Иллюзия убийства I-II. Хищник II

Наконец через полчаса все было окончено. Удовлетворенный де Франко надел рубашку, завязал галстук и, накидывая себе на плечи плащ, поинтересовался:
— Ну как, ребята, я красиво выгляжу?
— Красив, красив, — сквозь зубы процедил Тэйлор. — настоящий итальянец.
— Да, я итальянец, — с гордостью в голосе сказал де Франко. — А ты, парень, так ничему и не научился, ты, я смотрю, никогда не повзрослеешь, не станешь серьезным.
Де Франко погрозил Тэйлору пальцем, выходя из фургона под проливной дождь, и Липтон, боясь, что краска с лица мафиози может потечь, вновь услужливо распахнул над ним широкий черный зонт.
— Де Франко, — Липтон наклонился над ним и прошептал в самое ухо, — не забудь только потом избавиться от всего этого дерьма.
Де Франко понимающе кивнул головой.
— Это и к вам относится, — Липтон обратился к Тэйлору, который, уже склонившись над зеркалом, приклеивал себе накладные усы.
Тэйлор недоуменно посмотрел на сотрудника ФБР.
— Разбей вот это. — Липтон положил руку на гипсо-» вую голову бюста де Франко.
— Мне бы очень не хотелось, — сказал Тэйлор, — ведь все-таки столько работы затратил.
— Нет, обязательно разбей, это же секретное дело, неужели не понимаешь?
Тэйлор пожал плечами, взял в руки тяжелый молоток и легко стукнул по гипсовому носу. Как яичная скорлупа, бюст рассыпался. А Липтон все стоял и ждал, пока Тэйлор окончательно не уничтожит до неузнаваемости осколки скульптуры. Под молотком крошились нос, губы, затылок и глазницы бюста де Франко.
Наконец Тэйлор обернулся:
— Ну что, хватит?
Но Липтона уже не было в фургоне. Тэйлор посмотрел на часы — до его выхода оставалось пятнадцать минут. Он поправил приклеенные усы, немного загримировался, надел на себя широкополую фетровую шляпу, в каких обыкновенно ходят мафиози и сотрудники ФБР, широкий белый плащ с высоким воротником, такой, чтобы сразу бросился всем в глаза. В карман плаща он аккуратно положил свой тяжелый револьвер, накануне заряженный им холостыми патронами.
Тэйлор еще раз посмотрел на часы — он укладывался во время. Неторопливо Ролли сошел с подножки фургона на мокрый асфальт, ему страшно не хотелось идти на это дело. Но он вспомнил о уже полученных авансом тридцати тысячах долларов, вспомнил о том, что пообещал старику Мэйсону выполнить задание как надо. Больше всего его грела мысль, что он участвует в праведном деле, помогая ФБР, пусть даже спасая жизнь де Франко, поможет расправиться с большой группировкой мафии.
Он подошел к самым дверям ресторана, но никак не мог заставить себя взяться за блестящую бронзовую ручку. Тэйлор привалился спиной к стене и несколько раз глубоко вздохнул, набирая полные легкие воздуха, как бы перед прыжком с вышки.
Наконец он решился, рванул на себя дверь и вошел в итальянский ресторан.
Швейцар недоуменно посмотрел на посетителя, который миновав гардероб, прямо в плаще, не снимая шляпы, двинулся в зал. Он хотел было остановить Тэйлора, но потом отступил на шаг назад.
Тэйлор в расстегнутом плаще, с руками, опущенными в карманы, неторопливо прошел к стойке бара.
А в это время Нико де Франко сидел один за угловым столиком, засланным белоснежной скатертью и с удовольствием пожирал устриц, выловленных в Карибском море уже сегодня. Он ел с аппетитом, поливая их лимонным соком, даже не заботясь о том, что врач запретил ему есть острое. Все-таки день сегодня для него был знаменательный. Он запивал устрицы большими глотками янтарного сухого вина.
Заметив вошедшего Тэйлора, де Франко фамильярно подмигнул ему и кивнул головой.
Ролли Тэйлор отошел от стойки бара и двинулся по проходу между столами, привлекая к себе внимание всех посетителей.
Одетые в вечерние туалеты, они недоуменно и с возмущением смотрели на нахального мужчину, который в верхней одежде шествует по ресторану.
Тэйлор остановился напротив столика де Франко. Тот промокнул губы салфеткой и поднял взгляд от стола. Ролли еще раз прокрутил в памяти все детали предстоящей операции — все сходилось. Он медленно, чтобы все в зале увидели, вытащил из кармана большой черный револьвер, снял его с предохранителя — пружина звонко щелкнула — и оттянул боек.
 
Нико де Франко, с вытаращенными от ужаса глазами, приподнялся из-за стола и отпрянул к белой стене.
Прогремел первый выстрел — на белоснежной манишке де Франко появилось темное пятно крови.
Все пять выстрелов легли в цель. Последние два выстрела были нанесены в голову.
С неузнаваемым лицом де Франко шатнулся и рухнул на стол, стягивая скатерть, блюдо с устрицами, опрокидывая бокалы и бутылки с вином. На его спине были три пулевых отверстия. Ткань пиджака была разорвана, и из ран обильно сочилась густая горячая кровь.
Ролли сунул револьвер в карман, еще раз полюбовался на свою работу и бросился к выходу.
В ресторане истошно орали, кричали так, что можно было подумать — здесь идет съемка детективного фильма.
«Даже артисты не смогли бы так, по-настоящему, кричать», — подумал, выскакивая за дверь ресторана Ролли Тэйлор.
Он сразу же вскочил в автомобиль, который стоял у входа в ресторан. На переднем сиденье, рядом с водителем, сидел Липтон.
— Скорее, скорее, — торопил их Ролли.
— Ну как все прошло? — спросил Липтон, когда уже автомобиль проехал квартал.
— Быстрее, быстрее, — торопил Ролли, смотря в заднее стекло.
К ресторану подъезжали две машины: одна — полиция, другая — скорая помощь. Пронзительное визжание сирен давило ему на уши. Ему на какое-то мгновение показалось, что он, — и в самом деле, убийца, которого может арестовать полиция.
— Так как все же прошло? — вновь спросил Липтон.
— Да вроде бы нормально.
— Какие-нибудь проблемы есть?
— Нет, никаких проблем.
Тэйлор сбросил шляпу и положил ее рядом с собой на сиденье. С удивлением он увидел, что сиденье все заслано в два слоя полиэтиленовой пленкой. Именно его сиденье, а не сиденье Липтона и шофера.
— Все было так здорово, — он удовлетворенно отбросил назад волосы. — Я так здорово выстрелил, ведь правда?
Липтон молчал. Ролли насторожился.
— Послушайте, а чего это вдруг вы застелили мое сиденье целлофаном?
— Чтобы не было пятен крови, — не оборачиваясь негромко проговорил Липтон.
— Какой крови? — удивился Ролли. — Я же стоял далеко от де Франко. Я все рассчитал, никакой крови на мне нет.
— Твоей крови, — так же негромко проговорил Липтон, наставляя на Ролли пистолет. — Извини, парень, но ты лее понимаешь, все должно быть секретно. Никто ни о чем не должен узнать.
Ролли, до конца не поняв, в чем дело, инстинктивно схватил Липтона за руку и отвел пистолет в сторону. Тот сопротивлялся, пытаясь вновь наставить оружие на Ролли и нажать на курок.
Прогремел выстрел. Пуля прошла мимо, вспоров обшивку сиденья. От выстрела Ролли пришел в себя. Он, что было силы, заломил руку Липтону. А тот уже стрелял, не разбирая, просто от ужаса нажимая на курок и пытаясь высвободиться.
Они боролись. Ролли, перегнувшись через спинку сиденья, навалился на Липтона. Рука с пистолетом скользнула вниз, прогремел выстрел. Пуля попала водителю в грудь, тот судорожно вывернул руль и упал на него головой. Машина вильнула в сторону.
Пистолет выпал из руки Липтона. Кровь из раны брызнуло на лобовое стекло. Свободной рукой Липтон пытался выровнять машину, но ему это не удавалось. И на скользком асфальте сделав вираж, машина со всего размаху въехала в витрину магазина.
Посыпалось разбитое стекло. Передние колеса машины соскользнули, и она зависла в оконном проеме. Задние колеса оторвались от асфальта и беспомощно продолжали крутиться в воздухе.
Липтон, ударившись головой о стойку, замер. Ролли пытался открыть дверку, но замок заклинило, тогда он вылез через разбитое боковое стекло.
Единственным свидетелем этой аварии был бродяга, примостившийся на ночь в большой картонной коробке, поставленной возле витрины. Он лениво выбрался из нее под дождь и закричал на Тэйлора: