Хроника Акаши (ЛП)

Парэлсус понизил голос до ледяного шепота, ему почти удалось испугать меня. Я вырвалась из хватки этого чувства и дипломатически улыбнулась.
- Но моя мама ведь не хотела устраивать революцию, - сказала я.
- Верно, но, если бы ее требования удовлетворили, это означало бы, что плебеи и патриции уравнялись в правах, и именно это стало бы революцией. Думаешь, почему я сижу здесь в подвале, а Нёлль получил должность профессора, хотя у него интеллект на уровне аскетичной лианы.
  
Я улыбнулась при этих словах. По крайней мере, я не единственная, кому не нравится профессор Нёлль.
Парэлсус в ярости скрежетал зубами.
- Это не смешно, Сельма. Это грустно. Я плебей и должен радоваться, что получил работу в медиатеке, хотя я способен на гораздо большее. А Нёлль, этот недалекий неудачник, может изображать из себя профессора только потому, что его семья происходит из патрициев, и отец достал ему это место. Даже профессор Эспендорм не в восторге от него, но что она может сделать? Против системы не пойдешь.
Патриции занимают все важные посты, уже на протяжении тысячелетий. Они обладают властью в магическом мире и хотят сохранить ее. Демократия, в которой мы живем, не более чем кукольный театр. Успокоительное для масс. Важна только кровь, которая течет в жилах, больше ничего.
Это был скандал, когда твоя мать, дочь из старой семьи, хотела устранить собственную власть, не починилась послушно и не вышла замуж за сына из хорошей семьи. Патриции и плебеи не женятся друг на друге в Магическом Союзе. Ты не найдёшь ни одного сенатора, который осуществил бы эту церемонию. Брак в Соединённом Магическом Союзе считается нерушимым учреждением.
Гражданских браков не существует, а также разводов, брак неприкосновенен до самой смерти. Чтобы обойти эту проблему, Катерина пошла в загс немагических граждан и там вышла замуж за Тони Каспари. Это был вызов старикам. Невероятный скандал. «Хроника короны» много дней ни о чём другом не писала. Они должны были сделать её плебеем, другого способа просто на существовало. - Парэлсус сидел, погрузившись в воспоминания в своём коричневом, кожаном кресле.
- Понимаю, - сказала я задумчиво, когда молчание затянулось. - Если я сейчас попытаюсь изменить это правило, то можно сказать испорчу властям всю кашу.
- Именно, а они не хотят, чтобы им испортили их кашу. Но теперь ты плебей. На тебя в любом случае больше никто не обращает внимания. Твой голос в этом обществе не имеет никакого веса. Ни одна газета не напечатает то, что ты скажешь, а те, кто у власти не будут тебя слушать. У твоей матери, когда она начинала, было, по сравнению с тобой, преимущество.
- Почему тогда мне вообще позволили учиться? - удивленно спросила я.
- Властям нужна рабочая сила. Это всегда пожалуйста. Но тебе нельзя выбирать примуса и сенаторов. Выборы - это привилегия патрициев, чтобы обеспечить себе власть.
- Почему все содействуют этому?
Я начала понимать злость Парэлсуса.
- По привычке! - вздохнул он. - Кроме того, патриции заботятся о том, чтобы всем было хорошо.
Плебеи получают хорошую зарплату и имеют свободный доступ к соревнованиям драконов, а это поистине народный спорт. Пока все довольны, никто не протестует. Все настолько привыкли к несправедливости, что даже не замечают ее.
- Я заметила, и хочу изменить это, - решительно сказала я.
- Не то чтобы я против, но почему ты этого хочешь? Это борьба со стоголовым драконом, никаких перспектив.
Парэлсус откинулся назад и скрестил руки на своем худом теле. Я не знала, могу ли полностью доверять ему, чтобы рассказать о причине моей решительности. С другой стороны, он мог бы стать хорошей поддержкой, а помогать он мне будет только в том случае, если будет уверен, что я серьезно собираюсь достичь поставленной цели. Я решила открыть часть правды.
- Я хочу выяснить все насчёт исчезновения моих родителей и довести идеи Катерины до конца. Не хочу, чтобы её смерть была напрасной.
То, что я тем самым легализую свои отношения с Адамом, я пока оставила при себе.
- Хочешь найти убийцу матери? - крикнул Парэлсус. Испугавшись такой неожиданной реакции, я отпрянула назад. - Думаешь это так просто? Тогда можешь сразу спросить Сибилл.
Он рассерженно уставился на меня.
- Как ты думаешь, чем я занимался все последние годы?
- Вы пытались найти убийцу мамы? - прошептала я. Вдруг я почувствовала некую связь с Парэлсусом. На этом свете был еще кто-то, кому была не безразлична судьба моей матери, и кто прилагал усилия, чтобы раскрыть тайну ее исчезновения.
- Конечно! - выкрикнул Парэлсус.
- Может, найдем его вместе. У меня есть время.
Я смотрела на него твердо и спокойно.
- Ммм! - он угрюмо посмотрел на меня. - Я подумаю над этим.
- Расскажите мне больше о маме! - попросила я. - Что она предпринимала, чтобы изменить это правило?
- Я расскажу тебе всё, что знаю, но не сейчас и не сегодня. Следующая лекция начинается через несколько минут, и никому не нужно знать, что мы копаемся в прошлом.
- Даже моим братьям по оружию?
- У тебя есть братья по оружию? - Пaрэлсус нахмурился. Я кивнула. - Будь осторожна, кому доверяешь! Приходи в следующую среду в восемь часов сюда, тогда я расскажу всё, что знаю, а теперь иди! - Парэлсус быстро встал и вытолкал меня из комнаты, прежде чем я смогла что-то возразить.
Медленно и погрузившись в мысли, я вышла из пустой медиатеки. Моя мать была права, Парэлсус много чего знал, точно намного больше, чем рассказал мне. Я хотела знать, что он выяснил во время своего расследования. Действительно ли существовал шанс, что мои родители ещё живы? Эта мысль совсем сбила меня с толку. Как в трансе я поднималась по множеству ступенек наверх.
Огромный холл был пустым. Я опаздывала, но это того стоило. Я узнала столько много вещей, как уже давно не доводилось. Окрылённая и взволнованная, я вытащила удостоверение и прошла через дверь номер 334. А когда в миниатюрном амфитеатре под безоблачным небом опустилась на сиденье между Лоренцом и Лианой, лекция о магической теории уже началась.
С удивлением я поняла, что профессор присутствовала сегодня лично, до сих пор лекции читал один из её ассистентов. Тишина, давящая на комнату, показалась мне странной. Когда я посмотрела вперёд, мне стала ясна причина. Перед нами стояла сногсшибательно-прекрасная женщина, которая как раз свободным движением писала своё имя на каменной стене.
- Профессор Дарья Хенгстенберг, - прочитала я.
- Ну и как? - нетерпеливо прошептал Лоренц, в то время как профессор Хенгстенберг записывала на доске, где мы можем найти документацию к её лекциям в МУП. - Нашла ответы на свои вопросы?
- Ещё как, - прошептала я в ответ. - Парэлсус тоже уверен в том, что исчезновение моих родителей не было несчастным случаем. Он сказал, что останки самолёта никогда не были найдены. Может быть мои родители ещё живы.
- Он так сказал? - Лоренц оценивающе смотрел на меня.
- Нет, - призналась я. - Но это ведь возможно.
- Не увлекайся сильно этой идеей! - попросил он серьёзно, и я кивнула. То, что шанс был минимальным, увидеть моих родителей живыми, я и сама знала.
- Что ещё? - выспрашивал он дальше. Лиана укоризненно посмотрела на нас.
- Он хочет рассказать мне о борьбе мамы, - прошептала я.
- Какой борьбе? - Лоренц смотрел на меня, распахнув глаза.
- Моя мама хотела добиться разрешение отношений между плебеями и патрициями, - прошептала я.
- Этого я не знал. - Лоренц задумчиво свернул губы в трубочку.
- Не хочу, чтобы её смерть была напрасной, поэтому продолжу её борьбу, - ответила я.
  
- Ничего себе, ты что своего рода Жанна д’Арк что ли? - Лоренц смотрел на меня с восхищением.
- Не преувеличивай, кроме того, я не собираюсь преждевременно умирать, - успокоила я его. О, как же он ошибается, я делала это только для себя, для моего собственного счастья с Адамом, сидящего далеко от меня и равнодушно смотрящего вперёд, как будто меня вовсе не существовало в этом мире. Прежде чем я смогла ещё больше развеять иллюзии Лоренца о моём героизме, профессор Хенгстенберг элегантно повернулась к нам на своих длинных ногах, её длинные до бёдер, каштановые волосы мягко взметнулись вокруг стройного стана.