Реабилитация (ЛП)

верхнюю одежду. С женщинами она вела себя дружелюбно, но с мужчинами поведение Аиды
резко менялось: спина выпрямлялась, едва прикрытая грудь выставлялась напоказ, улыбки
становились соблазнительными, а взгляды похотливыми. Однажды вечером Лорен заметила, как мужчина засунул в декольте Аиды купюру в сто долларов, и это прояснило многие вещи.
Позднее, сама Аида подтвердила все подозрения. Посмеиваясь над шокированным
взглядом Лорен от фамильярности, которую Аида проявляла в отношении некоторых
клиентов, она рассказала, что работает в агентстве по эскорту. Помимо сопровождения
клиента, при необходимости она предоставляла за отдельную плату и сексуальные услуги. С
этого момента Лорен смотрела на женщину другими глазами. Она не могла сказать, что Аида
человек неприятный. Женщина умела вести себя весело, щеголяла хорошими культурными
знаниями, была отличным собеседником — одним словом, владела всем, что необходимо
ожидать от проститутки класса люкс. Американская гейша на практике. Хотя было в ней что-
то, некий скрытый, но ощутимый элемент, не позволяющий Лорен доверять всему
полностью.
Сегодня вечером Аида решила уделить Лорен своё навязчивое внимание, чего девушка
не оценила. Аида внимательно изучила лицо Лорен, потом положила ей на плечо руку и
доверительно произнесла:
— Дорогуша, прежде чем выходить на работу, тебе необходимо наносить макияж.
Слишком заметно, что ты устала.
Это прозвучало как достаточно жёсткая критика — больше чем Лорен могла
вытерпеть. Она ответила раздражённо и сухо:
— О декоративных элементах уже позаботилась ты. Я всего лишь работаю в
гардеробе.
Аида откинула назад голову, демонстрируя элегантный изгиб шеи, и разразилась
трелью смеха, притягивая к себе пожирающие мужские взгляды.
— Дорогуша, я в курсе. Но ты будешь привлекательнее, если нанесёшь немного
губной помады и подводку для глаз.
Лорен повернулась к ней спиной, она не хотела больше слушать болтовню Аиды. А
ненависть к ней не испытывала только потому, что виделись они лишь несколько часов в
месяц.
— И ты должна надеть платье, в котором не будешь похожа на одетую швабру, —
настаивала женщина, — что-нибудь короткое и яркое, с обувью на высоком каблуке, чтобы
выглядеть выше.
С серьёзным и сосредоточенным видом Аида принялась её изучать, словно Лорен —
манекен в витрине, который необходимо одеть.
— Аида, повторяю тебе, я здесь работаю. И не могу носить каблуки, потому что одна
коленная чашечка у меня раздроблена, пройдёт плюс-минус пять минут, прежде чем закричу
от боли.
Аида нахмурилась.
— Ах, мне жаль. Разве ты не можешь сделать операцию? — с участием
поинтересовалась она, выглядя заинтересованной.
Лорен покачал головой.
— Слишком дорого, и у меня нет медицинской страховки.
Размышляя, Аида закрыла глаза.
— Если хочешь заработать лишний доллар, могу тебе помочь.
Лорен замерла.
— Аида, без обид, но я никогда не продам своё тело.
Эта фраза спровоцировала у женщины новый взрыв смеха, на этот раз тише и
спокойнее.
— Без обид Лорен, — Аида показала воздушные кавычки, — но у тебя нет
подходящих данных для такого рода работы. Мужчинам нравится трогать плоть, а не кости.
— Она улыбнулась с выражением циничного злорадства.
— С плотью или нет, я бы никогда этим не занималась. Не смогу баловаться с... с...
штукой незнакомого мужчины.
На этот раз смех Аиды походил на неконтролируемый рёв, настолько сильный, что ей
пришлось спрятаться за вешалкой и ухватиться за живот.
Пытаясь её игнорировать, Лорен продолжала принимать верхнюю одежду и выдавать
номерки клиентам. Этот вечер приблизил её опасно близко к чувству ненависти. В зеркале
сумочки Аида проверила косметику на лице, переживая, что смех испортил макияж, вероятно, стоивший сотни долларов, и повернулась к Лорен.
— Ох, милая, ты даже не можешь назвать его! Член, пенис, писюн. Знаешь, мужчинам
нравится, когда это произносят вслух. Как ты умудряешься оставаться такой наивной? Боже
мой, тебе двадцать лет, и ты живёшь в Лос-Анджелесе!
Лорен глубоко вздохнула, пытаясь успокоить дрожь в руках и сердцебиение.
— Аида, я не должна ничего тебе объяснять, но скажу: моё детство не было
безмятежным. Я забочусь о брате, и у меня куча счетов к оплате.
Аида стала серьёзной и посмотрела с жёсткостью, удивившей Лорен.
— Милочка, думаешь моя жизнь — лёгкая прогулка? Просто в какой-то момент я
выбрала самый быстрый и прибыльный путь, вот и всё. — А потом, за мгновение, она вновь
превратилась в улыбающуюся и уверенную в себе женщину. — Я предлагаю тебе работу
официантки в фирме, которая занимается вечеринками на виллах в Беверли-Хиллс и
окрестностях. Я знакома с владельцем «Саваж-кейтеринг».
Лорен растерялась; Аида на самом деле хотела помочь.
— О Боже, Аида, прости меня, я…
Женщина приняла извинения жестом.
— Проехали. Понимаю, ты сложила два и два, но можешь быть спокойна.
Единственная особенность этого контракта заключается в том, что нужно подписать очень
строгое соглашение о конфиденциальности. Всё, что увидишь и услышишь на одной из этих
вечеринок, не должно получить огласку. — Она пригвоздила Лорен железным взглядом. —
Если появится слово или фотография, тебе сделают задницу такой большой, что не сможешь
сидеть всю оставшуюся жизнь. Нехватка денег станет последней из твоих проблем.
Лорен улыбнулась; её не интересовали знаменитости, но возможность лишнего
заработка облегчила бы жизнь.
— Спасибо Аида, можешь быть уверена, я никогда ничего не расскажу. И буду рада
принять твоё предложение, по крайней мере попробовать, правда, у меня всегда возникает
проблема с коленом.
С лица Аиды исчезло напряжение, и она легко смахнула прядь волос Лорен, в
необычном жесте сочувствия.
— Отлично, дорогуша. К следующей неделе я найду тебе место. Вот увидишь, ты
сможешь бросить эту дерьмовую работу, потому что она больше тебе не понадобится.
Лорен выгнула бровь.
— Бросить эту работу? А если потом окажется, что я не подхожу для другой?
Аида молча повернулась к ней спиной и, виляя бёдрами, направилась к мужчине, который бросал на неё довольно значимые взгляды. Но прежде чем уйти, повернула к Лорен
лицо, взмахнув тёмными, шикарными и блестящими волосами.
— Никто и никогда не говорит мне «нет». Лорен, я продаю не только своё тело. За
моей профессией есть мир, который выходит за пределы пиз*ы.
Аида повернулась, чтобы уйти, но вновь передумала.
— Лорен, милочка, ты всё же должна накраситься, чтобы работать в тех местах в
любой одежде. И это не совет, а нерушимое правило.
Лорен почувствовала в сердце лёгкость вместе с сожалением, оттого, что судила
женщину. Аида была гораздо больше, чем тщеславная и расчётливая проститутка, или, во
всяком случае, не только это. Лорен хотела бы узнать, что скрывается за эксцентричной
маской. Даже у Аиды, как оказалось, жизнь была нелёгкой, и это их объединяло; но потом
каждая из них сделала свой выбор, и в зависимости от него пошла своей дорогой.
Они встретились вновь в конце вечера. Аида вернулась в гардероб забрать клатч.
Когда вошла, протянула Лорен визитную карточку золотого цвета, с номером телефона
и выведенным завитушками именем: АИДА САНЧЕС.
— Позвони мне завтра, и я скажу, когда и куда ты должна приехать. Удачи Лорен.
Улыбаясь, она слегка ущипнула девушку за подбородок.
— Спасибо, Аида. Ты не представляешь, как я ценю твою помощь.
Благодарить женщину, ей было труднее, чем хотелось признать: между ними не
существовало той близости, которая могла оправдать спонтанную помощь, и Лорен не могла