Кто здесь главный? (Я) (СИ)
— Так, летчицы, отпраздновать вы еще успеете. А пока займите позиции на деревьях и не высовывайтесь. Уже очень скоро мы будем бить коротышек.
Обещание гарпиям понравилось, так что на верх они забрались с большим удовольствием. Чуть позже их маскировку проверил Шартак и, поправив нескольких, в целом остался доволен. Затем же последовало не слишком долгое ожидание.
Гномы появились шумно, не стараясь ни от кого скрыться. Пять повозок вышло из-за поворота дороги. Все они предназначались для перевозки грузов и сейчас полнились съестными припасами, бочками, оружием. К нам ехало настоящее богатство, вызывавшее бешеный вместе азарт, а охранявшие повозки три десятка бородачей лишь добавляли добыче перчинки. Ведь их добротные доспехи очень хорошо лягут на плечи моих солдат. Впрочем, прежде стоило уговорить противника поделиться трофеями, и в этой связи требовалось обратить внимание на качество двигавшихся в нашем поле зрения противников. А оно внушало некоторые опасения. Мало того, что в рядах противника мелькало порядка десятка арбалетчиков, так было еще и целых пять щитоносцев. Притом, что каждый из них представлял собой еще ту занозу в заднице. Дело обещало оказаться интересным.
Краем зрения я увидел сигнал от Шартака. Руки тут же сами собой натянули тетиву арбалета, положили в ложе болт. Ровно то же проделали гноллы, в то время как фелины воткнули перед собой по несколько стрел. Сейчас станет ясно, насколько наши тренировки пошли впрок.
Стоило сделать что-то еще. Ах да, распределить цели и отдать нужные распоряжения. Поразить всех первым ударом возможным не представлялось. Просто потому, что даже при идеальной точности большинству врагов мало было одной стрелы. К тому же гномы двигались по обе стороны от повозок и частично скрывались деревянными бортами. Зацепить тех из противников, что двигались с противоположной от нас стороны, не стоило и пытаться. Только зря стрелы потратим. Исходя из этих соображений, я передал стрелкам несколько ментальных команд и сам пристроился к ложу арбалета. Перед мысленным взором появились песочные часы, отсчитывавшие последние крупинки. Караван гномов поравнялся с местом нашей засады.
«Сейчас!» — отдал я ментальный приказ и сам нажал на спуск.
Туча стрел полетела в неприятеля. И надо отдать должное гномам. Те успели среагировать. В первую очередь отличились воины, одним слитным движением доставшие из-за спин щиты. Однако даже их реакции не хватило, чтобы уберечься от всех подарков. Один из щитоносцев осел на землю, истыканный болтами, двое других тяжело пали на колени, получив в тела по несколько болтов. Еще хуже пришлось арбалетчикам, назначенным вторыми в приоритете целями. Они даже не успели схватиться за оружие, когда оказались под градом снарядов. Возниц прибило к козлам, пешие воины растянулись на земле, уже бездыханные. Все же, кто уцелел после первого залпа, бросился за повозки, видя в них единственную надежду.
Над головой послышался шелест листьев, громкое хлопанье крыльев. Это гарпии снялись с веток, устремившись в небеса. Что же, мне тоже стоило прекратить прятаться по кустам.
— За пиво!!! — проревел я боевой клич, после чего бросился на противника.
Вперед оказался выставлен тяжелый щит, на плечо умостилась огрова палица. На душе стало весело и свободно. Все же бить издалека мне было не по душе. Совершенно иное дело — прямая схватка. Правда, чтобы ее получить, следовало хорошо постараться.
Противник не оставил без внимания мой забег. Из-за бортов повозки показалось несколько гномов, уже державших взведенные арбалеты. Двое из них тут же исчезли, поймав головами стрелы, но другие успели спустить курки.
Парочка болтов ударили в щит, а вот еще один пришелся в голову. Я почувствовал удар в Маску, обжигающее касание металла. Кажется, артефакт сумел уберечь от худшего, отбив болт по касательной. А выстрелить еще один раз гномы уже не успевали.
— Зашибу! — проорал в лицо первому из вставших на пути гномов, врезав по нему щитом. Коротышку унесло в сторону. Другой недомерок получил палицей в лицо и тут же пораскинув мозгами. Однако уже с третьим легкость боя закончилась.
Неприятелем оказался щитоносец, предельно злой и рвущийся в бой. Ростом тот мне в пупок дышал, но вот в живости натуры серьезно так превосходил. Мой удар он принял на щит и тут же контратаковал сам. Топор бородача едва не впился в голень, затем мои бока знатно приложило окантовкой щита и на этом противник не остановился, заставляя пятиться все дальше. А в это же время с флангов уже подбегали иные враги. «А вот хрен вам. Не возьмете!» — едва прозвучала эта мысль, как я ринулся вперед, проигнорировав ударивший в бок топор. Мой собственный щит обрушился на противника. Колено врезалось в грудь пошатнувшегося гнома, роняя того на землю. И тут же в голову противника ударила палица.
Не обращая внимания на боль в колене, я замахнулся еще раз, отметив, как неприятель прикрылся щитом и с глубоким удовлетворением опустил оружие на колено противника.
Увы, нанести третий, возможно, завершающий удар не удалось. С боков налетели новые гномы. Правое плечо обжог впившийся арбалетный болт. Пришлось оставить подранка и закрутиться на месте, отбиваясь от противников словно от своры гончих. И надо сказать, собачки оказались слабоваты. Выступившие вперед гномы, вооруженные крохотными на фоне моей, секирами, не могли держать удар. Все их возможности — кружить или бросаться в самоубийственные атаки. Первый вал врагов оставил несколько ран и труп неудачливого недомерка. А уже вторая атака противника оказалась не столь яростной. Потери прибавили гномам осторожности и одновременно с этим сократили их шансы на успех. Попытка ударить с одного фланга наткнулась на взмах щитом, атака сзади встретила палицу. А затем я сам бросился на прорыв, массой тела широкими ударами прокладывая себе дорогу.
Лебединая песнь моей битвы оборвалась двумя точно пушенными болтами. Я словно на стену налетел, почувствовав, как в тело впились острые наконечники. А еще в это же время на пути встал второй щитоносец, тогда как первый, недобитый, поднялся за моей спиной. Чувствуя, как сознание подернулось пеленой, а очки жизни показали дно, я мрачно улыбнулся. Ведь все сложилось самым лучшим образом. И враг это осознал уже спустя мгновение.
Раздался гулкий свист, и обступившая меня толпа разом поредела. Сквозь прорехи открылся вид на вставших в отдалении фелинов, раз за разом натягивавших луки. Повинуясь приказу Шартака, львы совершили маневр, обойдя гномов и теперь словно в тире расстреливали коротышек. А ведь это стало только началом. Я поднял копыто и обрушил то на землю, породив ударную волну. Гномы попадали навзничь, и тут же на них накинулась свора гарпий. Мои летчицы оказались безжалостны, мощными когтями разделывая тела, полосуя плоть и разрывая кольчуги. На краю зрения посыпались системные сообщения, чаша весов резко качнулась в нашу сторону. Однако не все оказалось гладко. Одна из гарпий с криком боли отлетела в сторону от удара гнома. Тот же пружинисто поднялся на ноги и… тут же рухнул назад. Удар палицы вернул его с небес на землю.
— Я! Научу! Тебя! Как! Обращаться! С девушками! — проревел противнику в лицо, с каждым словом награждая того ударами.
Гном внял. Оно и понятно, трупы рукоприкладством не занимались. По крайней мере в том случае, когда рядом нет опытного некроманта. Такового в прямой видимости не наблюдалось, так что и этот тип счастливо упокоился. Еще одной удачей стало то, что раненная им гарпия отделалась легко. Всего лишь глубоким порезом. И я даже не удивился, узнав в ней Келену. Определенно у этой девушки имелась тяга к неприятностям.
— Спасибо, вождь. Вы опять меня спасли, — поблагодарила девушка.
— Настоящий мужик не оставит даму в беде! — ответил ей, встав в героическую позу. Тело на движения отозвалось неприятно, напомнив о своем плачевном положении, зато выглядеть я должен был более чем мощно. Покрытый кровью, в пробитом во множестве мест доспехом и торчащими из тела хвостами болтов — куда уж более героический вид? Правда, осесть на землю хотелось очень сильно и радовало то, что больше не требовалось махать железками. Убитый гном стал последним из противников.