Смерть может танцевать 2 (СИ)

— Так много свободного жилья?
— Достаточно, — кивнул связной, — многие сюда приезжают в поисках заработка, но это получается далеко не у всех и не сразу. А такие дома сто́ят недёшево, вот и стоя́т они, ждут своего хозяина. Если брать комнаты подешевле, то там, скорее всего, ничего отыскать не получится.
— Может, портовый квартал? — поинтересовался я. — Мне вполне подойдёт, да и вид там красивый. Не готов я пока жить среди господ.
— Ну, там есть несколько вариантов, — задумался Мыш, — правда, они будут несколько дороже. Сами понимаете, вид и всё такое, плюс шаговая доступность к порту. Многие торговцы скупают там дома.
— Мне хватит денег? — в очередной раз уточнил я.
— Да, подъёмные у Лис приличные, — кивнул тот. — Мы с братом, на свои выкупили квартиру полностью.
— А где вы живёте?
— Теперь я живу один, — ответил он. — Брат исчез около месяца назад, его все считают мёртвым, да и я, в общем, тоже. А квартира у меня в обычном городском квартале, там же, где и у большинства жителей города.
— Так может быть, мне лучше тоже там себе место поискать? — ухватился я.
— Боюсь, это невозможно, господин, — улыбнулся Мыш, — Я уже говорил вам, что такие комнаты все давно заняты. Да и указание было совсем иное.
— Ладно, тогда пошли в портовый, — отмахнулся я, хотя предпочёл бы жить среди обычных людей.
Дом снова оказался слишком большой для меня одного, но другие были ещё больше. Связной быстро сбегал в управление, оставив меня у порога, и притащил с собой какого-то человека, который оказался нотариусом. Он быстро что-то посчитал, назвал сумму, которую тут же вручил ему Мыш. Затем раскрыл папку, извлёк уже заготовленный заранее договор и записал меня, как арендатора. Причём, обычное имя Влад его вполне устроило: ни документов, ни каких-либо других уточняющих вопросов он не задавал.
Я взял типовой бланк договора, проверил всё, что он там нацарапал тонким пером и поставил подпись. После чего получил ключи и указание: «Не забывать вносить плату каждую четверть лета».
Мыш отдал мне кошель и распрощался, на этом его работа закончилась, но только та, что касалась меня.
Я бродил по комнатам и совершенно не понимал, что делать дальше. Как обживаться, чем себя занять, с чего вообще начинать? Сейчас, я как никогда поминал нехорошими словами Молота, который однажды рассказывал мне о своём видении свободы и оказался чертовски прав.
Всё то время, что я принадлежал Дарию, моя жизнь была понятна. Я просыпался, завтракал, тренировался, обедал, ужинал, бился на арене и не думал о том, чем буду заниматься завтра. А что сейчас? Да, вот она, свобода, а что с ней делать дальше? Благо мне хоть жильё и денег дали.
Я вернулся к парадному входу и вытряхнул содержимое кожаного мешочка. На тумбу упало три десятка золотых монет, около семи десятков серебряных и несколько чешуек меди.
Много это, или мало? За дом в два этажа, с тремя спальнями, туалетом, ванной, столовой, кухней, подвалом и несколькими комнатами для прислуги, я отдал двадцать серебряников. Плата вносилась за целую четверть. Впрочем, семь десятков серебра являлись сдачей с золотой монеты.
Я сгрёб содержимое обратно в кошель, поднялся в одну из спален на втором этаже, затем осмотрел две другие и, махнув рукой, с зажатым в ней кошелём, занял первую от входа. Её окна выходили на реку, и вид был действительно красивым. Открыв ящик в прикроватной тумбочке, я ссыпал в него все монеты, затем отсчитал десяток серебром, все медные чешуйки и один золотой, положил всё это в кошель и отправился на улицу.
До рынка я добрался быстро, дом от центра был пятнадцатым по счёту.
Почти у самого края я остановился в нерешительности. А мне точно нужен раб или рабыня? Хотя с другой стороны, пусть лучше этот человек будет жить у меня, чем попадёт к какому-нибудь уроду.
Махнув на все предрассудки, я пошёл вдоль сцепленных между собой людей. Ощущения не самые приятные, тем более, что ещё утром я сам носил ошейник, а сейчас вот собираюсь купить человека, как какую-то вещь. Но так я буду чувствовать себя уютней в этом огромном доме, где от моих шагов гуляет эхо под потолком.
 
Взгляд задержался на девушке. Красивая, молодая, примерно моего возраста. Нет, я же не жену себе выбираю. Иду дальше, бегло осматривая полуголых людей, как вдруг что-то привлекло моё внимание.
Остановился, попытался вернуться и вдруг понял: женщина, почти старуха — вот кажется то, что мне нужно. Я подошёл ближе и всмотрелся в её глаза.
Взгляд строгий, но не так, чтобы сильно, возможно, она работала управляющей, типа Скама. Она вроде и смотрит на меня, но как-то мимо, значит, в рабстве не так уж и мало, знает порядки и не мешает себя оценивать. Я взял её за руки и посмотрел на ладони. Грубые, с хорошими мозолями, работящие.
— Господин интересуется? — тут же подсуетился продавец живого товара. В этот момент я вспомнил себя, вот так же стоящего в сцепке с другими рабами, в то время пока Дарий осматривал меня и торговался с продавцом. Как его там звали? Грэм? Теперь я делаю то же самое — по спине пополз неприятный холод.
— Сколько? — сухо спросил я.
— Прекрасный выбор, господин, — забегал глазами он, — Она была в трёх очень знатных семьях и все дети, которых она воспитывала, выросли очень хорошими людьми.
— Сколько? — повторил я свой вопрос.
— Ну, если учитывать специфику товара, её образованность и грамотность, — продавец опять пустился в перечисление достоинств рабыни, — то думаю, не меньше десяти серебром.
— Даю пять, — холодным голосом ответил я.
— Господин, видимо, не понимает всю ценность этой рабыни, — хотел снова запустить рекламу тот.
— Четыре, — снизил цену ещё на один серебряный.
— По рукам, — тут же плюнул он и быстро отстегнул ошейник, чтобы нацепить новый.
Я отсчитал четыре монеты и поманил женщину за собой. Шли молча, пока не покинули рынок, на котором уже скопилось достаточно много народа. Судя по всему, бой на арене уже закончился.
— Как твоё имя? — спросил я женщину.
— Мира, — тут же произнесла она.
Я кивнул и продолжил идти в сторону дома. Когда мы вошли внутрь, я продолжил разговор.
— Живу здесь, въехал только сегодня, — пояснил покорно стоящей в дверях Мире. — Ты будешь заниматься домом и всеми моими текущими делами. Я так понимаю, писать и читать ты умеешь?
— Да, господин, — ответила она, продолжая смотреть мимо.
— Ты можешь смотреть мне в глаза, — позволил я.
— Слушаюсь, господин, — перевела она свой взгляд, но всё равно смотрела как бы сквозь меня.
— Ладно, — отмахнулся я, — привыкнешь ещё. Осмотри дом, реши, чего и сколько нужно купить, затем составь список и передай его мне. Если нужны ещё рабы, то тоже внеси их в перечень. В общем, всё, что необходимо: продукты, бытовые вещи и так далее. Ты поняла?
— Да, господин, — кивнула Мира. — Для начала, мне нужна бумага и чем писа́ть.
— Точно, — засмеялся я, — а у меня этого нет.
— Если вы позволите, могу сделать первые необходимые покупки самостоятельно, — сказала Мира.
— Да, пожалуй, — задумался я. — Сколько денег тебе для этого нужно?
— Думаю, серебряного будет достаточно на покупку вещей первой необходимости, — ответила она, — скорее всего, даже сдача останется.
Я тут же вытряхнул на культю несколько монет из кошеля, подхватил серебряную чешуйку и отдал ей.
— Благодарю, господин, — поклонилась она и приняла монету, — список я подготовлю к вечеру.
— Хорошо, Мира, — кивнул я и вздрогнул от стука в дверь.
Мира молча повернулась и пошла открывать, причём сделал это так естественно, что я невольно поразился. Всего четыре монеты серебром за жизнь человека. Да уж, подъёмные у Лис действительно солидные.
 
— Я смотрю, вы прислушались к моему совету, — усмехнулся Мыш, пройдя мимо Миры. — Тут все ваши вещи, — он протянул мне протез и три насадки, завёрнутые в ветошь.
— Я так полагаю, что Безликий проиграл схватку? — спросил я, зная ответ заранее.