Смерть ей к лицу (СИ)

– Не твоя, – только и смогла прохрипеть, поморщилась от саднящей боли в горле.
– Моя, – рыкнул дракон и отстранился. – Но это мы обсудим позже. Как себя чувствуешь?
– Хорошо, только есть очень хочется, – просипела морщась.
– Горло болит? – участливо спросил Элор, кивнула. Мужчина вскочил и пропустил ко мне местного врача.
Бородач тепло улыбнулся, поздоровался и протянул две стопочки разных настоек. Улыбнулась в ответ и выпила.
– Это уже можно снять, – пробасил лекарь и срезал бинты. – Всё заживает очень хорошо.
Регенерация замечательная, несмотря на то что ты человек.
– Спасибо, – прохрипела, почесав кожу, и нащупала небольшую корочку.
Вот тебе и первый шрам, Вика. В прошлой жизни замазывала синяки да шрамы. Похоже, в новой такая же судьба ждёт. Заметив моё расстройство, Элор подошёл ближе и, подхватив на руки, понёс куда-то.
Встрепенулась, заозиралась, но пока молчала. Мужчина вышел на улицу и направился к широкому и довольно длинному столу на открытом воздухе. Сел на лавку и устроил на коленях.
– Майло! – рявкнул в сторону дракон, – принеси нам всего, да побольше!
Мимо сновали двуликие и посматривали с интересом. Неуютно. Поёжившись, попыталась сползти, но Элор рыкнул и притянул обратно.
– Отпусти меня, – попросила сипло. – На нас смотрят.
– Пусть смотрят. Я переволновался. Чуть не сжёг всё дотла.
– А раб, ты его убил? – затряслась, стало жаль собственного душегуба. Но почему-то я верила, что он не хотел меня убивать. Если бы Элор не ворвался к нам, он сумел бы побороть ненависть и отступить. Как Хозер.
– Убью, как только ответит на все вопросы.
– На какие? – несмело подняла глаза, всматриваясь в суровое лицо мужчины.
– Например, зачем он пытался убить ту, которая его спасла… – протянул Элор, цепко следя за моей реакцией.
– Он принадлежит мне. И ты его не тронешь. Более того, отпустишь и дашь с ним поговорить!
Откуда-то появилась смелость, и я нашла у кого что требовать. Дура, как есть дура! С каждым сказанным словом выражение лица дракона менялось. Брови хмурились, губы поджимались, а в глазах свирепствовала злость. Сейчас он покажет свой авторитет и укажет мне место. Я страшилась этого и ждала. Мужчины, особенно те, у кого есть власть, не любят, когда с ними спорят и что-то требуют.
– Хорошо, но ты честно ответишь на все мои вопросы и расскажешь, что тебя связывает с этим рабом, – через долгих две минуты согласился Элор, поставив меня в тупик. Пока хлопала ресницами и переваривала услышанное, дракон хмыкнул, поцеловал в висок и крикнул в сторону: – Приведи пса!
– Пса? – пробормотала, не понимая.
– Волк, пёс, какая разница? – заметил Элор.
К нам подошёл Майло с незнакомцами и подносами.
– Привет, Цыпа, выглядишь замечательно, – подмигнул парень, пока остальные сервировали стол.
– Спасибо, – искренне улыбнулась ему.
– Ешь, хватит пернатому глазки строить! Скройся, Майло! – рыкнул ревностно Элор, двигая ко мне вкусно пахнущую кашу с мясом.
– Я и не строила, – пробормотала и попыталась опять съехать с колен. Но никто мне не позволил это сделать. Как-то слишком резко отношения сдвинулись. Что, блин, происходит? Или решил, что раз спас мне жизнь, то можно вести себя так нагло? – Элор, отпусти меня. Я же сказала, что не ищу отношений!
– Помню, но разве не заслужил немного твоего общества? – улыбнулся обольстительно мужчина.
– Могу сесть под твой бок, – пробурчала. Не нравится мне его напор.
– Хор-рр-рошо, – рыкнул недовольно дракон и, сместив меня на лавку, обнял.
Стараясь не думать о его собственнических замашках, приступила к завтраку. Очень уж есть хотелось. Умяв всю кашу, ещё и жаркое, наелась до отвала. Элор подвинул тот самый вкусно пахнущий пирог. Не стала отказываться, но от выпечки отвлёк вышедший в цепях и кандалах раб. Его подталкивали двое здоровяков. Мужчина был весь в кровоподтёках, волочил конечность и выглядел ужасно. Я резко вскочила, сжав кулаки.
– Идиоты! – рыкнул Элор, закрыв обзор. – Приведите его в порядок!
– Ты его избил! – заорала, ударив по бицепсу.
 
– Ты думала, я его с комфортом устрою?! – дракон перехватил мой кулак и несильно сжал. – Он тебя убил! – Элор осёкся, опустил конечность. – Чуть не убил.
Ошеломлённо бухнулась обратно на лавку. Нет, меня не шокировал Элор. Я вспомнила сон. Или не сон.. В общем, вспомнила Септимуса и наше краткое общение. Всё-всё вспомнила. Элор прав, он меня убил. И Септимус отправил в свою инфернальную темноту. Но почему я жива? Неужели Бог передумал? Наёмник тоже сел рядом и, приобняв, растёр предплечья.
– Я почти потерял тебя, Цыпа, и был в ярости. Мне нужны были ответы, – тихо, но сурово выговаривал мужчина.
Я практически не слушала, смотрела перед собой и прокручивала в голове слова белобрысого божества.
– Цыпа!– рыкнул Элор и слегка встряхнул меня. Слишком долго молчала и пялилась в пустоту.
– Я хочу побыть одна немного, – пробормотала, переводя дух и поднимая глаза на мужчину.
Дракон опять рыкнул, растрепал волосы и, поднявшись, ушёл в свой дом. Уложила грязную посуду в одну стопку на поднос и, не зная, куда нести, оставила там же. Медленно прошлась по небольшому пятачку. Заметив круглый фонтан, направилась к нему и села на бортик.
Теперь мотивы Септимуса стали понятны… Старшие Боги оставили пророчество, как спасти Хаадар.
Но младшие, потерявшие сестру, не хотят спасать этот мир. И поэтому вмешались.
Сунули меня в самое ненавистное всеми тело. Вот только почему я ожила опять?
Кто-то ещё вмешался? Или лекарь с некромантами притянули обратно? Септимус точно не отступится, вряд ли оставит меня в живых. Бороться за жизнь со смертными – куда ни шло. А вот с бессмертными? Смогу ли я? Миллион вопросов крутились в голове. Увы, ответов на них у меня не было…
Я долго и бесцельно сидела на бортике, чувствовала кожей брызги воды, вдыхала цветочный свежий воздух, грелась под лучами местного светила. И думала… Думала о своей жизни и смерти. О ещё одном шансе, подаренном кем-то явно высшим. То, что это именно белобрысый, не верила. Хотя Септимус назвал меня забавной. Может быть, захотел развлечься и посмотреть, как скоро моя жизнь опять прервётся. Мало ли как эти Боги развлекаются?
Моё уединение никто не нарушал довольно длительное время. Двуликие просто посматривали или проходили мимо. Мне нравился их быт. Несмотря на то что они бандиты, наёмники, община выглядела вполне приятной. Женщины совершенно спокойно занимались своими делами, громко смеясь, поддерживали грубые шуточки мужчин. И не выглядели ущемлёнными или забитыми.
Примерно через час из домика напротив вышел раб и направился ко мне. В чистой одежде и с влажными волосами. Выглядел он намного лучше, хотя синяки и не до конца зажившие раны ещё алели. Элор тут же появился на крыльце своего коттеджа и цепко следил за нами. Но ближе не подходил.
– Привет, – прошептала, отсаживаясь. Мужчина заметил мой страх и остановился в трёх шагах.
– Привет, – хрипло выдохнул он.
– Ты больше не молчун, – улыбнулась искренне.
– Да, но это ничего не доказывает...
– Как тебя зовут? – перебила его.
– Фэрро, госпожа, – буркнул он, сунув руки в брюки.
– Не госпожа, просто Вика.
– Как скажешь.
Мы замолчали.
Я просто его разглядывала. Он делал то же самое. Как бы так выяснить: не мечтает ли он вновь меня убить? В лоб спросить? Прям-таки ответит. А если сниму привязку и отпущу на все четыре стороны? Вдруг сдаст моё местоположение Бъёрну или Азеру?
– Почему ты не рассказал Элору обо мне? Он ведь наверняка спрашивал, – нарушила тишину.
– Спрашивал, но он никто, а ты – моя госпожа.
– То есть прирезать меня тебе привязка не помешала. А ответить на вопросы и не быть избитым, да? Нелогично.
– Если бы ты не дёрнулась, не пострадала бы, – проворчал он, закатив глаза.
– Ну, отлично! Вы, мужчины, всегда во всём вините женщин! – возмутилась вскочив. – Если бы не сбежала от мужа, не попала бы в аварию и не оказалась в этом теле. Если бы не сняла клятву, Хозер бы не улетел и защищал меня! Если бы не сбежала от Азера, не встретила бы Элора! Если бы не выкупила тебя, ты бы не напал! Если бы не дёрнулась, не умерла бы!