Мир без силы. Антология боевой фантастики (СИ)
Мысли окончательно прояснились. Теперь вспомнил! Маленький этикет маленькой земной колонии не терпел строгой официальности.
- Я знаю, Стив. У меня башка трещит, словно пробой в силовом трансформаторе, а огненный джейль, похоже, подсунул мне в кровь стаю вопящих кошек.
- Ладно, - смягчились усы. - Кстати, о кошках. Тебе повезло, приятель. Через полчаса прогуляешься на территорию спансов.
Остатки сна сразу унесла буря неудовольствия.
- Это еще к чему? Я вот-вот улетаю.
- Не спеши, один из роботов твоей партии заартачился.
- Ерунда! У них тройной блок повиновения.
- Разумеется, никакого бунта. Просто там что-то заело...
- При чем здесь я? Моя работа выполнена, и, возможно, вечером я смотаюсь с Энтурии.
- Слушай, дружок, подобных случаев раньше не было, консул в тревоге. Мы ведем сейчас щекотливые переговоры со спансами на предмет лечебных песков. Ты же в курсе, что они панацея даже от тяжелых психических заболеваний.
- Я не псих, что мне до этого, Стив.
- Если все уладится, Элвис, то с Земли прилетят первые больные, чьи кошельки непомерно раздуты. Контракт пахнет солидным выигрышем, и поставка бракованной техники сегодня совершенно некстати.
Я раздраженно стал натягивать на тело холодную одежду.
- Какое мне дело до ваших контрактов? Я вовсе не из тех, кто обожает с романтизмом шлепать по лужам неизвестных ночных миров.
- Зануда ты, - разорились вдруг усы. - Говорят тебе, из всех роботов только урановый старатель оказался с браком. Добрая реклама твоей фирме, нечего сказать!
Все. Похоже, он поймал меня на крючок.
- Иду, - буркнул я, собирая инструменты.
- Пропуск получишь на выходе, - облегченно затараторил заместитель и добавил: - Знаешь, Элвис, а ты ведь первый из технического персонала, кто удалится от посольства более чем на сто метров. Завидую тебе, приятель...
Какие там сто метров! Черный поезд с лязгом и грохотом волочился и волочился сквозь сумрак полупустыни. Светящаяся растительность островками вырывала из тьмы щербатую поверхность грунта. Трудно было понять, где я нахожусь. Судя по пеленгу моего браслета, радиомаяк посольства бухал где-то далеко на западе.
- Скоро? - спросил я пожелтевшего от старости спанса, клевавшего носом возле окна.
- Прибыли,- так же коротко ответил попутчик и вновь задремал.
Какую-то минуту мы еще катили по невидимым рельсам, затем поезд содрогнулся, съежился всеми вагонами и замер. Тихая ночь и холод поджидали меня снаружи. Здесь не было привычных прожекторов, вдали угадывались очертания гор, словно гнилые зубы упирались в звездное небо.
- Следуйте за мной, Трорг, - спанс поволок меня в черноту пространства под немигающими звездами. Переводчик едва доставал мне до плеча, но был деловит и малословен.
Глаза постепенно привыкли. Впереди выросли плавные светлые обводы, высокий ангар выдвинулся из темноты. Скрипнула автоматическая дверь, и зал, залитый светом мощных ламп, заставил зажмуриться.
Нас безмолвно приветствовали шеренги застывших стальных великанов. Пройдя меж слоновьими ногами, мы вышли на расчищенную площадку. Одинокий робот стоял, слегка расставив обе опоры и свесив четыре мощных руки вдоль бугристого стального корпуса. Маленькая дверца, ведущая в нутро машины, была распахнута.
- Не закрывается, - пожаловался спанс.
Я хмуро оглядел возвышающуюся махину. Тусклый металл покрывал бесшейное тело робота, совсем недавно сошедшего с заводского конвейера. Легонько я пришлепнул ладонью по шарниру ножного сочленения.
- Безобразничаешь, дружище?
Конечно, промышленный робот не имеет синтезатора речи, он не собеседник, он труженик. В нем нет разума, но пусть кто-нибудь рискнет сравнить уранового старателя с железным пнем...
С дверцей я возился долго. Кодовый замок фальшиво щелкал, но не замыкался. Под конец я взмок, сидя внутри робота, и уже начал раздраженно простукивать упрямый механизм молотком. Сопровождающий меня спанс не проявлял ни малейшего любопытства. Такое ощущение, что землянина он знает до мозга костей. Впрочем, и я не рвался поговорить с представителем ночной цивилизации. Потом я, кажется, спросил его с высоты, для чего спансам в темноте белый мех? Тот не ответил. Наверное, затаил обиду. Во всяком случае, бродил со скучным видом вокруг робота, пока не начал фыркать в мохнатый кулачок.
- Яркий свет, - пояснил спанс. - Я должен уйти. Когда закончите работу, поезд к вашим услугам.
Сказал и скрылся из виду. Я еще час ковырялся в замке, не в силах найти поломку. Может, ее следовало бы искать глубже, где-нибудь в кристаллических ячейках мозга, что управляют блокировкой двери. Но робот-то отключен, да и программа еще не введена в мозговые структуры, стало быть, виноват все-таки треклятый механизм кодового замка. Я тихонько злился и нервно рылся в сумке. Неожиданно послышалось журчание. Мне показалось, протек гидроамортизатор, но через миг понял, что впервые слышу речь спансов. Два шерстистых существа, видимо, из охраны, стояли внизу и яростно мне жестикулировали. Похоже, они требовали сворачивать работу.
- Все, все, - скрестил я руки, - спускаюсь.
Куда спешат? Спансы синхронно повернулись и удалились во всей своей молодой грации.
Я быстро набил сумку инструментами и выдернул колодки, сдерживающие дверь. То, что произошло в следующий миг, удивило, но не испугало. Заклинившая было дверь вдруг легко заскользила в петлях и с лязгом захлопнулась.
- Ах, черт!
Я надавил на ручку, и тут мне стало не по себе. Над карнизом зажглась рубиновая надпись "Выход запрещен", я затеребил ручку, и к надписи прибавилась вторая: "Термическая зона!"
- Ты же был обесточен!
В ответ лишь потрескивали светящиеся буквы. В принципе ничего особенного не случилось - произошедшее предусмотрено конструкцией машины. Но только на случай проведения работ в магме или кислотной среде, дабы не нашелся кретин, решивший вылезти из уранового добытчика в час, когда тот перебирается через огненный поток лавы.
- Ты что, дурак, свихнулся? Отвори сейчас же!
Я пнул дверь ногой, но та даже не загудела. Десять сантиметров металла звездной закалки наглухо отгородили меня от светлого зала. Представьте, что вы случайно захлопнулись в бронированном сейфе и никто не знает, где вас искать, тогда поймете, каково мне было. В красном сумраке я изо всех сил бил дверь молотком, ругался и звал на помощь. Впрочем, крик вряд ли проникал наружу, робот рассчитан для работы в условиях жесточайшего грохота, корпус герметичен и... и, великий отец, я рискую в нем задохнуться!
Но по-настоящему страшно стало минутой позже. Пол неожиданно дернулся, и я бы обязательно упал, если б было куда. Машина пришла в движение? Не может быть! Однако я явственно услышал чавканье механизмов возле уха за переборкой. Проклятье! Стрелой я метнулся наверх. Там, чуть выше движителей ног и рук, между блоками электроники, имелась тесная кабинка. Вообще-то промышленные роботы давно заслужили доверие, и их выпускают исключительно автоматическими, однако изматывающая охота за ураном, в последнее время развернувшаяся во всех возможных мирах, требовала хотя бы косвенного присутствия человека.
В каморке царило запустение. Наполовину демонтированное сиденье, забытая кем-то промасленная тряпка, спереди потухший пульт, и над ним зеленоватое стекло обзорного иллюминатора.
Я долго обламывал ногти на кнопках, пока разгоряченный рассудок не уяснил, что доска приборов мертва. Стеная, я заглянул под пульт. От многоцветия проводов и световодов в глазах зарябило. О, великий отец, я не электронщик. Моя стихия - рычащий мир механизмов...
Пол мягко покачивался в такт бесшумным гигантским шагам. Окружающая панорама безостановочно разворачивалась за сверхпрочным инфракрасным стеклом. Ночи не было, с малахитовым оттенком пустыня раскинулась от горизонта до горизонта.
- Куда ты прешь! - заорал я, когда внизу зачернел язык пролома. Но машина с легкостью перепрыгнула трещину и заспешила дальше.