Крепость «Авалон» (СИ)

— Это я виноват, — опустил я взгляд. — Надо было найти еще кандел и вместо ПК на рубку ставить счетверенный зенитный «Максим» с коробами на пятьсот патронов. Тогда бы абордажники вообще до нашей палубы не добрались, эта мясорубка снесла бы всех на подходе.
— Еще один! — всплеснула руками Юлька. — Что это вы, мужики, так любите на себя вину брать!
— А кто еще накосячил? — поинтересовался я.
— Матвей ходит мрачнее тучи. Он у нас теперь за главного, пока вы с Борисом отлеживаетесь. И теперь кэп переживает, что вместо меня к пулемету не встал, вроде как струсил. Хотя не струсил он, это просто рефлекс — на судне капитан штурвал и мостик не бросает до последнего, его место в бою — там. Он ведь уходил от абордажа и грамотно уходил. Никто не мог предугадать, что у магов вдруг такая прыть прорежется. У тельнор на последних метрах скорость была почти двадцать семь узлов! И это в полный штиль у парусного судна!
— Магия, — пожал я плечами. — Я думаю, что такую скорость корабли тельнор могут развивать лишь в течениенескольких минут и стоит она им весьма дорого. Иначе они бы нас сразу догнали. Просто в момент торпедной атаки мы подпустили их слишком близко, и они вложили все силы в последний рывок, решив закончить дело абордажем. Снова мой просчет.
— Тогда уж я виновата в том, что слишком долго меняла ленту у пулемета, — вздохнула Юля. — Если бы я не замешкалась и успела быстрее, то тельнор не добрались бы до орудия, с меня за это спрос.
— Стоп, — нахмурился я. — Ты права подруга, не стоит себя накручивать. Очень жалко Димку с Иваном, но что случилось, то случилось. И Лейрр тоже жалко, — вздохнул я. — Но мы пока живы, значит надо не голову пеплом посыпать, а отрабатывать косяки, чтобы такого больше не повторилось. Похороним друзей и будем думать, что можно сделать на будущее. Лучше ответь, что у нас с противником? На Чистильщике было полно серокожих, а торпеда настигла его совсем рядом с берегом. В то, что все они погибли при взрыве, не верю. Море теплое, волнение минимальное, а тельнор выглядят чуть ли не спортсменами. Часть магов должна была вплавь добраться до Авалона. Где они? Их ищут? Был бой? Какие-то меры предприняты?
— Нет никого, — покачала головой Юля. — Возможно, имеется пара пленных «языков», но они у Квайры. До берега никто из серокожих не доплыл. Почти наверняка.
— Откуда ты можешь это точно знать? — удивился я.
— От Твайны, — развела руками Юля. — А она от дельфинов. Видишь ли, Саш, афалины не любят тельнор. Из-за морских зверей, которые их вовсю жрали до нас, и вообще… Так что, те из магов, кто попал в воду и поплыл к берегу, до него не доплыли. Ни на обломках «Чистильщика», ни своим ходом — никак. На них специально охотились и их всех утопили по приказу Квайры, который дельфины принялись с удовольствием выполнять. В воде тельнор против афалинов ничего сделать не могут. Этой проблемы перед нами не стоит. Но…, - задумалась Юля. — Есть другая.
— Проблема? — приподнялся я на койке, отставив миску с недоеденным бульоном на стол.
— Ну, как сказать, — наморщила нос Юля. — Отчасти. Видишь ли, на «Чистильщике» и на трофейном судне кроме магов находилось немало рабов из ваэрия и людей. Часть из них выжило и спаслось. Ваэрия и сами отлично плавают, они в своих болотах к воде привычные, а людей находили в море и помогали им добраться до берега дельфины. Сейчас у нас на Авалоне около трех десятков человек и пяти десятков ваэрия, все из бывшего «имущества» тельнор.
— Так это же неплохо, — кивнул я. — Люди нам нужны, у нас работы хватает.
— Это так. Но Квайра хочет их всех забрать к себе в рабы в компенсацию за проведенную кампанию. Она вообще очень злая, считает, что мы специально подставили ваэрия под огонь и напрасно погубили два корабля и кучу магичек. И на трофеи она тоже хочет наложить лапу. Матвей пока не дает, но обстановочка у нас та еще, не очень-то и дружественная, — помрачнела Юля. — На нашу Твайну ваэрия всех собак спустили… Мы даже магичек для вашего с Макарычем лечения привлекать побоялись, когда они предложили помощь. Вдруг они вас залечат до полного кондратия? В общем, это очень хорошо, что ты пришел в себя командир, — закончила помощница капитана. — Вчера Квайра уплыла к себе на Вэнлай, у нее там неотложные дела, десант добивать надо. Но обещала вскоре вернуться и взять свое. Проблем полно.
 
— Значит, будем разгребать, — вздохнул я. — Не в первый раз.
А потом мы снова поцеловались, сидя на кровати и плотно прижавшись друг к другу. Юля крепко обняла меня за плечи и затылок и никак не хотела отпускать, пока нам не стало нечем дышать. Но когда наши губы, наконец, разомкнулись, взгляд помощницы капитана был строгим как никогда.
— Саша, давай сразу договоримся, пока все не зашло слишком далеко. Ты мне нравишься, и я готова вступить с тобой в близкие отношения, — негромко сказала девушка. — Но я предупреждаю, что отношусь к этому очень и очень серьезно. Потрахаться какое-то время и затем разбежаться, оставшись друзьями, увы, не получится. Если ты настроен на этот вариант, то предупреждаю заранее — все кончится плохо. Для меня и для всего нашего общего дела. Я мнительная, довольно ревнивая и не могу с холодной головой отделять личное от рабочего. В этом случае мы не сработаемся. Вам придется искать другую помощницу капитана, а это не так-то просто сделать. Честно говоря, это вообще плохая идея — заводить в нашей ситуации служебные романы.
— Ты слишком ответственно к этому относишься, — улыбнулся я.
— Я вообще ко всему стараюсь относиться ответственно, — возразила Юля. — А к отношениям тем более. В свое время я это уже говорила Матвею, а теперь говорю тебе.
— У вас с ним был роман?
— Нет. Если ты хочешь знать, мы с ним не занимались любовью и даже не целовались как с тобой. Но он ко мне всерьез подкатывал, еще до попадания на Авалон. И принял мои доводы, когда я ему объяснила, почему роман между нами невозможен, после чего мы сумели остаться хорошими друзьями и работать вместе. У него сейчас отношения с Аленой и меня это только радует.
— Не замечал этого, — удивился я.
— Ты вообще довольно толстокожий насчет отношений, — пожала плечами Юля. — Но речь не об Алене с Матвеем, а о тебе. Сейчас я готова все забыть и списать на твою контузию. Никаких проблем. У нас в экипаже Инга свободна, да и на берегу девушек полно, ты без труда найдешь себе пассию для отдыха. Но если ты захочешь отношений со мной, то тебе придется до конца лакомиться одним и тем же тортом. И вообще все будет довольно серьезно. Я ясно выражаюсь?
— Вполне.
— Вот и подумай. Вечером скажешь свое решение.
— А что тут думать? Юль, ты девушка серьезная, но и я не пацан с ветром в голове. Ты мне нравишься, и я хочу быть с тобой. С остальным разберемся по ходу дела. Колечка у меня сейчас с собой нет, но…
— Обойдемся без него, — кивнула помощница капитана. — Итак, ты решил. Если что, потом не жалуйся. Сам видел что брал и за язык я тебя не тянула…
Этой ночью после ужина Юля осталась в каюте со мной. И мы с ней сделали это, медленно и печально, с учетом моей долбанной контузии. Моя морская дева оказалась не девственницей, хотя опыта в делах постельных у нее было явно маловато, что с лихвой компенсировалось старательностью и желанием прежде всего сделать мне приятное, а уже потом получить удовольствие самой. Юлька воистину оказалась ответственной во всем, даже в постели, и я, в очередной раз целуя ее обнаженное тело и лаская маленькую крепкую грудь, понял, что и сам начинаю всерьез влюбляться. Ну что же, пусть будет так.
 
Ушла к себе Юлька далеко за полночь, мотивируя это тем, что мне надо выспаться, а вдвоем на узкой койке это вряд ли получится. Заснул я почти сразу, крепким сном без сновидений и, хотя до утра успел поспать от силы часа четыре, почувствовал себя довольно бодрым и отдохнувшим настолько, что самостоятельно побрел на общий завтрак в кают-компанию. Голова уже почти не болела и наконец-то перестала кружиться, слух тоже вернулся в полном объеме.