Смерть ей к лицу (СИ)

Как только дождь прекратился и выглянуло солнце, на небе прямо над новым Всесвятилищем повисли семнадцать громадных мечей. Тем самым Боги дали своё благословение и прощение Хаадару.
Очередная схватка, отвлекает от воспоминаний. Сжимаюсь вся, нет, лежать не могу. Кое-как поднимаюсь на ноги и прижавшись к иллюминатору дышу разряженным воздухом. Замечаю свисающие в небе громадные мечи над новым Всесвятилищем. А после белоснежные крылья среди облаков. Кто-то летит к нам?
– Ша-а-ай! – ору, жмурясь от отблеска стали.
– Что случилось? – вламываются все кроме Волшебника. Ну да, он рулит и старается нас доставить хоть куда-нибудь.
– К нам кто-то летит! – с надрывом кричу, показывая на пушистые облака.
– Нет там никого, тебе просто померещилось, – щурится Бъёрн, но замолкает и рычит, тоже что-то заметил.
– Чуть потерпи, перелетим Всесвятилище и будет дворец. – отвлекает мой викинг, придерживая меня.
Но теперь мы вместе замечаем белоснежные крылья. Я отскакиваю немного испуганно, а Бъёрн полностью высовывается из трюма, желая разглядеть.
– Это Арчи, – расслабленно выдыхает муж, позволяя рассмотреть летящего к нам грозного ирлинга.
Через несколько минут, мужчина приземляется на палубе и нагло вламывается в нашу комнату. Я конечно рада его видеть, так как считаю своим другом. Да и он мой как бы хранитель и за эти месяцы оберегал наравне с мужьями. Но в данный момент, впускать в такой интимный процесс как возможные совместные роды в тысячах километрах над землёй, не хотелось бы.
– Привет, пошли, – коротко требует Арчибальд, протягивая раскрытую ладонь.
– Куда это? – опешив, жмусь теснее к мужьям.
– Всесвятилище ближе всех. Я быстро доставлю тебя.
– Нет! В таком положении она никуда не полетит! – рявкает Хозер.
– Это ведь обязательный пункт. Возрождение Аэлиты должно произойти во Всесвятилище? – бормочу, понимая что не всё просто так.
– Да, – кивает Арчибальд и сжимает мои ледяные пальцы. – Не волнуйся, повитуха уже едет.
– Вика, – тормозит меня Бъёрн.
– Никаких совместных родов. Помнишь? – качаю головой и медленно иду ближе к Арчи.
Медведь мой косолапый пыхтит напряжённо. Злится. Но кивает. Ирлинг легко подхватывает на руки, будто я пушинка. Обнимаю его за шею, утыкаюсь носом в белый пиджак. И мы летим.
– Только не говори мне, что ты будешь принимать роды? – стараюсь перекричать шум крыльев и наблюдаю как мой Бъёрн взбирается на чёрного дракона Хозера. Надо же, впервые дракон посадил кого-то на свою спину кроме меня.
– Нет, но я буду рядом, Вик, как и Азер, Керим и Сшоад. – отвечает ирлинг плавно снижаясь. Керим и Сшоад два других хранителя. Тоже вполне себе нормальные мужчины, когда не рычат и не шипят от злости.
Вот уже виднеется цветущий сад, разбитый вокруг нового храма. Совсем расслабляюсь, разглядывая громадные мечи, повисшие воздухе. Сколько недель они пугали меня в прошлом, а сейчас вызывают лишь благоговейный трепет.
– Ты ведь не заберешь мою дочь, Арчи? – озвучиваю самый главный страх всей беременности, хватая мужчину за лацканы пиджака. Ирлинг приземляется у ступеней здания и удивлённо смотрит.
– Нет, конечно! – вспыхивает, поняв, что не шучу с вопросом, – Я не для того почти год ношусь с этой миссией! Мне твой ребенок не нужен!
– А остальным?
– Клянусь крыльями, Вика! – рявкает Арчи, – Никто не тронет твоё дитя.
– Хорошо, я верю, – вновь расслабляюсь, но потом опять напрягаюсь. Очередная схватка буквально выгибает меня.
– Сейчас повитуха придёт и твои мужья, потерпи, – Ирлинг спешно заводит под крышу храма, пряча от знойного солнца.
– Больше не могу терпеть, она… я чувствую, – кричу, сжимая плечо Арчи и ломая кость.
Мужчина рычит от боли и крутится в пустом зале, находит взглядом единственную плоскую поверхность. Алтарь, ага. И кладёт меня туда.
– Комнаты другой не нашлось?! – стону, скребя по камню в поисках опоры.
– Я не умею принимать роды, терпи! – злится брюнет и чертыхается, видя, как меня корёжит. – Пять минут и повитуха будет.
– Где они?! Мужья! Мне нужны мужья! – ору громко, с эхом. Сейчас очень хочу совместные роды. Потому что Арчибальд в роли повитухи мне совершенно не нравится.
 
Новый крик и схватка ослепляет меня.
– Бесы! – рявкает он, стягивает пиджак, подкладывает, ныряет под подол платья.
– Если ты сейчас же не отойдёшь от моей жены – испепелю! – рявкает грозно Азер, появившись на пороге. А вслед за ним влетают и остальные мужчины.
– Потом будешь испепелять! Иди сюда! – вытягиваю руку к мужу.
Демон быстро добирается до нас и сжимает мои руки. Взбирается за спиной и крепко обнимает, подставляя под спину свою грудь.
– Ещё разок, Вик, – просит Арчи.
– Мы здесь любовь моя! – подбадривает Хозер, переплетая наши пальцы и сжимая в замок. Замечаю остальных мужей и зажмуриваюсь сильно-сильно.
Рядом с алтарём ярко вспыхивает священный грот. Зелёные язычки пламени подсвечивают нас, уносясь прямо к открытому небу. Туда, где остриё меча нависает над алтарём. Но я больше не боюсь Бессмертных. И смертных не боюсь.
По храму проносится громкий плач новорождённой. Всхлипнув, улыбаюсь, выпутываю руки и тянусь. Арчибальд бытовой магией счищает малышку, кутает в свой пиджак и кладёт на мою грудь.
– Больше никаких пророчеств и великих миссий. – качает он головой и взъерошивая волосы, устало сползает на каменный пол.
Но бедолагу ирлинга уже никто не слушает. Наше с мужьями внимание полностью сосредоточено на маленьком комочке счастья в моих руках.
Я нехотя отдаю нашу дочь Бъёрну, у которого глаза на мокром месте от счастья. И устало откидываюсь на сидящего позади Азера.
– Люблю тебя, Вик, – целует он в лоб, поглаживая по волосам.
– И я вас, – выдыхаю, наблюдая как воркуют над заснувшей крохой мужчины. С каким трепетом передают друг другу.
Стараюсь держаться, не хочу засыпать в такой прекрасный момент. Сквозь дрёму слышу топот ног. А вот и жрецы, и остальные хранители. Как всегда, опаздывают. Улыбаюсь и всё–таки уплываю в темноту.
– Ты удивила меня смертная, – раздаётся голос Септимуса–Озема. Испуганно мечусь в темени и замечаю белобрысого бога. – Не бойся, не причиню больше вреда.
– Зачем ты здесь? И здесь это где? Я ведь не умерла? – осматриваю себя. Вроде бы не облачко, вполне моё тело.
– Не умерла. – снисходительно хмыкает мужчина, – Считай это моим извинением.
Не успеваю задать уточняющий вопрос. Темнота отступает, прохладный ветер треплет волосы, а ноги касаются влажной травы. Перед глазами предстаёт загородный дом Толика. Наш земной дом, где прошли худшие годы моей первой жизни.
– Ты вернул меня на Землю? – задушено шепчу, пятясь.
– Нет же глупая, – фыркает Септимус и толкает к окнам.
За стеклом, в залитой светом гостиной стою я. Точнее моё предыдущее тело. У накрытого стола сидит Толик. Она наступает шпилькой прямо на причинное место мужа моего бывшего. Безжалостно, жестоко и с наслаждением.
– Кто это? – отшатываюсь, стараюсь заткнуть уши, потому что Толик неистово воет.
– Это? Торвика, – усмехается божок. – Жизнь за жизнь. Такие правила.
– Мы можем вернуться? Извинения приняты. Спасибо, я хочу к мужьям и дочери! – не смотрю больше в окно. Он заслужил такую жену, но видеть насилие всё равно неприятно.
– Всё что пожелаешь, Светлая. – улыбается Озем.
Крики Толика будто отпечатались в сознании и звенят в ушах. Но пейзаж перед глазами тускнеет, пока полностью не превращается в темноту.
– Светлая? Не Смертная?
Ответа я уже не получаю. Бог исчезает в серой дымке, оставляя меня совершенно одну.
– Ты решила до совершеннолетия нашей дочери спать? – слышу сквозь марево сна томный шёпот Шаегана и улыбаюсь. Слепо шарю рукой, обнимаю голову мужа и получаю поцелуй. – Привет Ириска.
– Неужели ягоды закончились, и мы опять вернулись к сладкому? – хриплю, прикусывая губу Волшебника.
– Нет, Цветочек мой полевой, мы двигаемся только вперёд. – отвечает невозможный мужчина, – Хочу взглянуть в твои зеленые глаза и сказать кое-что очень важное.