Хроника Акаши (ЛП)

- Не трогайте, прошу, соблюдайте дистанцию! Не в коем случае не приближайтесь к клетке слишком близко! - дирижировал Грегор Кёниг студентов, стекающихся на площадку. Когда наконец воцарилась тишина, он начал рассказывать, а я начала ждать. Я внимательно наблюдала за моими сокурсниками, особенно Дорину я не выпускала из виду.
- Зелёный грютц - это магическое животное, опасность, исходящую от него, часто недооценивают. Он размножается не обычным способом, а создаёт новых сородичей сам. Его укус приводит к превращению в зелёного грюца. Хотя этот процесс обратим, если своевременно начать лечение, но выздоровление занимает несколько месяцев.
  
До тех пор, заболевшие должны оставаться в Акканке, потому что привлекут слишком много внимания в немагическом мире. Подобный случай произошёл в прошлом году, когда укусили одну студентку. Ей пришлось оставаться на моём попечение целых поло года, пока обратное превращение достаточно продвинулось вперёд.
Я, лишь на одно мгновение, погрузилась в воспоминания о Нелли и о прошедшем лете, как вдруг раздался пронзительный крик.
В первый момент я подумала, что кто-то подошёл слишком близко к клетке, и был укушен агрессивным зелёным грюцем. Я уже оглядывала первый ряд стоящих передо мной студентов, когда увидела светлые волосы, лежащие на зелёной траве. Меня охватила паника, такая сильная, какую я ещё никогда не испытывала. Мои руки дрожали, когда я прокладывала себе дорогу через застывшую толпу.
Я ожидала, что так и будет, но, когда это действительно произошло, это просто выбило у меня почву из-под ног. Сцена просто не может повториться в третий раз. Вокруг я слышала только шум, когда подошла к месту и увидела, что там на земле действительно лежит Дорина. Её кожа уже окрашивалась в коричневый цвет, и она казалось больше мёртвой, чем живой.
Нервно разговаривая, Грегор Кёниг обошёл вокруг неё, но я его не слышала. Я только видела, как шевелится его рот. Адам поднял безжизненное тело с земли и положил его на скамейку. Шум в ушах становился всё громче.
Невозможно! Невозможно! Невозможно!
Слова стучали в голове, как летящие низко истребители. Потом всё произошло очень быстро. Прибежала профессор Шёнхубер, сопровождаемая профессором Эспендорм и мадам Виллури. Моё тело наполнилось адреналином, благодаря которому, шум в ушах тут же затих.
- Мы опоздали, видите, она снова это сделала, - пронзительно выкрикнула профессор Шёнхубер. Она дико размахивала своими руками в перчатках.
- Кто сделал? Я ничего не понимаю. Вы видели целительницу? - спросил расстроенный Грегор Кёниг.
- Целительница уже в пути, - прозвучал глухо голос Адама позади меня.
- Хорошо, это хорошо, - ответил Грегор Кёниг и снова повернулся к профессору Эспендорм.
- Сегодня днём мы обыскали комнаты студентов, после того, как было высказано подозрение, и кое-что нашли.
Голос профессора Эспендорм звучал холодно, как самая тёмная ночь.
- Мы нашли в комнате Сельмы Каспари демонический теневой плющ. Мадам Виллури и профессор Шёнхубер могут это подтвердить. Таким образом, у нас есть явное доказательство.
Казалось, под моими ногами задрожала земля. На одно мгновение я замерла, почти в благотворном обмороке. Горящий взгляд Адама вырвал меня из панической летаргии.
- Я не травила Дорину, так же, как Скару или Пенелопу. Демонический теневой плющ должно быть кто-то спрятал в моей комнате, - выкрикнула я в тишину.
- У нас есть доказательства, не отрицай того, что сделала! - завопила профессор Шёнхубер. Её лицо исказилось в пугающую маску.
- Я ничего не сделала, - ответила я в ярости. - Это вы. Где вы были сегодня в обед? Я расспрашивала травницу, это вы купили траву и положили в мою комнату?
А сегодня утром вы отравили Дорину. Я знала это, а теперь вы хотите переложить вину на меня.
- Достаточно. Подозревать профессора - это серьёзное дело.
Профессор Эспендорм говорила очень громко.
- Мне придётся отдать вас под стражу, пока Чёрная гвардия не разрешит этот вопрос. Адам, уведите Сельму.
Я посмотрела в сторону Адама и увидела, как застыл его взгляд, а затем и всё тело. Теперь наступил момент истины. Он должен принять решение. Что он выберет, нашу любовь или свою жизнь в магическом сообществе. Были ли это только слова, или он подкрепит их действием. Он должен, либо предать меня, либо публично встать на мою сторону. Я увидела, как он колеблется и ищет выход, чтобы ещё как-то остановить неизбежность этого решения.
Во мне всё замёрзло. Было такое чувство, будто внезапно всё тепло оставило моё тело. Казалось, он ещё никогда не был от меня настолько далеко, как в этот момент. Теперь мне стало абсолютно ясно, что для него значит, быть вместе со мной. Вся его жизнь закончится, если он примет сейчас неверное решение. Ему угрожала опасность попасть в Хаебрам, так же, как это было в случае с моей мамой. Когда я увидела, как он побледнел, меня осенило, что он очень хорошо это знает. Он подозревал, что этот момент настанет, и теперь я также поняла его сдержанность в последние дни.
- Адам, арестуйте Сельму Каспари! - повторила решительно профессор Эспендорм. Но Адам всё ещё не двигался. Казалось, время остановилось. Во мне что-то сломалось, осколки впились в сердце. Я думала, что оно перестанет биться, такой сильной была боль, которая охватила мою душу.
Я скользнула взглядом по моим друзьям. Лицо Лианы было белым, как мел, я увидела, как она дрожит. Лоренц держал ей, сам оцепенев от шока. Ширли смотрела на профессора Эспендорм, как будто всё ещё не могла поверить в то, что эти слова, вышедшие из её уст, были сказаны серьёзно. В последнюю очередь я посмотрела на Адама. Черты его лица, которые я так любила, были искажены бешенством и гневом. По нему было видно, что в его чувствах царит хаос. Но он ещё не сказал ни слова, которое смогло бы меня спасти.
Нужно положить этому конец. Мне нельзя приносить в жертву Адама. Он намного ценнее меня. Я потеряла уже всё, что было для меня важным: родителей, брата и сестру, бабушку, а теперь ещё и Адама. Ещё кое-что нужно сделать, прежде чем упаду с края обрыва, на котором уже давно стою. Я могу спасти его, и защитить его жизнь от Хаебрама, даже если он не сделает тоже самое для меня.
Я увидела, как он открывает рот, чтобы что-то сказать. Но ещё прежде, чем хоть одно слова покинуло его уста, я уже приняла решение.
Прежде, чем кто-либо смог сделать хоть даже шаг в мою сторону, я закрыла глаза и сосредоточилась.
Сразу же мои крылья проломили себе дорогу через ткань футболки. Я раскрыла большие, красные крылья и подняла в воздух. Не оглядываясь назад, я быстро, как могла, полетела к выходу. Я услышала переполох, который разразился, когда все поняли, что я могу летать и сбежала.
Только когда я пересекла широкие двери подземного мира и полетела наверх к свету, внезапно наступила тишина. Я стала изгоем, ни в магическом, ни в немагическом мире у меня нет места, куда я смогла бы сбежать. В первый раз в жизни я оказалась совершенно одна.
Больше не было никакой надежды.
Я чувствовала себя такой опустошённой и обессиленной, что больше всего мне хотелось сдаться. Но ещё я была недостаточно далеко от Адама. Я махала крыльями со всей силы, которую могла мобилизовать. Хотя всё во мне сопротивлялось против того, чтобы я удалялась от Адама. Я боролось с болью в мышцах и с пустотой в моём сердце.
Лётные уроки у Грегора Кёниг теперь окупились, потому что позади, я всё ещё не обнаруживала никаких преследователей. Без помех, я добралась до поверхности и вылетела из длинного туннеля вверх, прямо в свет прекрасного, невинного дня. Я знала, что нужно делать. Сначала я возьму сумку из моей комнаты, которую подготовила, а потом продолжу бегство через двери, ведущие к Вилле дель Маре. Зарегистрированные двери использовать нельзя, палата сенаторов следит за ними. Я должна добраться до хроники Акаши и получить ответы. Здесь я больше ничего не могу сделать. Всё кончено.
  
Я добралась до крыши нашей жилой башни без происшествий и остановилась.