Усилитель. Трижды воскресший (СИ)

– Искренне рад знакомству с Вами. Андрей мне рассказывал много положительного о вашей семье, и я не мог не напроситься на визит.
Мы прошли в дом, сели в гостиной, и потекла неспешная беседа около самовара. Реально, около древнего самовара, на бронзовом, вычищенном до зеркального блеска, боку которого красовался ряд медалей, а сам самовар был объёмом с ведро, не меньше. Рядом стояло несколько чайников с заваркой и Оксана Евгеньевна, наливая буквально по два напёрстка воды и доливая немного заварки, подавала небольшую чашку Артуру и рассказывала о том или ином виде чая. Здесь же были и лучшие сладости.
– Ох, вечер-то как летит! Интересно с Вами беседовать, Артур Николаевич, но совсем мы вас заболтали. Вам, наверное, пообщаться хочется. Идите к Андрею, отдыхайте, ждём Вас к ужину: – Оксана Евгеньевна легко свернула беседу.
Естественно, как только мы вошли в мою комнату, Артур бросился к стойке с оружием: – Ух ты! – восхищённо воскликнул он, – я по твоим рассказам не думал, что его настолько много. Взяв один из мечей, он вынул его из ножен: – Необычный!
Я, пользуясь тем, что он весь ушёл в оружие, сбегал в спальню, чтобы переодеться в спортивный костюм: – Артур пришёл в гости в джинсах и свитере с вырезом, и мне тоже хотелось выглядеть попроще.
– О, а вот эта тяжёлая, настоящая, боевой вариант. Хотя слишком отделка шикарная, чтобы такой рубиться. Выглядит очень дорого, как будто под заказ делали для очень богатого заказчика.
– Это подарок от барона Пле́тнева, извинение от него за действия сына, Влада.
Я коротко рассказал историю плетневских подкатов ко мне и драки с его компанией. 
– Да, я краем уха слышал что-то такое. Обсуждали одноклассники. А спросить было не у кого – со мной же никто не общается. Но пятеро противников – ловко. Вот уж воистину – одним махом пятерых побивахом. Такая шашка за то, чтобы замять такую историю,– это недорого. Он же наверняка и всем пострадавшим что-то выделил. Вообще Плетнев – барон, но по влиянию и могуществу, да и по богатству – скорее уже граф. У него целый флот грузовой, хоть и небольшой, и пассажирских судов много – в Москве почти все прогулочные катера – его.
– Оружие интересное, может в спортзале немного помахать можно, чтобы развесовку проверить, и в целом, как в руке лежит?
Мы перешли в спортзал, чтобы было можно «примерить руку», где немного «примерили» мечи и сабли, потом надели шлемы и кевларовые куртки с перчатками и стали осторожно спарринговать. Буквально, через две минуты в комнату просочились братья Перловы, а ещё через минуту Василий и Борис по очереди «сражались» с Артуром. Чуть позже на шум пришёл и Геннадий Алексеевич, который стал комментировать наши действия и показывать, как лучше отбить тот или иной приём и какая стойка эффективнее. Оказалось, что Артур несколько лет занимался фехтованием на шпаге, нашлись шпаги, и он стал показывать приёмы. Почти час мы «звенели» на весь дом, потом, уже вместе с братьями Перловыми отправились ко мне смотреть пояса, луки и другое снаряжение, причём Вася с Борей заявили, что они всё видели, но с удовольствием примерят ещё раз.
Завершился вечер ужином. Беседу за столом взяла в свои руки Оксана Евгеньевна, умело уводя её от вопросов о семье Артура и сводя темы к учёбе и быту: какие предметы в школе предпочитает, какие кажутся сложными, какие увлечения... Одновременно она и Геннадий Алексеевич рассказывали о рода́х Перловых и Мармеладовых, работе и учёбе, заготовлении трав и разработке новых рецептов чая. Дети тоже участвовали в беседе – нахваливая стряпню тёти Лизы. Отличился младший из Перловых – одиннадцатилетний Борис: когда речь зашла о моей коллекции оружия, он меня «сдал», заявив, что у меня ещё есть несколько сёдел, красивых и удобных, он их все попробовал, но они хранятся на складе.
– Ну, думаю, у Артура ещё будет возможность у нас побывать и посмотреть и сёдла, и на тренировочную площадку пройти, – остудила пыл отпрыска Оксана Евгеньевна.
Прощаясь, Артур тепло поблагодарил хозяев, и мне показалось, что он был искренним. Автомобиль семейства Перловых, стоявший у крыльца, увёз барона домой.
  
***
Беда пришла, откуда не ждали. Как ураган завертела и поглотила она всё семейство Перловых, отодвинув дела и заботы, заставила озабоченно подключиться с ежедневными звонками бабушек из Москвы и Симферополя, ежевечерне проводя межродовые брифинги, вызывая сочувственные вопросы у знакомых. Мне казалось, что даже лошади в конюшне внимательно заглядывали мне в глаза, как бы спрашивая: – Ну, как вы там, держитесь?
А началось всё с короткой, казалось бы, невинной, фразы, брошенной Катей за вечерним чаем: – Мама, у меня в этом году новогодний бал. Девочки в классе уже наряды обсуждают и готовятся.
Оксана Евгеньевна, всплеснув руками, утащила Катю и Юлю на «военный совет», а Геннадий Алексеевич схватился руками за голову: – Помню, как мои сёстры собирались. Всё, месяц нам житья не будет. Всем терпеть, улыбаться, оценивать-помогать-смотреть, не огрызаться. Помните, что ни смотря ни на что, они остаются нашими родственницами!
Впервые в малой гостиной мы собирали деревянные коробки в гордой мужской компании.
Вообще, традиционный новогодний бал назывался «губернаторским», так как проводился под патронажем губернатора и его финансовый взнос составлял основу расходов, но проходил он в здании Дворянского собрания как самом вместительном помещении во Владимире. Точнее, это был каскад из балов для всех возрастов: начиная от самых мелких детей – им даже «Щелкунчика» не показывали, чтобы не пугать их серыми мышами, до пожилых матрон, которые на балу в их честь не считали зазорным немного прикорнуть в сторонке. Для нашего «среднего школьного возраста» упор был сделан как раз на театральную постановку «Щелкунчика» и на новогодние сценки у ёлки с выходом героев к гостям, на игры и сладкий стол с получением призов и новогодних подарков из рук Деда Мороза и Снегурочки.
А вот у старших, к которым с достижением четырнадцатилетия относилась и Катя, это был уже полноценный бал с роскошными платьями и дорогими украшениями, со шведским столом, ломившимся от еды и напитков, громадным паркетным залом, живым оркестром, приглашёнными певцами и музыкальными группами, и, конечно же, танцами. Для Кати это был первый «выход в свет» и она, как и всякая девушка, хотела выглядеть не хуже подруг и одноклассниц. Да и для всех Перловых, не только её родителей, этот бал становился ещё одной проверкой на соответствие дворянским понятиям о воспитании подрастающего поколения, демонстрацией финансового благополучия, и, немножко, смотринами.
***
– Разрешите войти, учитель Фэн.
Мой визит был дневным, незапланированным, и, прежде чем идти к Ван Фэну, я ему позвонил и получил согласие на встречу. И хотя он меня ждал, и был я русским, а не китайцем, в отношениях с учителем мы строго придерживались китайских канонов общения и ритуал подхода к старшему и оказания должного уважения я соблюдал неукоснительно.
– Рад тебя видеть, Андрей. Присаживайся, только что заварил чай, попробуй.
Мы попили чай, поговорили на разные темы. И, наконец, я перешёл к вопросу, который меня привёл к нему: – Вы же знаете, что у Екатерины новогодний бал. Я хотел бы сделать ей подарок, который бы был ей полезен на балу, но не имею представления о балах вообще, и тем более, о том, что нужно девушке из аксессуаров. Шляпка? Вуаль? Перчатки? Сумочка? Что-то ведь она хочет заказать сама? Что-то яркое, красивое и нужное? Или просто какое-то украшение типа кольца или заколки?
Ван Фэн задумался.
Мы вместе с ним полистали в сети фото с прошлых балов, пытаясь понять, как выглядят и чем пользуются девушки на столь ответственном, на их девчачий взгляд, мероприятии. Почитали немного светские новости, поохали из-за растранжиривания времени, которое можно было бы употребить на более интересные вещи. У нас полчаса ушло, не меньше, пока мы определились, что почти у всех девушек на балу есть красивый веер и небольшая записная книжка.