Усилитель. Трижды воскресший (СИ)

Первым докладывал руководитель контрразведки Ми-5 Кеннет Маккэлм – Россия традиционно являлась зоной ответственности именно Ми-5 и члены Совета сочли полученные данные о России более важными.
– Ваше императорское величество, ваше императорское высочество, господа тайные советники. Как только мы узнали, что в Германию бежал из России офицер службы внешней разведки, мы потребовали у них поделиться носителем информаций, немцы не смогли отказать, так как они во многом зависят от нашей информации и аналитики по Востоку. Так что со всеми основными данными, полученными из документов и допросов, Вы уже вкратце знакомы. Главное, что содержалось в досье подполковника Николая Гефта – русская стратегическая статистика с характеристиками магической силы российской знати. Начиная от императора и включая всё высшее руководство и князей ведущих родов. К сожалению, полностью подтверждается высокий уровень магической силы императора, наследника и цесаревича, – он заглянул в бумаги, – Александера. Эти данные были получены в кратчайшие сроки после инициации принца и свою актуальность не потеряли. Как мы и предполагали по косвенным признакам, русский император находится в начале пятого уровня, а наследник престола – на четвёртом.
При этих словах королева плотнее поджала свои тонкие губы и слегка скосила глаз на мужа. Тот сидел расслабленно и слушал доклад. Муж был ровесником императора Николая, но его магический рост практически остановился на середине четвёртого уровня, и королева считала, что виной тому заброшенные тренировки и слишком разгульный и богемный образ жизни супруга и его стремление к роскоши. Но ссориться из-за этого считала излишним, да и слишком хорошо знала мужа и понимала, что его не исправить, а вот раздоры в семью внести можно.
Кеннет Маккэлм своим размеренным, монотонным голосом продолжал доклад: – Более того, полученные данные представляют собой измерения за несколько лет, и на их основе мы можем сделать точные прогнозы на два-три года вперёд и относительно точные – ещё лет на пять. Помимо этого, перебежчик предоставил немало другой информации, оцениваемой как крайне интересная и перспективная для работы. Например, о том, что император поддержал идею создания отдельной академии для обучения магически одарённых, и сейчас русскими ведётся выбор места для её дислокации и разрабатывается штат. Гефт также сообщил секретные данные об объекте «Кемерово-21», о котором мы ранее информацией не располагали, где ведутся разработки химических рецептур для увеличения силы. Из слов перебежчика следует, что в России налажен выпуск таблеток, которые выдаются обладающим магической силой, и это приводит к скачкообразному росту их силы на непродолжительное время. Перебежчик дважды получал такие таблетки, причём, оба раза разные, и сила возрастала. Состав таблеток и местонахождение производства он не знает. Мы через свою агентуру ведём как поиск предприятий-изготовителей магической химии, так и пытаемся выйти на каналы распространения этой фармацевтики, чтобы получить образцы.
– Что дальше по этому, по Гефту? Планы на него какие? – королева специально выплюнула фамилию коротко и громко, заметив, что министр обороны начинает поклёвывать носом.
– Старый боров, – подумала она, – не сковырнуть ведь с должности, да и среди пэров, таких же старых пердунов, у него поддержка сильная.
– Ваше величество, Ваше высочество, тайные советники, мы рассчитываем ещё в течение недели, максимум десяти дней вести с ним беседы и уточнять детали. После этого мы договорились вернуть его немцам, так что обузой для нашего бюджета перебежчик не станет. К нам и к немцам также обращались испанцы и французы, спецслужбы которых также хотели бы с ним пообщаться. Они рассчитывают, что за годы своей работы во внешней разведке он мог узнать что-то полезное и для них.
– Спасибо, – кивнула королева. Вам слово, господин Моор.
Петер Моор открыл папку: – Наши специалисты ввели допросы и исследовали документы в разрезе нашей восточной политики, прежде всего – большой блок документов, которые перебежчик получил при инспекции южных границ России. Практически – это вся оборонительная инфраструктура с точными координатами и подробными характеристиками. О многих из этих объектов – замаскированных и подземных складах, хранилищах военной техники на заводских площадках, пограничных схронах с оружием и продуктами, мы не знали. Наши агенты проверили более сотни объектов и все данные подтвердились. Причём, иногда агенты находились рядом с замаскированным сооружением, но визуально ничего обнаружить не могли, и только точное геопозиционирование и знание характеристик позволяло найти нужный объект. По полученным данным мы выявили участки границы, которые у русских технически прикрыты недостаточно и будем это использовать. Наши агенты в южных районах отмечают интенсивные приезды разного рода групп, и сообщают, что те ведут речь о необходимости большого строительства. Мы связываем предстоящие работы с пониманием русскими того, что Гефт разгласил доступную ему информацию о южной инфраструктуре русской армии.
  
– Насколько большое строительство ожидается? – спросила королева.
– Точно оценить можно будет, когда работы развернутся. Но скомпрометировав свои две подземные авиационные базы для самолётов вертикального взлёта, оборудованные в бывших горных выработках, только на создание новых Россия будет вынуждена потратить не менее восьми – десяти миллиардов фунтов и, как минимум, пять лет интенсивного строительства. А если русские подземные аэродромы не перенесут, то нескольких ракет хватит, чтобы завалить входы и надолго прекратить их работу. Южный русский вал, документы на который принёс перебежчик, строился и улучшался в течение десятилетий. Полностью обновить его русские не смогут и за несколько лет, им придётся что-то дополнительно делать на имеющихся объектах, что-то укреплять, что-то строить в новых местах и это обойдётся в десятки миллиардов фунтов.
–А что его семья? – спросила королева.
– После того, как информация о предательстве Гефта просочилась в общество, семья оказалась в вакууме. Когда же об этом было объявлено официально, жизнь его жены и детей стали невыносимыми. Его жена продала жильё – очень хороший двухэтажный дом в Москве, причём очень спешила и поэтому цена за дом была на треть ниже рынка. Сейчас она вместе с детьми собирается переехать в город Вольдемар. Видимо, её родители не захотели, чтобы она с ними воссоединилась, а жить у родителей бывшего мужа она не захотела или они её не пустили. Наши контролёры были в Вольдемаре, они убедились, что дом, который она приобретает, очень скромный, в обычном дворянском квартале. Маргарита Гефт нигде не работает, занимается воспитанием детей, так что притока средств нет и видимо, рассчитывает растянуть средства, вырученные от продажи дома, на несколько лет, так как других источников дохода у неё не предвидится.
–Да, тяжело быть семьёй предателя. Но ей лучше надо было выбирать партнёра для замужества, – вставил свои пять пенни Георг.
Западный регион. Зона ограниченного пограничного конфликта. 
– Готовность личного состава? – генерал, выслушивавший доклады о подготовке к операции, рукой дал команду садиться очередному выступавшему, и поднял глаза, обводя ими присутствующих.
Подскочивший капитан отрапортовал: – Личный состав роты к проведению операции готов! Взвода поделены на штурмовые группы, боевое слаживание проведено, костяк каждой штурмовой группы составляют сержанты и матросы, имеющие боевой опыт. Задачи и действия разъяснены, доведены до каждого и отработаны. Вооружение и экипировка соответствуют задачам, проверены и подогнаны. Моральное состояние в коллективе хорошее. Доклад закончил.
–Садись, – вновь махнул рукой генерал.
Разработанная операция была не только дерзкой, но и рискованной, как бы не убеждали в обратном генерала подчинённые: на три с половиной километра проникнуть в тыл противника по заброшенной канализационной трубе, и, оказавшись в тылу у важного «опорника», захватить его. Если получится, то господствующая высота, потерянная два года назад, вновь станет нашей, и с неё можно будет контролировать низины в юго-западном направлении ещё на два с половиной километра, до реки. Дорогой приз. И вложено сил уже немало – с ранней весны трубу расчищали, чтобы обеспечить не только возможность передвижения для солдат, но и для автономных тягачей. И всё равно было узко. Чтобы хоть какую-то технику приспособить к движению в тесном пространстве, пришлось укорачивать тележки роботов, предназначенных для вывоза раненых, кое-где выравнивать повороты и ремонтировать прогнившие трубы. И всё это – в абсолютной тишине. Последнее обследование туннеля группой боевого управления показало проходимость трубы по всей длине и возможность свободного перемещения морпехов и их снабжения, в случае проведения операции, на территорию заброшенного завода, на западном склоне горы, в тылу опорника. Но на самом верху холма, всего-то в паре сотен метров от завода, была полуразрушенная церковь, использовавшаяся противником как наблюдательный пункт. Солдат там немного, но штурмовать их придётся в гору, и если они поднимут шум, то с опорного пункта, тоже с расстояния в двести метров, к ним подоспеет подмога и тогда вся операция может пойти прахом. И решать надо сейчас: ближайшие две ночи будут туманными, а дальше по прогнозу дожди, и как только в канализационную трубу начнёт поступать дождевая вода, не факт, что роботы смогут пробраться в грязи. Так что решение надо принимать сейчас – или штурм, или откладывать до следующего лета.