Стелла (СИ)
— Вы обознались, госпожа! Вы хамка и невежда, которая не знает своего места! Впрочем, как и этот ваш Ли Шин Сай уже совсем умом тронулся! У нас куча модельеров, а он продолжает нанимать на работу чужих людей!
— Да что ты? Я обязательно передам господину Ли, что ты его обложил благодатью за спиной! Но я тебя предупредила!
Он смотрел на меня таким взглядом, словно был готов задушить, но и это я видела часто. На каждом показе, когда моих моделей пытались опоить какой-то херней, испортить платья, специально подсунуть дешёвую косметику, и вообще были случаи, когда девочкам подпиливали каблуки, чтобы они падали прямо на подиуме. За эти годы, я видела массу человеческого дерьма. И самые коварные, тупые и гнусные поступки совершали именно мужики, как ни странно.
Рассказывать, как на меня посмотрела четверка, наверное, не нужно, но одно меня зацепило, и пока я догоняла своих парней, которые естественно как джентльмены ждали меня в конце коридора кулис, обдумывала то, что заметила.
"Какие-то они затюканные и зашуганные. Почему Шин и До Шик сразу встали в позу, а эти молча наблюдали и только головами качали?"
Впрочем это вылетело из моей головы тут же, как мы высыпали из машин в частном районе Берлина, где сдавались недешевые дома посуточно для туристов. Отличное и красивое место. Под боком парковая зона, больше похожая на лес, а сам дом двухэтажный, что значит комнат должно хватить на всех.
Но кто ж знал, бл***?!
— Вы шутите? Шесть спален на двадцать человек? — я встала в широкой гостиной, и посмотрела на лестницу, которая переходила в открытую балюстраду второго этажа, где и находились спальни.
— Это быть всё, что было свободно в эта район, Сонбэ! Чи Джин-ши и правда старался найти что-то лучше, — ко мне обратилась одна из визажистов, которых я успела прозвать — Ариэль и Рапунцель, из-за схожести с диснеевскими принцессами по цвету волос.
Рапунцель повела плечами, и посмотрела на Ариэль, которая помогала охране и остальным парням из балета заносить вещи.
— Очуметь! А чем гостиница им не угодила? — я прикрыла глаза и попыталась успокоиться.
— Тем, что там нет соджу и места для всех, а стафф хочет отдохнуть и пообщаться. Как мы это сделаем в разных номерах? — Кай поставил передо мной мои вещи и махнул наверх, поклонившись, — Вам, конечно, госпожа, предоставлены отдельные апартаменты.
— Ещё бы! — я ехидно ухмыльнулась, и посмотрела на время, — Пора бы уже что-то поесть, а время почти восемь. Это какой-то дурдом, а не день!
— Ты не ешь после шести? Ты шутишь? — Кай окинул меня взглядом, и нахмурился, — Мы по дороге кучу вкуснотищи заказали.
— Это без меня! — я отмахнулась и не успела взять сумку в руки, как Шин поднял обе и понес к лестнице.
— Я отнесу, Нуна! Тебе в какую комнату?
"Нет, ну вы видели такое?"
— Откуда мне знать в какую? — начала ворчать и подниматься следом, но когда поняла, что ни в одной нет отдельного санузла, просто послала этот день к херам, и отправила всех туда же, упав на кровать.
"Завтра концерт! Послезавтра спать и вечером самолёт! А там и до Италии недалеко. И вообще останется всего пять месяцев… Ага… А ещё меня болит голова. От перехода с русского на английский, а потом попыток понять корейский… Господи! Дурдом!!! Дурдом! Хоть бы на одном языке говорили! Теперь проклинаю чуваков, которые строили Вавилонскую башню! На кой хер надо было злить Господа?! Так бы и говорили на одном языке! Так не же…" — с этими мыслями я пыталась прошмыгнуть в ванную незамеченной, потому что та была на первом этаже.
К тому моменту, как я решилась сполоснуться был одиннадцатый час, а значить все нормально, и большинство ушло по койкам. Поэтому я прошла мимо гостиной и заметив играющих в какую-то непонятную игру парней и девочек, вошла в ванную.
Всё было хорошо. Даже тот факт, что нас поселили в одном чертовом коттедже на краю географии Берлина меня больше не бесил.
Время близилось к самому волшебному — тому, когда я буду, наконец-то ОДНА, в ванной.
Но видимо в моей судьбе решил случиться переломный момент. Он похож на цветочек и пахнет, как целый палисадник.
"Мужик вообще может пахнуть, как горшок с фиалками?"
Я отодвинула заслонку душа и достала полотенце, которое висело на держателе. Промокнула влажные волосы, и прикрыв свои прелести, стала аккуратно вылезать из адской конструкции. Только ступила на кафель изящной ножкой, как свет потух.
— Это что за херня? — на ощупь нашла умывальник, а потом услышала, как дверь в ванную быстро открылась и в неё кто-то реально влетел.
— Нуна! Не трогай включатель!
Опять по голосу я распознала, что по мою душу даже сюда явился благоухающий цветник, чтоб ему пусто было! Но не успел Кай сделать шаг, как я чётко расслышала, что его дебильные резиновые тапочки поехали по полу.
Всего секунды мне хватило, чтобы понять и осознать всю плачевность своего положения.
На мне лежал парень. Рукой он держал мой затылок, собственно поэтому я не разбила голову о кафель.
Если это были вполне целомудренные прикосновения, то вторая его рука лежала почти на моей голой заднице. Кай дышал глубоко и пахло у него изо рта чёртовым банановым молоком, а не соджу, которое он грозился лакать.
— Не ударилась? — рука на заднице повела вверх, а я поняла, что начинаю себя очень плохо чувствовать. Настолько, что прямо сейчас хочется чтобы эта ручка не на заднице была, а в местах не столь от неё отдаленных.
Совсем легко и почти невесомо, Кай провёл мягкой ладонью по моей коже и тихо повторил свой вопрос:
— Нуна? Всё хорошо? — я прямо увидела, как его губы двигаются над моими, а запах дразнит даже вкусовые рецепторы во рту.
Сердце стало бухать, как паровой двигатель, чем и вызвало собственно последствия, из-за которых я бы сходила в душ опять. Холодный.
— Я… — почти отпихнула Кая, опомнившись, но тут же ощутила, как из меня выбили дух, кажется разом.
Кай зашипел, а я разозлилась ещё больше и перешла на английский, хорошо зная, чья туша накрыла наши, так что мой нос ударился о нос Кая и мы выдохнули одновременно. Всё потому что Кей хорошенько выругался на помеси непонятных мне звуков.
— Кей! Поднимись немедленно, мать твою, иначе я вас свяжу! Двоих и друг к другу, и больше вы не будете маяться херней, залетая в ванную без спроса. И вообще! Дверь закрыта была!
— Я вырвал ручку, — тихо, но хрипло прошептал Кай, который продолжал на мне лежать.
— Зачем? — задала вопрос, когда ощутила, как Кей поднялся и стал нащупывать стену, чтобы не свалиться снова.
— Розетки… — продолжил Кай, а сам сделал глубокий вдох, понимая, что в его футболку упирается моя, мать его, голая грудь, с которой сползло полотенце, и она медленно, но верно отвердела, — … Они это… Искрили. Вот! И я испугался… За тебя.