Мир без силы. Антология боевой фантастики (СИ)
Великий отец, лучше бы я поменьше гадал. Едва мой взгляд пересек ширь поля, как натолкнулся на противоположную стену и серебряный кант у ее основания. Там, на противоположной стороне арены, топталась в ожидании вторая группа роботов.
Теперь, когда я уже мог позвать на помощь, меня волновал только пульт. Оживить его! Скорее! Взять управление на себя и тихонько убраться из воскресшего "Колизея" подобру-поздорову.
То ли от нетерпения, то ли проверяя амортизаторы ног, мой робот подпрыгнул, одарив меня новыми синяками. Добравшись до жестких ребер сиденья, я наскоро принялся прикручивать себя к спинке подручными ремнями и проводами от измерительных приборов. Сумка с инструментами полегчала, остаток я приторочил рядом, и, кажется, вовремя.
Тонкий, переливчато-скорбный напев раздался с нижней галереи. Вся масса роботов разом всколыхнулась и напряглась. Сотни фотоэлементов, телекамер и бортовых радаров развернулись на противолежащую серебристую кайму. У того конца поля в ответ проиграла одинокая труба. Сигнал взволновал строй, потом словно что-то лопнуло, не выдержав ожидания, и лавина техники с бряцанием ряд за рядом тронулась вперед...
Только что взорвался второй аккумулятор. Старая, изношенная техника доживает свой век, и единственное, чего я хочу, это добраться до Земли раньше, чем рассыплется моя ракета. Кислота протекла под пол и подтачивает без того хлипкую обшивку. Что ж, может, так будет лучше. Во всяком случае, после мучительной смерти меня перестанут преследовать галлюцинации, мне мерещатся мертвый Стив, дымящие руины посольства, изувеченные прожектора и чадящие звездолеты, что не успели спастись от стремительного ночного штурма. О, ужас! Ко мне опять явился Повелитель Камней. Он приказывает вернуться на Энтурию. Нет! Исчезни, чудовище! Нельзя разобрать, где бред, где явь, боль когтями раздирает внутренности, и кровь насквозь пропитала бинты на ранах. От брошенного болта вдребезги разлетелся аварийный радиопередатчик. Плевать. Постараюсь впредь не обращать внимание на галлюцинации.
...Тут были самые разные механизмы. Гиганты, могущие расчистить целые долины на дне океанов, шли бок о бок с низенькими огородными агрегатами. Каждый старался соизмерить шаг с соседом, так что выходило: одни осторожно подкрадывались к врагу, другие бежали вприпрыжку. Земля сотрясалась от топота, и разве что свирепого, звериного сопения недоставало в тот миг.
Сверкающий никелем противник приближался. Туман почти исчез, и, как из-за поднятой шторы, на нас надвигалась, расшвыривая пыль и комья травы, грозная армада. Я дрожал, рассматривая начало боя. Роботы, созданные людьми, выплавленные из одинакового металла, на одних и тех же заводах, металлические братья, каждый из которых нес в себе частичку человеческой мысли, все они рвались в братоубийственную бойню.
"Сделай что-нибудь! - кричал мой разум. - Иначе они перебьют друг друга!" Но что я могу? Уговорить их разойтись с миром? Стадо бешеных слонов более управляемо, чем запрограммированные заранее машины. Разум вопил, но его уже начал заглушать трепетный шепот изнутри: "Спасайся, спасайся..." Волна животного страха подобралась к сердцу. То пробудился, верно, инстинкт - древний пещерный зверь, вылез на свет, едва повеяло смертью, и расширил свои невидящие, без мысли зрачки. "Спасайся! - взвизгнуло в голове. - Порви ремни, разбей стекло, убегай, убегай", - выли демоны страха.
Поздно! Урановый добытчик неожиданно перешел на рысь, и я суматошно впился в пульт ногтями. Обе партии разделяли считанные метры. В какое-то мгновение я понял, что противник наступает клином, колоссальным треугольником острием вперед. Во главе отряда двигался огромный, как портовый кран, агрегат, весь ощетинившийся иглами сверл. Это робот-универсал из лунного кратера Зенгера. Он способен на детальную разведку любых недр, но ужасно неповоротлив и используется только в условиях пониженной гравитации.
Расстояние трагически сокращалось. "Никогда! Они не смогут... они же созданы для других целей!" - это заикнулся насмерть перепуганный разум. Он хотел еще что-то пропищать, но чудовищный грохот сотряс кабину, едва не полопались мембраны микрофонов, усилители не успели среагировать и убавить мощь звука. Многотонный первый ряд на полном ходу сшибся с противником, вмиг все спереди утонуло в клокочущем облаке серой пыли. Хруст, вспышки огня, визг рвущегося металла перемежались с глухим топотом задних рядов. Пыль не ушла, когда накатила вторая волна; снова жестокий удар, треск, фонтаны искр окрасили пыльное марево голубым свечением.
Я не знал тактики своей партии. Поначалу казалось, что роботы бессмысленно бросаются в атаку и исчезают в сумятице сражения. В иллюминаторе щелкнуло, сменились фильтры, и я теперь имел несколько секунд для выяснения обстановки.
Враги (подсознательно я уже отбросил сентиментальные порывы и четко определил, где "наши", а где "чужие"), так вот, враги не остановились ни на секунду. Механизированный клин погружался в наш строй все глубже и глубже. Не знаю, почему, но в первом ряду нашей партии, в центре, оказались слабые, ничем не защищенные газосварщики. Частью раздавленные, а частью проскочившие под универсальным исполином, они набросились на следующий за ним ряд. Вращая сразу всеми сверлами, универсал схватился с высоким, как жердь, нефтяным промысловиком. Не утих еще грохот второго столкновения, как разлетелась в щепы пластиковая броня нашего робота и арматура нефтяной вышки тяжело рухнула на напирающие сзади ряды союзников.
На флангах обстановка была лучше. Слева врага кромсали визгливые пилы лесозаготовителей; справа, сминая ряды и отбрасывая зазевавшихся роботов, продвигался тяжелый корпус атомохода, привезенного из далекой колонии.
Нигде не было вспышек лазеров, не слышалось выстрелов, не разорвалось ни одного заряда. То ли не наступил их черед, то ли правилами сражения запрещалось все, что было близко к боевому оружию. Грохот нарастал по мере вступления в битву свежих сил. Универсал с легкостью развеял третью линию строя, хотя не смог повредить серьезно ни одного "бойца". Где же наш предводитель? Почему никто из крупных роботов не рискнет помериться силами с гостем из кратера Зенгера? Мой урановый старатель почти доходил агрессивной машине до пояса, но и он стал тихонько уклоняться от встречи с ней, открывая дорогу в наш тыл.
- Трусы! - заорал я что есть силы, с удивлением подмечая свой необычный пылкий азарт.
Вдруг я заметил, что стальной мастодонт чем-то встревожен. Ага! Вот она, тактика боя! От него отсекли помощников: виброустойчивые заводские производители, устремившиеся в брешь, оставленную универсалом, были встречены пожарными и отброшены назад мощными струями из брандспойтов. Вокруг творился кошмар. Клин противника притупился, однако продолжал с тем же остервенением долбить нашу позицию. Роботы умирали, мужественно защищая каждую пядь земли. Из-за пыли многие машины, оснащенные только телекамерами, теряли ориентацию. Сразу было видно этих слепцов, беспомощно озирающихся вокруг. Их быстро "вычисляли" летающие почтальоны. Алюминиевые ящеры с визгом обрушивались на несчастные жертвы, гнули антенны и раздирали крюками их тонкие, беззащитные трубопроводы.
Где же вожак? Где этот трус? Только позже я понял, что лидеров не было ни у одной партии. Массовое сражение должно было стихийно выдвинуть на эту роль самых достойных, а пока... пока только тоскливо завывали сирены умирающих - растаптываемые роботы стонали почти как люди.
Я не видел, что происходило с теми, кто упал. На них накатились новые волны разгоряченного металла. Битва шла с переменным успехом. Теперь уже никто не стремился прорвать строй противника. Скорость упала, и массивность потеряла лидирующее значение. С неожиданной стороны отличились электросварщики. Юркие, маленькие, они подныривали под соперника и в мгновение ока приваривали к нему куски труб, тела погибших, а то и сваривали двух роботов вместе, заставляя их сыпать удары друг на друга.