Невест так много. Дилогия (СИ)

— Да, — скрипнула зубами госпожа Каламбель.
— Я, вместо того чтобы исполнять свои прямые обязанности ассистента и заниматься бумагами, деловой перепиской и прочими поручениями своего начальника, трачу время на то, чтобы следить за конкурсом невест. Нелепым и странным. Можно подумать, ваши подопечные настолько некондиционный товар, что им необходимо проходить отбор у маркиза. Шли бы тогда к принцу, он всё же будущий король. Но нет, вы здесь, и мы все мучаемся и страдаем. Так?
— Да. Но как вы смеете сравнивать наших подопечных с товаром?! Да еще с некондиционным?! Какая-то жалкая нищая дворяночка, зарабатывающая себе на жизнь ассистентом… Милочка, вы…
— Я вам не «милочка», госпожа Каламбель, — перебила я ее похолодевшим голосом. — Я — леди Эрика ди Элдре, прямой потомок древнейшего аристократического рода. Многочисленные поколения моих предков верой и правдой служили короне долгие века и гордо несли свое звание и титул. А девиз на нашем гербе гласит: «Честь и верность». И мы верно охраняли земли королевства, поскольку наш замок стоял в Приграничье.
Я встала из-за стола. Следом за мной вскочил Лекс и поспешил подойти и занять место рядом. А маркиз, помедлив мгновение, с громким стуком опустил чашку, которая, жалобно тренькнув, развалилась на три больших осколка.
Поднимался его сиятельство медленно. И было что-то мрачное в том, как потяжелел воздух в столовой, как стало вдруг зябко.
— Никто, никогда и ни при каких обстоятельствах не смеет оскорблять меня и моих близких, — тихо и проникновенно произнес до того развлекавшийся лорд Риккардо. — И не вам, госпожа Неизвестно-кто-такая, пренебрежительно отзываться о моем ассистенте. Если уж на то пошло, то ее род еще более родовитый и древний, чем мой. И уж конечно, чем род любого из присутствующих здесь. Леди Диана, вам следует внимательнее относиться к выбору компаньонок. Эту особу я не намерен терпеть в своем доме более ни минуты.
— Маркиз, но… — растерялась девушка. — Простите ее… Мы… Я…
— Леди Диана, я всё сказал. Вы, если пожелаете, можете оставаться и гостить далее. Вам я не отказываю от дома. Но чтобы этой… госпожи и близко тут не было. Даю время на то, чтобы быстро собрала вещи, и пусть покидает мою виллу.
— Да как вы смеете?! — вскочила госпожа Каламбель. — Хорошо, я готова согласиться, что ваша фаворитка из родовитой семьи, хоть и нищей. Но…
— Вон! — настолько низко, что мне сначала показалось, что я ослышалась, рыкнул Риккардо.
А в следующий миг компаньонку леди Дианы подхватил темный вихрь, закружил, вынес прочь из столовой. Она верещала, вращаясь вокруг себя, завернутая, словно коконом, магическим потоком. Все женщины вскочили и бросились следом. А госпожа Каламбель повторила невероятный полет из дома на улицу. Вместе со входной дверью.
— Опять работа столяру, — меланхолично произнес за моей спиной голос Марио.
— Да-а-а, — протянула Летиция. — Вот уж довели они нашего маркиза. Отродясь такого не было. Обычно тихонечко уезжал и не появлялся, пока гостям не надоедало его ждать. Зря он взял отпуск в этот раз. А всё ее величество со своим сватовством…
Я повернулась и посмотрела на них.
— Ох ты ж боги всемогущие! — отшатнулась от меня горничная, делая обережный знак. — Леди, а что это у вас с глазами?
Я опустила ресницы, подождала минуту на всякий случай, чтобы не показывать эмоции, и снова взглянула на слуг, но уже с улыбкой.
— А что вы говорили про отпуск? Я не расслышала.
— Ах, так это… Ну все же знают, что маркиз наш вынужден на время отойти от дел в этот раз. Королева ж приказала, и вот.
Маркиз стоял в холле и вид имел крайне мрачный. Смотрел он при этом почему-то на меня. Помедлив, он отвел от меня глаза, поискал притихшую расстроенную леди Диану и громко обратился к ней:
— Вы остаетесь? Слугам приказать вынести вон отсюда только вещи вашей дурно воспитанной компаньонки?
— Я… Мне…
— Не мямлите! — не выдержав, повысил голос лорд.
— Я уеду с ней. Неприлично оставаться в доме холостого мужчины юной девушке без сопровождения.
 
— Слава богам, хоть у кого-то сохранилось здравомыслие. Счастливой дороги домой, леди Диана. И ради всех богов, найдите уже себе супруга без моего участия. Я! Не! Хочу! Жениться!
Он обвел взглядом всех дам, досталось и мне. И от ментальной тяжести силы дара маркиза хотелось пригнуться и спрятаться.
— Злится, — шепнул, приобняв меня за плечи, Лекс. Он как вышел вместе со мной из столовой, так и стоял молчком рядышком всё это время. — Правильно делает. Еще не хватало, чтобы всякие грымзы оскорбляли тебя. Ты наша и неприкосновенна ни словом, ни делом. Пойдем?
— Куда? — не стала я делать попыток выпутаться из-под его руки.
— Не знаю. Просто пойдем. Посидим где-нибудь. Всё равно эти… после злости отца не сразу отойдут. Он сорвался, видишь, силу не сдержал. Сейчас леди начнут плакать, истерить… Требовать пирожных. Надо сказать Жоржетте морковки им почистить, что ли.
Я со скепсисом взглянула на придавленных негативным настроением хозяина виллы дам. Плакать? Всего лишь из-за того, что при них кого-то строго отчитали и отругали? Серьезно?
Но тут леди Клара всхлипнула, а у леди Габриэллы по щеке потекла слезинка. Шмыгнула носом леди Офелия. К ней присоединился кто-то еще…
— М-да. Марио, будьте добры, передайте Жоржетте, чтобы она их приготовила фруктов и моркови. Пусть грызут.
И в этот момент громко и протяжно завыл и заухал Кассель. Не знаю, где он пропадает последнее время. Но его почти не видно и не слышно. И сейчас вот пропустил всё представление.
— Эрика, вы всё развлекаетесь? — выплыл он из стены рядом. — Это самый странный и бестолковый отбор невест из всех, какие я видел. Ни одного нормального конкурса, но при этом число невест стремительно сокращается по разным причинам.
— Кхм, — кашлянула я.
— Кстати, дорогая, а ведь по итогам конкурса стирки и чистки обуви так никто и не отсеялся. Может, еще парочку под шумок удалить? Сегодня такое чудесное утро, невесты так и выбывают, так и выбывают…
Вздохнула я, полюбовалась плачущими девушками, махнула рукой и пошла на кухню. Я тоже есть хочу, между прочим. А отбор и правда глупый получается и странный. Не быть мне профессиональной смотрительницей конкурсов и свахой. Ох не быть…
— Хорошее утро, — сообщил мне спустя десять минут лорд Риккардо, отыскав в уголке на кухне.
Я ела яблоко, отрезая от него ножом ломтики, а Жоржетта рассказывала мне, как шалил в детстве Лексинталь.
— Чем оно хорошее, если всю колбасу кто-то съел? — с намеком спросила я.
Сиятельный обжора на мгновение смутился, утащил у меня отрезанный ломтик яблока и с хрустом его сжевал.
— Эрика, вы просто чудо. За одно лишь сегодняшнее утро вашими стараниями поголовье кур уменьшилось на три головы. У нас выбыли леди: Беатрис, Милардис и Диана. Ну и их сопровождающие, конечно.
— Да, неплохо, — отрезав себе еще кусочек, я быстро положила его в рот, а то маркиз и за ним уже руку протянул.
— Жадина! — сообщил он мне и отобрал яблоко совсем. Вместе с ножом. — Вы непревзойденно доводите людей. Где научились?
— В приюте, само собой, — хмуро ответила я, глядя, как наглое сиятельство доедает мой фрукт.
Жоржетта хмыкнула, подошла тихонечко и вручила мне другое яблочко. Краснобокое и румяное. И ножик.
— Ой! Яблочки! — ворвался в кухню светловолосый ураган. — Эрика, можно? — и отобрал мое яблоко.
Мрачно раздувая ноздри, я гипнотизировала взглядом двух аристократических прожорливостей.
— Ну не жадничай! — правильно понял меня мальчишка. — Я тебе в саду новое выращу, хочешь?
 
Его отец издал смешок, подтащил ногой табурет и сел рядом со мной.
— Привыкайте, Эрика. Вы теперь с нами заодно.
— Кушайте, леди Эрика, — с улыбкой вручила мне Жоржетта третье яблоко. И нож.
— Эрика, поедешь со мной в деревню? Я тебе округу покажу, — позвал Лексинталь.
— Поеду. А зачем?
Он воровато оглянулся и прошептал, перегнувшись через стол: