Хроника Акаши (ЛП)

Сопровождаемая смешками, профессор Эспендорм вернулась к своему пульту и начала урок. Я коротко прислушивалась к её поющему голосу, но потом вспомнила другие слова. «Так счастлив, как ещё никогда в жизни!» Я сидела и тихо про себя улыбалась.
   
 Торнадо 
- Прошу вас дамы! - сказал Адам, когда мы на следующий день пошли обедать, а он размашистым жестом открыл дверь в южный зал. У не было блестящее настроение, как и у меня.
  
В то время, как Лиана улыбнулась, Лоренц недовольно пробурчал. Я посмотрела на Ширли и установила, что она ещё не оправилась от своего рецидива, произошедшего с ней в начале семестра. Она стала снова более незаметной, молчаливой и бледной.
- Что, собственно, это такое? - спросил Лоренц, приподняв вверх брови, в то время, как зачерпнул половником супа из супницы, которая стояла посередине стола и налил себе в тарелку.
- Понятия не имею, - сказала Лиана, ковыряясь ложкой в своей еде. - Выглядят, как бобы, но на вкус совсем другие, скорее, похожи на курицу. Вкус не плохой, - добавила она жуя.
- Это ячеечные лесные черви, - медленно сказал Адам, с любопытством смотря на Лоренца. Тот подавился, а Лиана замерла с полной ложкой, которую только что хотела засунуть в рот. - Лучшая еда для уставших магов, легко перевариваемая и, кроме того, она увеличивает магическую силу на целую четверть.
Адам ухмыльнулся. Лиана засунула ложку в рот и усердно зажевала.
- Я к этому никогда в жизни не притронусь.
Лоренц с отвращением отодвинул тарелку от себя и взял дёргающегося скрепыша из корзины с фруктами, которую только что на стол поставил фавн.
- Если бы ты бродил по пустыне Табернас две недели и жил только на хлебе из обрубочного жёлудя и воде, то суп из ячеечных лесных червей показался бы тебе как самая лучшая еда, которая была у тебя когда-либо в жизни, - сказал Адам, пренебрежительно смотря на Лоренца. - Но скорее всего такая неловкость с тобой никогда не случиться.
Лоренц обиженно поморщился.
- Послушай, ты герой. Даже если ты знаменит, хорошо выглядишь и уже многое, что пережил, это тебе на даёт право, судить других. Ты представления не имеешь обо мне и моей жизни, - гневно выпалил он.
Я удивилась тому, что Лоренц так раздражён. Обычно он встречал такие замечания с большим количеством юмора. Мне почти казалось, что обоим понравилась эта словесная перепалка. Что-то с Лоренцем не так. Я наблюдала за ним, мешая суп в тарелке, пока наконец не заставила себя попробовать ложечку. На вкус он был не плох, и так как мой желудок заурчал от голода, я быстро опустошила тарелку. Возможно он действительно поможет.
После еды мы поспешили в ветровой кабинет профессора Шёнхубер, через дверь под номером 55. Я последняя зашла в аудиторию. Обеденное солнце святило по диагонали в комнату, которая была совершенно пустой. Не было ни письменных столов, ни стульев. Над нами возвышался огромный, стеклянный купол, который увеличивал пространство комнаты вверх.
Большие окна были раскрыты на распашку, и слабый ветерок задувал весенний, свежий воздух, который теперь, в обеденное время, был нагрет солнцем. Я подошла к одному из открытых окон, глубоко вдохнула, разглядывая одинокую, горную местность, которая из-за нежных зелёных тонов многочисленных деревьев святилась, как зачарованная. Я надеялась, что во втором семестре у профессора Шёнхубер мы наконец-то перейдём к практическим занятиям.
До сих пор я слышала от неё только теорию. Я, как и другие, скрестив ноги, заинтриговано села на пол и стала ждать профессора Шёнхубер, которая вскоре зашла в помещение. В своём длинном, бежевом платье и с перчатками, которые всегда были на ней одеты, она выглядела, как реликт из 19. столетия. Какой бы интересной не была её мода, настолько же разочаровывающими были её уроки.
Целые девяносто минут она снова читала лекцию о термальных и погодных феноменах и не одного раза не произнесла заклинания или научила одному нас.
- Мы будем ещё делать что-нибудь практическое? - спросила я нетерпеливо, когда образовалась пауза между её объяснениями о высоких и низких областях давления.
- Ах, мы нетерпеливы, Сельма Каспари, тогда покажите нам, что вы можете и попробуйте сделать простое движение ветра.
Профессор Шёнхубер продемонстрировала упражнение. Одной своей рукой в перчатке она закружила воздух, и действительно, вскоре образовался небольшой смерч, который, направляемый её рукой, весело скакал по комнате. Профессор Шёнхубер в ожидание посмотрела на меня, так же, как и другие пятьдесят пар глаз. Я сделала глубокий вдох. Сейчас поможет только наступление вперёд.
Либо упражнение получится, либо я опозорюсь перед всеми, что по-видимому и замышляла профессор Шёнхубер. Я случайно встретилась взглядом с Адамом. В его глазах я увидела утвердительную искру и это послужило толчком. Не знаю, откуда, но внезапно у меня появилась уверенность, что я смогу это сделать. Я закрыла глаза и сосредоточилась. Медленно я начала крутить в воздухе рукой.
Сила моих мыслей устремилась в этот поток, и усилила лёгкое движение ветра. Я представила, как под моей рукой поднимается смерч. Казалось через мою руку течёт ток, и я почувствовала покалывание и дрожь, лёгкое дуновение разметало мои волосы. Чертовски хорошо было испытывать эту силу, мои губы растянулись в улыбке. Я всё больше углублялась в поток, текущий через меня.
Визг и дребезжание вырвали меня из транса. Я испуганно распахнула глаза. Бушуя и ревя, в течение пары секунд в комнате образовался гигантский смерч, и как раз разбил стекло огромного купала над нами. По комнате летали осколки стекла, как острые ножи. Все вцепились в подоконники и ручки окон, чтобы их не снесло, они закрыли руками лицо, чтобы защититься от дождя из осколков.
Я сразу опустила руки и попыталась отнять у заклинания энергию. Однако мой смерч был уже настолько сильным, что продолжил крутиться и без меня. Я позвала на помощь, но мои слова потерялись в оглушительном рёве. Мой взгляд блуждал, в поисках профессора Шёнхубер, которая широко распахнув глаза от испуга, стояла возле стены и выполняла сложные движения руками. Видимо она хотела подчинить себе чудовищный ветер. Не в состояние ничего сделать, я наблюдала за тем, как и ей ничего не удалось.
Внезапно мимо меня крича, пролетел Флавиус Гонден. В руке он держал сломанную ручку от окна. Его крик о помощи потряс меня до мозга костей. Чтобы удержать, я быстро ухватилась за его руку. Ноги скрепя, заскользили по паркетному полу, не находя опоры.
В конце концов они оторвались от пола, и меня затянуло в дикий водоворот.
В последний момент крепкие руки обхватили меня за талию сзади и удержали, прежде, чем я бы исчезла с Флавиусом. Я быстро обернулась и узнала Адама, который теперь вместе со мной тянул за Флавиуса, чтобы вырвать его из хватки смерча. Шум в ушах гремел, и я внезапно почувствовала колющую боль в правой руке.
В неё воткнулся длинный осколок стекла.
Посреди хаоса внезапно воцарилась тишина. Смерч исчез, и я упала назад на пол вместе с Адамом и Флавиусом. Вес Флавиуса ещё сильнее вогнал осколок в руку. Я закричала от боли.
Профессор Шёнхубер стояла посреди комнаты, раскинув руки в стороны и покончила со всей этой чертовщиной. Адам вскочил на ноги и поднял меня. С беспокойным взглядом он заметил быстро распространяющиеся, красное пятно на моей светлой футболке. Он снял рубашку и сложил, делая из неё перевязку. Потом быстрым рывком вытащил осколок из моей руки, за которым последовал тёплый поток тёмной крови. Меня затошнило при виде крови, и я отвернулась.
  
- Ты в порядке? - спросил озабоченно Адам и туго обмотал рубашкой мою руку. Я кивнула, в этот момент к нам как раз подошла профессор Шёнхубер. Она строго посмотрела на меня, но при виде количества крови, которую я между тем разбрызгала вокруг, она решила сначала спасти меня, а только потом призвать к ответу.
- Позовите целительницу! - сдавленно сказала она Адаму.