Будь моей зависимостью (СИ)
Здравый смысл вопит, чтобы убиралась с этой лавки, из этого парка… Однако этот вопль быстро душит мой короткий и совершенно необдуманный ответ:
– Да.
Глава 12
Звонок в дверь заставляет меня вздрогнуть, но я быстро беру себя в руки и спешу её открыть. Спартак переступает порог, тут же занимает собой половину тесной прихожей и мне приходится спиной вжаться в стену.
- Готова? – коротко интересуется мужчина.
- Почти…
К концу недели у меня получается окончательно свыкнуться с тем, что я сказала "да". Согласилась и отправить маму в санаторий, и переехать к Спартаку.
Чтобы не жалеть о своём решении, стараюсь привыкнуть к мужчине. И попробовать его понять. Он сказал, что нуждается во мне… И где-то глубоко внутри, я поверила в это. И не смогла отвернуться.
А ещё каждый день убеждаю себя в том, что в первую очередь нужно думать о маме. Для её здоровья это необходимая мера и я успокаиваю себя именно этой мыслью. Нам не под силу такое лечение и проживание в специализированном лечебном учреждении. А Спартак с лёгкостью организовал оформление в санаторий без ожидания квоты или свободного места.
Мама и без того очарованная Спартаком, кажется абсолютно окрылённой. В ней смешиваются и радость от возможности получить качественное лечение, и счастье за меня, сумевшую найти себе настоящего мужчину. Способного принимать взрослые решения и решать проблемы других.
Спартак проходит по узкому коридору до самого конца и замирает возле комнаты мамы. Я иду за ним следом. Испытываю смешанные чувства, пока наблюдаю за мамой, которая с теплом его встречает. А он отвечает ей неподдельным радушием.
Временами такой злой… А иногда, до абсурда добрый…
– Ну зачем столько хлопот из-за одной меня? – вздыхает мама, когда чемодан уже собран, а документы тщательно проверены. – Не обязательно тратить время и сопровождать меня.
– Вера Васильевна, это не обсуждается. Я отвезу Вас лично и удостоверюсь, что профиль санатория нам подходит. А Тасе, – он переводит на меня взгляд, смотря с присущей ему уверенностью. – Будет чем заняться в моё отсутствие.
Я умудряюсь растянуть губы в безмятежной улыбке, не собираясь добавлять маме волнений. Впрочем, я так и не призналась ей до конца, и трусливо промолчала, что съезжаюсь со Спартаком.
От маленькой недомолвки хуже не будет, а мамина неосведомленность позволит ей больше думать о себе и здоровье, чем о моей начавшейся почти семейной жизни.
– Нам пора, – взглянув на свои часы, поторапливает Спартак.
Берется за ручку чемодана и проходит в прихожую. Я пользуясь этим моментом и крепко обнимаю маму.
– Люблю тебя… и буду скучать, – сдерживаю слезы, чтобы лишний раз не сеять сомнения в правильности сделанного нами выбора.
Отпрянув, она целует меня в щёку, а выйдя вслед за Спартаком, заявляет, с милой улыбочкой: – Не давайте ей скучать.
На его губах появляется хищная и многообещающая ухмылка, когда он отчеканивает: – Скучать ей будет некогда.
Стандартный ответ вызывает во мне нестандартную волну смятения. Только нам обоим понятен смысл сказанного. И от намёка Спартака бросает в жар. Одно дело ходить с ним на свидания в людных местах. А другое оставаться с ним наедине, да ещё и в его доме.
Мама накидывает пальто и выходит из квартиры. Я провожаю их взглядом, а как только за ними закрывается дверь, спешу к окну.
Из подъезда они выходят неспешно. Спартак придерживая маму под локоть, ведёт к своей машине. Открывает дверь и помогает забраться в салон.
Убирает чемодан в багажник и обойдя джип, проходит к водительской двери.
Сегодня он снова без Виктора. Словно выказывает ещё большее уважение и везёт маму сам.
Нервно покусывая губы, смотрю вслед удаляющейся машины. Едва она покидает двор, я иду в свою спальню.
Тоскливо обвожу её взглядом, будто стараясь запомнить в ней всё и сохранить в памяти, пока буду жить вдали отсюда.
Достаю из шкафа спортивную сумку и бережно собираю свой немногочисленный гардероб. На сбор вещей уходит, как мне кажется, не так уж и много времени, и возвращение Спартака застает меня врасплох.
Он входит в квартиру воспользовавшись маминым ключом. Заходит в ванную комнату, где я пытаясь унять дрожь в пальцах, упаковываю туалетные принадлежности.
Приблизившись со спины, прижимается вплотную и кладёт огромные ладони на мои руки.
– Оставь, – заставляет отложить в сторону тюбики с кремом. – Всё что тебе может понадобиться мы купим чуть позже, – горячим дыханием обдает мочку уха. – Нам уже пора.
– Спартак, – выпутавшись из объятий, спешу повернуться к нему лицом. – Я немного волнуюсь, всё так быстро и… – опускаю глаза на цепкие пальцы, которые крепко обхватывают мои тонкие запястья. На фоне внушительных размеров фигуры Спартака, я кажусь ещё более хрупкой и беззащитной.
– Я уже говорил, что не люблю ждать. Давай ты просто будешь вести себя послушно и не задавать лишних вопросов?
Я чувствую, что он злится от моей нерешительности. Сама же сказала ему «да», и вот уже вроде как иду на попятную. Но несколько дней назад в парке, на той скамейке, Спартак мне казался растерянным. И настоящим в этой потерянности. С тех пор я его больше таким не видела.
Грубый, властный, ни намёка на нежность. И мне предстояло жить с ним под одной крышей.
Его пальцы обхватывают мой подбородок и вынуждают задрать голову максимально вверх.
– Тась, ты же согласилась, – говорит он уже мягче.
– Да, согласилась, – не отрицаю, но дальше подобрать слов не могу.
Как сказать мужчине, которого знаешь неделю, что хочешь видеть его нежность? Ну хоть немного… Не знаю… ласку во взгляде. Теплоту в словах. Потому что всё, что сейчас происходит похоже на сделку, в условиях которой я пока не разобралась. Хотя Спартак время от времени говорит, что я нравлюсь ему. Но это лишь слова. Они ничем не подпитываются.
Ну или я просто наивная дурочка, которая вдруг хочет оказаться в сказке. В такой, где обеспеченный мужчина не просто покупает тебя, а ещё и на руках носит.
Глупо! Нелепо! И пора бы уже снять розовые очки.
Не разрывая зрительного контакта, встаю на цыпочки. Сейчас мои запястья на свободе и я протягиваю руку и накрываю небритую скулу мужчины ладонью. Неуверенно, невесомо, скольжу ею до подбородка. И продолжаю ждать от Спартака ответных действий. Ведь он ещё ни разу меня не целовал.
Мужчина никак не реагирует. Его взгляд шарит по моему лицу, словно в поисках подсказки. Потом вероятно всё-таки понимает, чего я хочу, потому что его взгляд падает на мои губы. Он склоняется. Оставляет влажный след у виска, потом чуть ниже - к щеке. Делает это осторожно и как будто нехотя. Словно лишь выполняет мою немую просьбу.