Реабилитация (ЛП)

работает должным образом. Вот причина обморока. Усталость и одышка, от которых он
страдает, являются последствиями болезни.
Лорен с трудом пыталась сосредоточиться, но обрела голос, чтобы прервать женщину, ища заверения.
— Но теперь он в порядке, правда? Ему нужно будет принимать лекарства, отдыхать, я
не знаю...
Кардио-хирург отрицательно покачала головой.
— Для такого рода патологии недостаточно только принимать лекарства. Кларку
нужна операция. Мы должны установить протез клапана.
— Операция на сердце? — прошептала Лорен, дрожа всем телом.
— Верно, — подтвердил Кларк, пожимая ей руку.
— Хорошо, я... я не знаю, что сказать.
— Лорен, — мягко позвал её брат, — эти операции стоят безумно дорого.
Она медленно моргнула, пытаясь усвоить очередную ужасную новость.
— О какой именно цифре идёт речь?
* * *
Счёт из больницы для их сбережений оказался очень серьёзным, а лекарства, которые
Кларк должен принимать, чтобы смягчить ситуацию, по сравнению с их скудными
возможностями стоили целое состояние. Кроме того, если хотел продолжать жить брат не
должен напрягаться, и ему был необходим отдых. Следовательно, Лорен оставалась
единственным источником их средств к существованию. Проблема, однако, была в другом.
Операция Кларка стоила не меньше ста тысяч долларов, и, даже убив себя работой, Лорен
никогда бы не сумела собрать такую сумму. Соблюдая указания доктора, которые
предусматривали полный покой, здоровое питание и приём ингибиторов АПФ, продолжительность жизни Кларка могла увеличиться, но всё же это оставалось временным
решением, в ожидании необходимого хирургического лечения.
— Мне очень жаль, Лу.
Рухнув на диван, со скорбным выражением на лице, Кларк молил о прощении за все
доставляемые проблемы. Эти слова, и скрывающаяся за ними вина, были словно соль, брошенная на кровоточащую рану. Лорен не сумела сдержать слёзы. Повернувшись к нему
спиной, она упёрлась руками в раковину и, опустив голову, позволила боли превратиться в
рыдания. Брат заключил её в объятия, которые только усугубили страдания. Она повернулась, чтобы прижаться к нему и выплеснуть гнев и разочарование.
— Это должно было случиться со мной! — закричала Лорен с искажающей голос
ненавистью.
— Не говори так даже в шутку, Лу. Произошло. Точка.
«Не с тобой, не с моим малышом!» — слова взорвались в её голове, когда она
представила его в гробу неподвижным и бледным.
— Мы найдём деньги! — Она оторвалась от него, яростно вытирая глаза. — Должно
быть решение, чёрт возьми!
— Лорен, это очень большая сумма. — Его голос звучал сдавленно, а от нервного тика
на щеке забилась мышца.
— Я позвоню страховщикам, попрошу помощи... у... я не знаю, но клянусь своей
жизнью, ты сделаешь эту чёртову операцию. Не ты, не ты... — закончила она отчаянным
бормотанием.
Кларк снова её обнял.
— Успокойся, Лу.
— Боже, Кларк. Ты такой храбрый. Я чертовски боюсь.
— Я тоже, Лу. Я тоже.
* * *
В этот вечер в Vanity Club Лорен не могла скрыть, какие сильные тревогу и отчаяние
она испытывала. Макияж не избавил лицо от земельного цвета, покрасневших глаз, и горькой
складки у рта. Аида сразу поняла, — что-то не так.
— Ты ничего не рассказала, как поживает твой брат? — спросила она, рассматривая
своё прекрасное лицо в зеркало в полный рост, прикреплённое к стене. Затем опустила
декольте, обхватила пышную грудь и подтянула выше.
Лорен сохраняла молчание, пока принимала на хранение куртку, покрытую
кристаллами, и убирала в гардероб.
— Плохо, — резко пробормотала в ответ. Она не верила, что Аиду всерьёз интересуют
её несчастья.
— Что ты имеешь в виду? — в удивлении женщина резко обернулась.
Аида выглядела действительно обеспокоенной, и Лорен рассказала ей всё. Несмотря
на то что между ними не существовало дружеских связей, раскрыться перед кем-то принесло
успокоение, учитывая, что у Лорен не было никого, кто заботился о её судьбе.
— Плохо дело — прокомментировала Аида и задумчиво поджала губы.
— Мне нужны деньги, и не только на операцию. Лекарства и частые контрольные
проверки, тоже стоят денег.
— Об этом не беспокойся.
Лорен растерянно посмотрела на неё, и Аида поспешила всё объяснить, возможно, помня о прежних недоразумениях.
— Ты можешь работать чаще в кейтеринговой компании. Оставь этот клоповник.
Гарантирую тебе пять вечеров в неделю. Конечно, будет тяжело, потому что вечеринки
иногда продолжаются всю ночь, но тебе щедро заплатят.
Лорен мысленно произнесла благодарственную молитву.
— Аида, я не знаю, как тебя благодарить.
Та в ответ лишь отмахнулась, вынула из клатча помаду и нанесла дополнительный
слой на пухлые губы.
— Тебе придётся подписать кучу бумаг. Знаешь, о неразглашении и прочем, —
подмигнула она, а потом расхохоталась, глядя на выражение сомнения, появившееся у
девушки на лице.
— Это не всегда детские вечеринки, — с толикой ехидства прошептала она, прежде
чем вернуть сумочку. — Я позвоню тебе завтра. Напиши заявление об уходе, куколка.
Аида удалилась, покачиваясь на головокружительных каблуках, не переставая
опьянять своим вульгарным обаянием каждого встречного мужчину, и даже нескольких
женщин.
Лорен размышляла над фразой Аиды о вечеринках. Увиденное на дне рождения
близняшек, наводило на мысли, что могло происходить на других праздниках, Лорен не
составило труда представить себе сценарий. Сплетни вокруг звёздного мира разлетались как
горячие пирожки, а эта женщина была продажной. Лорен пришла в голову нелепая мысль, которую тут же отбросила. Как Аида ей уже намекала, Лорен не обладала атрибутами, необходимыми для привлечения интереса мужчины (во всяком случае, незвёздного уровня).
Модели, актрисы и эскорт с моделированными пластикой телами и идеальными лицами уже
составляли непобедимую конкуренцию. Она была всего лишь неизвестной маленькой
девчонкой из трущоб, слишком худой и неуклюжей, чтобы кто-то за деньги, мог захотеть
затащить её в постель.
Лорен привёл в ужас факт, что она предположила саму возможность продать тело. Вот
куда могли привести потребность и нужда. И всё же, если бы кто-то попросил в обмен на
жизнь брата её тело, она не колебалась бы ни секунды.
Но это были просто праздные мысли: в конце концов, кто бы потратил такую
огромную сумму, чтобы обладать ей?
* * *
Аида вошла на виллу кошачьим шагом, приветствуя мужчин, которые (она была
уверена), в скором времени потребуют от неё более конфиденциальные услуги. Огромный
зал переполняли люди, опрокинутые бокалы, похотливый смех. В воздухе витал острый
запах секса, смешиваясь с дорогими духами и одеколонами.
Пока Аида продвигалась вперёд, переступая через извивающиеся тела, она спустила с
плеч бретельки, позволив им соскользнуть по рукам. Пышная грудь вздымалась, соски
затвердели от соприкосновения с воздухом. Она огляделась, чтобы убедиться, что привлекла
к себе внимание. Полуобнажённая женщина в комнате, полной обнажённых тел, была похожа
на лампочку в тёмной комнате. С продуманной медлительностью, покачивая аппетитными
бёдрами, она стянула платье вниз по ногам, и оттолкнула его изящным движением ноги. Не
обращая внимания на протянутые к ней руки, на стонущие умоляющие оклики по имени, она
направилась в полутемный угол, где на коленях стоял мужчина, растянувшись обнажённым
торсом на диване. Округлые, гладкие, словно из мрамора ягодицы были на виду, как и
сильные бёдра, испещрённые сухожилиями.
Когда Аида оказалась рядом, то нежно улыбнулась женщине, сидевшей на полу
позади мужчины.
— Лилли… — поздоровалась с ней хриплым шёпотом.