Мир без силы. Антология боевой фантастики (СИ)
Зашипела, отъезжая в сторону, крышка люка рубки. В проеме показался мичман Мезенцев.
– Неважные дела, товарищ капитан, – сообщил Мезенцев, покачиваясь в проходе параллельно полу. – Зафиксирован характерный нейтринный поток у астероида слева по курсу. Работают маломощные термоядерные двигатели. Пираты, должно быть.
Последнюю фразу мичман мог бы и не произносить. Кто еще может болтаться в поясе астероидов на малых судах? Уж не американцы с их тяжелыми крейсерами и не педантичные китайцы, редко отходящие от привычных караванных троп.
– Почему не доложили по системе внутренней связи? – осведомился Рокотов.
– Так ведь посоветоваться надо, – хмыкнул мичман. – Зачем штабу на Луне о наших тревогах знать?
Резонно. Чем меньше знает начальство, тем спокойнее. Потому что любое развитие событий в критической обстановке можно толковать по-разному… Может быть, пираты не нападут. Все-таки не одинокий безоружный танкер идет. А узнает о проблемах штаб флота – посыплются директивы. Знай, расхлебывай.
– Иван, зафиксировала передачу пакета шифрованной информации в коротком диапазоне! – раздался в наушниках нежный голосок Ани.
Ах, Анна, Анечка – неужели не знаешь, что все переговоры по внутренней связи на каждом корабле, военном или гражданском, пишутся «черным ящиком», а избранные моменты передаются напрямую в штаб? Пусть ты не такая опытная, как мичман, но зачем называть командира по имени? Аморалку пришьют как пить дать. Обиженный в лучших чувствах Смыков в красках распишет, как капитан коварно соблазнил подчиненную… Не по-советски, не по-коммунистически поступил! И после этого Рокотов выше капитана третьего ранга не поднимется. А то и на поверхность спишут, складом дейтерия или какой-нибудь совсем уж тоскливой серной кислоты заведовать.
– Вас понял, лейтенант Рассадова, – отозвался Рокотов. – Попробуйте расшифровать пакет, запеленговать источники.
– Есть! Выполняю.
Дела…
– Напоролись, – шепотом объявил Мезенцев. – Не повезло нам, капитан.
– Боевая готовность номер два, – поразмыслив пару секунд, объявил Рокотов по корабельной связи. – Всем занять места согласно боевому расписанию.
Мезенцев плюхнулся в кресло стрелка-наводчика, пристегнул ремни. В коридоре послышался шорох, и в рубку вплыла Анна. Роскошные волосы девушки были собраны в длинный хвост, который в условиях невесомости жил своей жизнью. То поднимался, то опадал, то норовил протянуться к кому-нибудь из членов экипажа. Несмотря на запрет уставом службы в космофлоте, Аня была слегка надушена.
Преданными глазами взглянув на капитана, Анечка пристегнулась к креслу в углу. По боевому расписанию ее место было в рубке, а не в аппаратной. Там сейчас должен был занять место техник-программист Ким Нежданов. Он и штатский механик Сергей Каташ обеспечивали эсминцу то, что в древности называлось «плавучестью», и собственно в боевых действиях участия не принимали.
Спустя минуту в рубке появился и заспанный Макс Черненко, второй пилот эсминца, запасной наводчик и стрелок. Рокотов не стал выговаривать ему за опоздание на пятнадцать секунд. Пока время терпело…
Нет, не терпело! В прямой видимости, вынырнув из-за полукилометровой глыбы астероида в двух световых миллисекундах от «Удалого», показались два истребителя «скорпион». И направились к хвосту каравана – намереваясь, видимо, отбить от «стада» самый тихоходный и слабый танкер.
– Боевая готовность номер один! – прокричал капитан.
Во всех помещениях эсминца завыла сирена. В общем-то, каждый член экипажа получил информацию по внутренним каналам связи через имплантированные устройства, но традиции надо соблюдать. Да и вдруг кто-то изменил приоритет имплантов? Сообщения всегда нужно дублировать!
«Скорпионы», теоретически, производила Китайская Народная Республика, но те истребители, что показались рядом с караваном, шли не под китайским флагом. Система опознавания «свой-чужой» не давала об истребителях никакой информации, что естественно для пиратских лодок, промышлявших в этом районе грабежом.
Для эсминца «скорпионы» – что собаки для медведя. Укусить могут, но, когда медведь лапой махнет, драка окончена. Двух собак на одного медведя маловато.
– Перестраиваемся. На перехват, – скомандовал Рокотов.
Эсминец принял вправо и начал уходить в сторону, намереваясь пропустить танкеры и прикрыть караван сзади, заслонить тихоходный «Георгий Димитров» от пиратской атаки.
– Отвлекают внимание, – процедил Черненко. – Как только мы хвост прикроем, они на главный танкер нападут.
– Абордажным кораблем? – спросила Анечка.
– Без абордажа танкер не увести. Он им целым нужен…
– Зачем? – захлопала ресницами девушка.
– Колонии свои бандитские развивать. Ты думаешь, они в астероидах норы роют? Строительство баз – дело дорогое, технологии нужны. Поэтому пираты захватывают корабли, желательно большого тоннажа, сажают их в расщелины, грунтом присыпают – вот и готовая герметичная база с системой жизнеобеспечения.
Пока Черненко просвещал Анечку, Рокотов лихорадочно считывал информацию с дисплеев и с мониторов боевого шлема, пытаясь найти в поясе астероидов еще что-то. Два «скорпиона» – не беда. Но как-то слишком уж явно они появились! Отвлекают внимание, пытаются навязать игру по своему сценарию.
– Торпедировать танкеры они не станут, если нападение не заказали китайцы или американцы, – размышлял вслух капитан. – Им нужны сами корабли, да и гелий не помешает. А вот если их наняли, пираты попытаются разнести хотя бы один танкер и сбежать.
Всем необходим гелий-3. Страны-соперницы стремятся к тому, чтобы у них гелия оказалось больше. Кто первый накопит нужный объем, получит возможность стартовать в межзвездную экспедицию к Сириусу. Так кто же откроет дорогу к звездам? Великий Союз Советских Социалистических Республик, держава победившего социализма? Отошедшая от верного коммунистического курса в сторону рыночной экономики Китайская Народная Республика? Или акулы капитализма, цитадель зла – Соединенные Штаты Америки вместе со своими европейскими прихлебателями? Три танкера гелия-3 – серьезный куш, хотя решающим аргументом даже потеря всего каравана в споре супердержав стать не может. Больше ста танкеров гелия нужно для межзвездного перелета, и строительство звездолетов еще не окончено ни у кого…
А возить гелий-3 приходится издалека. Луна изрыта полностью еще в конце прошлого века, поэтому и работают полуавтоматические станции на спутниках Юпитера и Сатурна. Но гелий мало добыть, его нужно доставить потребителю.
– Почему меня не позвали? – сонный и от этого еще более скрипучий голос комиссара заставил всех в рубке вздрогнуть.
– Общая тревога была объявлена, – недоброжелательно буркнул Рокотов. – Она для каждого.
Капитан надеялся, что комиссар проспит быстротечный бой, не услышит сирену. Тогда и донесение в политуправление о нем будет писать со слов команды, а не исходя из своих впечатлений, тщательно выискивая ошибки экипажа. Не из вредности, нет. Такая уж у комиссара работа.
Детская надежда, но…
– Нехорошо, – тяжело ответил Смыков, подплывая к креслу наблюдателя и опускаясь в него.
Рокотов хотел заметить, что нехорошо, когда комиссар считает себя на особом положении, но воздержался. Ни к чему такие ссоры.
– Ремни пристегните, Владлен Марксович, – посоветовала Аня. – Сейчас тормозить будем.
– Торпеда пошла! Торпеда! – заорал мичман. – Прямо в борт «Лунной радуги»!
Мезенцев кричал, а пальцы его порхали по сенсорам, шлем светился и полыхал отсветами команд. Едва заметно содрогнулся корпус эсминца, и малая противоторпедная ракета устремилась на перехват торпеды «скорпиона». И двух секунд не прошло. Все-таки «скорпионы» не смогли незамеченными подобраться близко, а «Удалой» выполнил грамотный маневр, прикрывая строй танкеров.
– Атаковать нападающие вражеские корабли! – приказал Рокотов.
– А если это провокация? – подал голос Смыков.
Только тебя, комиссара, в рубке и не хватало! Как только появился, сразу стал вмешиваться в ход боя. Политические соображения, высокая целесообразность…