыре года назад случилось так, что в треянский посев на острове Хазад попали несколько десятков бородатых ребят из горной местности. Разных национальностей, но большинство — из бывшего СССР и отличало их от остальных перенесшихся с Земли бедолаг умение держать в руках автомат и без колебаний пользоваться им по назначению. Испытание проблем для бородачей не составило: объединившись под руководством некого Амид-хана, они быстро зачистили агрессивную фауну, активировали кристалл и получили себе под командование первый корабль — небольшой портовый буксир. Моряков среди горцев ожидаемо не оказалось, но таковые нашлись среди «живого имущества», которым «лорды» Хазада распорядились без всяких рефлексий. Женщин разобрали по гаремам (самых молодых и красивых взял себе Амид-хан), а мужчин обратили в натуральное рабство. И зажили себе на острове по своим племенным понятиям, весело и радостно, пока не встретились с тельнор. Впрочем, бородачи и тут нашли свою выгоду. Первоначально все началось с конфликта, но, в отличие от нас, Амид-хан быстро сумел найти общий язык с Тайр-шером и обе стороны получили желаемое.
Ставшие «лордами» боевики, вооруженные автоматическим оружием и минометами, совместно с магами тельнор зачищали острова с посевами людей и ваэрия гораздо эффективней, чем маги в одиночку. Далее «имущество» и добычу делили. Моряков, молодых и красивых женщин и приглянувшуюся рабочую силу Амид-хан забирал себе, остальные люди и ваэрия доставались тельнор вместе с островами и большей частью добычи. Правда, тех мужчин, кто присягал Амид-хану, в некоторых случаях могли повысить из рабов до «янычар» под командованием «лордов» Хазада, пополняя периодические потери и усиливая десантные отряды. А на вырученные от продажи добычи канделы бородачи купили себе кроме буксира еще два вооруженных траулера типа KUj, укомплектовав их командой из «имущества». Впрочем, моряки хотя и жили на Хазаде немного лучше остального «имущества», никакой власти не имели. Артиллеристами на судах служили боевики Амид-хана, они же внимательно наблюдали за экипажами, жестко пресекая любую попытку бунта.
Вскоре в придачу к двум переделанным в охотники паровым траулерам у бородачей появилось судно тельнор со смешанным экипажем, а Амид-хан начал было подумывать о самостоятельном рабовладельческом промысле и современном военном корабле, но тут маятник качнулся в обратную сторону и бородачи впали у Тейр-шера в немилость. Случилось это после того, как у повелителя тельнор появилась еще одна пиратская команда из, по мнению Хассана, «латиносов», ходивших на каком-то американском пароходе. Причины случившегося мне были ясны как день: повелитель серокожих, по всей видимости, не был идиотом, и понимал, что усилившиеся боевики могут чрезмерно возомнить о себе и перестать быть ручными. И чего доброго примутся рвать его собственную островную империю, вместо захвата свободных посевов. На внутренних островах тельнор добыча пожирнее будет… Поэтому следовало вовремя остановиться и не дать Амид-хану слишком усилиться. А еще лучше завести несколько пиратских команд из людей разных национальностей, чтобы тем труднее было договориться и заставить их конкурировать между собой за его благосклонность и долю в добыче.
Впрочем, тут уже начинались сплошные загадки и предположения. Возможно, Авалону предстояло стать третьей человеческой «Тортугой» в империи тельнор. Не исключено, что Тайр-шер опасался, что мы сможем договориться с Амид-ханом, все-таки мы люди и говорим на одном языке. Поэтому и не придал его корабли к экспедиции «Чистильщика». А может быть, он боялся потерять в схватке с нами противовес «латиносам» или бородачи были нужны ему для каких-то внутренних целей. Кто знает? Если верить Тров-кану, не всё в империи серокожих обстояло благополучно, кроме того были какие-то беспокоящие её границы «северные союзы». В любом случае случилось то, что случилось. «Чистильщик» оказался уничтожен, мы стали очень опасны и два из четырех кораблей Амид-хана были переброшены поближе к Авалону. Когда мы атаковали первый из островов добытчиков магического жемчуга, они были уже готовы перехватить нас по тревоге и ждали у второго поселения… Вот собственно и вся история.
— Слюшай, отвези нас на остров, русский, — примирительным тоном сказал Хассан, когда я заканчивал допрос. — У тельнор там Урв-шер главный, он за нас выкуп даст. Тысячу кандел за каждого. Не пожалеешь. Три тысячи — хорошие деньги.
— Чтобы вы снова стреляли в нас при встрече? — пожал я плечами. — Так себе предложение… Ты мне лучше другое скажи, бармалей… Ты же был в рубке «Валкона» во время боя?
— Был, — неохотно пробурчал бородач.
— Ладно, мы сглупили и начали убегать от вас, вместе того, чтобы сразу засадить торпеду в упор. Тому были причины, так уж вышло… Но вы-то чего дурака валяли? Поверили Юле, что она сдаст корабль? Серьезно? Почему вы дали нам время оторваться, развернуться и атаковать?
— Потому что Керзайбек — жадный похотливый ишак, — зло ответил Хассан. — Капитан Кудрявцев говорил ему, что это ловушка! Я говорил, что вам верить нельзя! Но он сказал — раз у русских баба в рубке, значит они трусы. Не будем стрелять — получим целыми и бабу, и корабль, и жемчуг! Выслужиться перед Амид-ханом хотел, пес!
— Возможно, — кивнул я. — Ну что же, вопросов больше не имею. Пора прощаться, Хассан.
— Подожди… Не надо! Урв-шер даст тебе две тысячи кандел за каждого!
— Не надо нам ваших кандел, — вздохнул я. — Леша, сними с них наручники… До острова около мили, вода теплая. Если доплывете, то ваше счастье. Нет — значит не судьба. Давайте, прыгайте за борт.