История российского государства. том 10. Разрушение и воскрешение империи. Ленинско-сталинская эпоха

Среди важнейших деятелей антисоветского лагеря было три имени, принадлежащих истории не только и не столько России, сколько соседних стран: два украинца и турок.
Симон Петлюра (1879–1926), лидер украинского «самостийного» движения, биографией отчасти напоминает своего ровесника Сталина (тоже был семинаристом-недоучкой), а отчасти Пилсудского, поскольку тоже пришел от первоначального увлечения социализмом к идее национального государства.
До революции Петлюра издавал единственный в России украинский журнал, а после Февраля стал горячим сторонником «украинизации» армии, то есть создания этнических воинских частей. На этом поприще он и выдвинулся, став со временем признанным лидером новосозданных национальных вооруженных сил — главой Украинского генерального войскового комитета, а в обстановке всеобщего хаоса и раздора в самой сильной позиции оказывался тот, кому подчинялись военные.
В задачу книги не входит рассказ о становлении украинской государственности — лишь описание войны, которую Петлюра вел с советской Россией.
Таких войн, собственно, было четыре.
Первая произошла сразу после Октября, когда «украинизированные» части под командованием Петлюры вступили в конфликт с «большевизированными» отрядами, подчинявшимися Москве. Петлюра сумел подавить вооруженное восстание рабочих в Киеве, но на фронте перевес был на стороне красных, и в феврале 1918 года они разгромили Украинскую народную республику.
В следующий раз Петлюра собрал значительные силы, когда немецкая революция оставила без поддержки слабое правительство гетмана Скоропадского. В декабре 1918 года Директория (так называлось созданное Петлюрой правительство) опять заняло Киев. Вторая война с Советами началась почти сразу же. И опять закончилась поражением. Уже в апреле Директория была вынуждена оставить столицу и отступить далеко на запад.
В конце лета 1919 года, воспользовавшись наступлением Деникина и заключив с ним временный союз, петлюровцы помогли Добровольческой армии выбить красных из Киева, однако окрыленные успехом белые обратили оружие против украинцев и разгромили их.
В четвертый раз Петлюра предпринял попытку освободить от красных Украину в декабре того же года. Его войска осуществили так называемый «Зимний поход». Воюя и с красными, и с белыми, они прошли рейдом через области западной и центральной Украины, но нигде закрепиться не смогли. Заключив соглашение с поляками, петлюровцы приняли участие в майском наступлении 1920 года, в очередной раз взяли Киев — и в очередной раз в нем не удержались.
В 1926 году Симона Петлюру, эмигрировавшего во Францию, убил еврей-анархист — в отместку за многочисленные погромы, учиненные петлюровскими отрядами во время Гражданской войны. При этом сам Петлюра антисемитом не был. Известно, что во время «первой русской революции» он, наоборот, руководил в родной Полтаве еврейской самообороной. Убийцу, однако, суд оправдал, заявив, что ответственность за военные преступления всегда лежит на командующем. И это действительно так.
Не меньше проблем доставил большевикам «батька» Нестор Махно (1888–1934), которого советская энциклопедия Гражданской войны называет «главарем анархо-кулацкого движения», «одной из разновидностей мелкобуржуазной контрреволюции». На самом деле Махно был настоящим народным вождем, представлявшим интересы всего украинского крестьянства и пользовавшимся в этой среде большой популярностью.
Уже в ранней юности он был бунтарем, членом «Крестьянской группы анархо-коммунистов», устраивавшей дерзкие «эксы» и убивавшей царских чиновников. Арестованный, попал на каторгу, где провел почти десять лет в тяжелейших условиях. Закаленный и ожесточенный этими испытаниями, после февраля Махно вернулся в родное Гуляйполе (большое село с населением около 10 тысяч человек) и вскоре стал признанным лидером всей округи, постепенно увеличивая сферу своего влияния.
 
Он считал себя истинным революционером и весной 1918 года отправился в Москву посмотреть на большевистское правительство. Встретился с Лениным и Троцким, проникся идеей «крестьянского и рабочего объединения», однако обе стороны относились друг к другу с недоверием.
У Махно не было постоянной армии — она то сжималась до небольшого ядра преданных бойцов, то разбухала до 50 тысяч человек и превращалась в серьезную силу. «Батька» несколько раз вступал в альянс с большевиками, но неизменно сохранял автономность.
На исходе 1918 года он помог красным против Петлюры — своего соперника в борьбе за украинское первенство (петлюровцы были популярнее на Правобережье, махновцы — на Левобережье). Потом оказал огромную услугу Советам, ударив в тыл наступающему Деникину. «Это восстание, принявшее такие широкие размеры, расстроило наш тыл и ослабило фронт в наиболее трудное для него время», — пишет в мемуарах белый главнокомандующий. Срыв деникинского похода на Москву в октябре 1919 года стал поворотным моментом всей войны.
Участвовал Махно и в разгроме Врангеля.
Однако, едва победив белых, большевики взялись за Махно. Он представлял собой огромную опасность именно потому, что пользовался поддержкой среди крестьянства.
В 1921 году бывший союзник становится главным врагом и главной проблемой советской власти.
Махно изменил тактику. Он избегал крупных боев и совершал рейды во всех направлениях, в том числе и во внутрироссийские области — воронежскую, тамбовскую, и повсюду крестьяне встречали махновцев как избавителей. Возникла серьезная угроза всекрестьянского восстания.
Ситуация изменилась, когда Совнарком повел новую политику в деревне: упразднил измучившую крестьян продразверстку. Отряды махновцев стали редеть, кольцо — сжиматься. В конце лета 1921 года с оставшейся кучкой людей Махно ушел в Румынию.
До некоторой степени похожей была судьба последнего героя этой главы — Исмаила Энвер-паши (1881–1922). Этот турецкий политик и искатель приключений тоже попеременно заигрывал и ссорился с советской властью. Во всех других отношениях Энвер-паша был деятелем совсем иного жанра, чем Махно.
В великой российской смуте он сыграл особую роль — едва не вызвал мощный межнациональный взрыв, вполне способный разрушить колониальную державу, которую, на словах ратуя за мировую революцию, упорно восстанавливали большевики. Последствия такого взрыва в историческом смысле оказались бы еще значительней замены царского самодержавия на советский тоталитаризм.
Молодым офицером Исмаил Энвер-эфенди (еще не «паша») стал одним из вождей революции, свергнувшей султана Абдул-Хамида. Через несколько лет Энвер возглавил еще один переворот, после которого вошел в триумвират, правивший Османской империей. Будучи военным министром, в годы войны командовал турецкими вооруженными силами. Одним словом, это был государственный деятель высшего калибра. После поражения Турции он нашел убежище в Германии и там вступил в сношения с верхушкой Коминтерна. У большевиков и турецкого политика-эмигранта нашлись общие интересы: враждебность к Британии.
Энвер-паша был приверженцем пантюркизма — движения за создание мегагосударства тюркских народов. Оно должно было объединить земли, населенные тюрками, от границ Ирана до Крыма и Поволжья. Отдавать Энвер-паше Поволжье и Крым большевики, конечно, не собирались, но планировали использовать знаменитого турка в борьбе с британским влиянием в Средней Азии и Афганистане.
Генерала с почетом приняли в Москве, позволили создать организацию с экзотическим названием «Общество единства Революции с Исламом».
Осенью 1921 года Энвер-паша был командирован в Туркестан бороться под знаменем Революции и Ислама против басмачества — большевики надеялись, что это внесет раскол в ряды мусульман, противников советской власти.