Реабилитация (ЛП)

Хромоножка, хромоножка, хромоножка. Она принялась повторять его как мантру, пока
сердцебиение не вернулось к нормальному ритму, а душу не накрыло пеленой безразличия.
Она была всего лишь официанткой, служившей на ужине, где обсуждались грязные дела в
кругу неразборчивых извращенцев. Лорен решила всем показать свою хромоту, впервые
избавляясь от нечеловеческой нагрузки притворства плавной и ровной походки. Она хромала
и хотела выглядеть хромой, даже перед тем актёром, кого все возносили как короля.
Кто знает, возможно, увидев такой, он хотя бы запомнит её.
* * *
Дверь открылась, и его сердце вместо одного удара сделало два. Он не ожидал
столкнуться с ней так внезапно. Джей Кей приказал Аиде привлечь Лорен к обслуживанию
ужина, чтобы снова её увидеть, ощутить запах девушки, пока та работает, даже не
подозревая, что клиент находится в нескольких шагах. Но столкнуться с ней в реальности
оказалось совсем не так, как он представлял. Его сердце и член ответили в унисон. Она была
прекрасна! Невинна, как голубка, хрупкая, словно молодая оливковая веточка, и не могла
оторвать от него глаз, чёрных и бархатистых. Казалось, девушка удивлена. «Или, быть может, ей противно», — подумал раздражённо Джей Кей. Ведь он мастурбировал перед ней на
вечеринке, когда впервые увидел, приказывая заняться непристойностями своим гостям, почти потерявшим сознание от алкоголя и наркотиков. Не самое лучшее его шоу, без
сомнения.
Он организовал этот вечер и для того, чтобы реабилитироваться в её глазах. Чтобы
показать ей, — он умел быть другим — бизнесменом, ухоженным, обаятельным, полностью
себя контролирующим. Джей Кей галантно улыбнулся ей и собрался было поприветствовать
вежливой фразой, но почувствовал, как губы приклеились к зубам. Твою мать, его голос. Он
говорил с ней, когда с завязанными глазами привёл к себе домой. По правде, он прошептал
всего несколько фраз, окрашенных желанием, но Даниэль не мог рисковать быть узнанным.
Слишком рано. Не сегодня вечером, слишком важным также и для его карьеры. Он не мог
предугадать реакцию девушки, ведь знал её слишком мало. Кроме того, он хотел открыться
сам, когда придёт подходящее время.
Когда он станет уверен, что нравится ей, не будет отвергнут и не станет выглядеть в её
глазах словно извращённая свинья. В итоге Джей Кей не произнёс ни слова, а лишь
дружелюбно улыбнулся. В присутствии Лорен он станет говорить как можно меньше и
изменит тон голоса, разве он начинал не в театре? И потом, при ужине в таком тесном кругу
большую часть времени она проведёт на кухне. Обязанность контролировать гостей, не теряя
их из виду ни на минуту, отводилась дворецкому Рона.
Б*я, как он не подумал об этом раньше? Слишком спешил снова её увидеть, слишком
много тревоги по поводу разговора с продюсерами, которые должны принять важные
решения для его карьеры. Даниэль разозлился на себя за то, что решил смешать секс с
такими деликатными деловыми аспектами, но потом успокоился: он, как обычно, справиться.
Он — Джей Кей, король, великий.
Даниэль приветливо поздоровался с Роном и двумя влиятельными людьми на этой
встрече. Первым был Курт Джеймсон, неизменный продюсер его самых известных фильмов, второй — Эллис Брент, правая рука Джейсона и душа каждой стратегии. Курт держал в руках
финансовые нити продюсерского центра, Эллис был реальной силой в принятии всех
стратегических решений. Босс доверял только своему чутью к новым веяниям, и к этому
времени он ни разу не разочаровался.
Курт по-товарищески обнял Джей Кея. Он мог бы быть его отцом, и всегда относился
к нему как к крестнику: дружелюбно, и читая иногда нравоучения. Эллис поздоровался более
формально, а быстрое рукопожатие и не совсем ласковый обмен взглядами убедили Джей
Кея, что этим вечером на кону стоит нечто большее, чем обычный контракт. Холодная дрожь
пробежала у него по спине, и он почувствовал острую необходимость влить в тело двойную
дозу виски.
Гости выпили аперитив на террасе, наслаждаясь захватывающей панорамой в
освещении заката, который понемногу замещался ночными огнями бессонного города. У
Лорен не было причин появляться на террасе, и Джей Кей воспользовался возможностью
развлечь гостей рассказами. Когда он хотел, то знал, как быть остроумным и милым.
Вернувшись в помещение, и пока накрывали ужин, Даниэль позволил Рону вести
беседу по темам, представляющим второстепенный интерес. Поскольку на данный момент
два босса киноиндустрии, казалось, не хотели поднимать тему самых важных вопросов —
его будущего как актёра, какое место займёт в их предстоящих постановках, сколько хотят
инвестировать в его имидж и какие роли они для него отведут.
Возможно, к лучшему, думал актёр, что деликатные вопросы обсудят позднее: климат
становился теплее, в том числе благодаря лучшему бургонскому, постоянно вливавшемуся в
гостей, смех занял место формальных фраз и, ведомые добродушием Рона, все казались
чувствовали себя комфортно и расслабленно.
В сознании Джей Кея Лорен постепенно отступала на второстепенное место, поскольку беспокойство по поводу карьеры монополизировало его мысли и стратегию
поведения. Он видел, как она подавала к столу с безупречной элегантностью, стараясь не
смотреть гостям в лицо, скользя между стульями подобно шёлку, легко и тихо, делаясь почти
невидимой.
«Сегодня она хромает больше», — с удивлением подумал он, — «видимо, устала от
работы».
Он понял, что смотрит на неё гораздо чаще, чем она. Но как же, великий Джей Кей
присутствовал на ужине, и должен быть замечен и оценен, чтобы напитать своё эго
обожанием той женщины, кого собирался сделать своей в незабываемом сексуальном
посвящении? Вечер проходил совсем не так, как планировался, но Даниэль торопился и
смешал слишком много вещей.
«Внимание, Даниэль, ты теряешь контроль. Это просто киска, одна из многих. 
Возможно, даже умнее, учитывая, сколько ты платишь за игру. Быть может, она даже не 
девственница, и зашила себя, чтобы поймать золотую несушку». 
Именно в момент, когда у него родилась такая злая мысль, от которой гордость Джей
Кея нуждалась в успокоении, он поднял на Лорен взгляд поверх энного стакана с двойным
скотчем за вечер. Даниэль понимал, что его взгляд полон отрешённости и презрения, в
соответствии с параноидальными фантазиями, которые кружили в измученном стрессом и
пропитанном алкоголем мозгу.
В этот момент Даниэль заметил, что и Лорен тоже смотрит на него не таясь, поскольку
стояла под углом, скрывающим от других и объединяющим только их двоих. В её глазах он
увидел отвращение и побоялся задаваться вопросом, почему. Девушка на несколько секунд
задержала взгляд, бросая вызов выражению высокомерия и доминирования, припечатанных к
его лицу. Затем она вернулась на кухню и до окончания вечера больше не появлялась.
«Я никогда не стану рабом твоего зверинца, грязное животное!» Такое послание в
сопровождении приступа боли, было интуитивно понято или придумано сердцем Джей Кея.
« Глупая, ты уже моя. Я могу иметь кого угодно. Деньги могут купить любого». 
Он резко поставил стакан на низкий стеклянный стол и понял, что этим шумом
привлёк внимание всех. Курт прочистил горло.
— Джей Кей, вечер был приятный. Рон, у тебя действительно красивый дом. Просто
мелочь, прежде чем мы уйдём.
Даниэль почувствовал, как волнение плавно проникает в его вены и бомбардирует
голову серией смешанных и противоречивых эмоций. Страх, надежда, гордость, тревога, враждебность, благодарность, чёрные предчувствия. Но страх доминировал.
— Джей, я знаю, ты возлагаешь большие надежды на наше сотрудничество, даже если