Хранитель ключей (СИ)
Глава 5. «Шанс на новую жизнь. Часть первая»
Темнота повсюду.
От кончиков пальцев до самых потаённых глубин души.
Всё немеет. Хрустит снег, сжимаемый в кулаке, а в нём умещается резной ключ. Успокоение. Сила. Власть. Возможность. Существует только миг для осознания, для прозрения и возможности увидеть свет в ночи, в ослепляющих сознание звёздах и одинокой парящей Луне.
***
«Темнота уничтожает душу.
Ещё больше ненависти в свете.
Не хочу помнить, слышать, знать,
ведь вижу фары, омытые в кровавом цвете…»
***
— Они настоящие отморозки. Один уже успел отсидеть за кражу и разбой, — говорил уже всем знакомый следователь, передовая дела прокурору. Тот хмурился, смотрел на снимки и ужасался от зрелища, запечатлённого на них.
— Девчонка явно не могла сделать это с ними. К этому моменту её уже избили так, что с того света пришлось доставать. А, и откуда у неё столько денег? Она же сирота несовершеннолетняя.
— Она уже неплохо программирует. Слышал, девка давала администрации деньги, чтобы её никто не доставал, даже оплачивала комнату, в которой работала. Понятно, почему произошёл конфликт. У многих зависть — истинный мотив преступлений.
— Согласен. Меня больше интересует то, что произошло дальше. Посмотри на фото, — прокурор показал на снимок, где была изображена общая картина. — Видишь следы? Это всё следы детей, вот девчонки, а это… Аж до земли. И эти следы никуда не ведут. Кто-то потоптался и исчез.
— Мутное дело, — кивнул следователь и также это отметил. — Даже жаль девчонку. Она и так немало вытерпела, а теперь нападение.
— Характер у неё что надо, не пропадёт. Уже штудирует уголовный кодекс, — усмехнулся прокурор и закурил.
***
Алёна Викторовна хохотала про себя, злилась и думала, что уже всё, пора в жёлтый дом, но любопытство с нуждой отвергли в ней сомнения и притащили, несмотря на протесты здравого смысла, к офису Анастасии, из рук которой вышло много рекламных роликов, даже монтаж короткометражек, сайты и прочее… прочее. Талантливой была эта девица, известная в особых кругах и дорогая. Заветный шанс, новое течение, в которое хотя бы стоит попасть.
Последние несколько недель она вспомнила студенческие годы. Стала повторять язык, осваивать управление компьютера, поиск, даже узнала, что такое даркнет. С таким человеком, как Анастасия, сложно работать. За словом в карман не станет лезть. Она — идеалистка, пьющая в основном кофе, занимающаяся творчеством за закрытыми дверями и носящая однотонные вещи без надписей и украшений, по которым сохнет современная молодёжь.
Анастасия выходила из дорогой на вид машины с несколькими тяжёлыми сумками с эмблемами гипермаркета. Она кивнула водителю, закрыла дверцу и безмолвного зашагала в убежище, у дверей которого топталась Алёна. То подняла голову и тут же подбежала к будущей работодательнице, предложила помощь. Отвергать её девушка не стала.
— Если меня возьмёшь…те, не пожалеете, — заговорила Алёна, быстро, слишком быстро и много, чем вызвала лишь раздражение у старшеклассницы.
— Первое правило — говорить по делу, — сказала Анастасия, вновь встряхивая женщину словами.
И снова Алёна оказалась в офисе.
Анастасия приказала сесть, затем поставила чай и принялась разбирать покупки: продукты, стиральные порошки, средства гигиены, новые книги и кабели, а также целый пакет одинаковых пар чёрных носков. Женщина улыбалась. Даже представить не могла, что такой человек живёт в Хабаровске, работает и существует в этом помещении, совсем один. На удивлении, при свете яркого зимнего солнца, в чёрном свитере, обнимающим худое, но довольно подтянутое гармоничное тело, Анастасия выглядела умиротворённо. Её движения были как всегда методичны, лишённые всяких глупостей и сомнений. Всё было создано для быстроты процесса жизнедеятельности. Её еда частенько состояла из продуктов, что можно было разогреть и съесть. Сама редко готовила. Не хотела забивать этим голову, а потому техника редко использовалась. Всё было разложено по полочкам. По цветам, ширине и высоте. И всё за дверцами шкафов выглядело как аудиодорожка, плавная, непохожая ни на одну другую.
Эти пятнадцать минут жизни приоткрыли завесы её обыкновенной жизни, о которой только могла мечтать Алёна.
— Даже не знаю, могу ли тебе доверять, — Анастасия говорила без формальностей. Каждая фраза — экзамен. Женщина с трудом скрывала волнение. Тёрла лоб, шею, протирала места между пальцев.
— Попробуй…те, — женщина продолжала сомневаться, как обращаться к не по годам успешной девушке, занимающейся бизнесом. Это несоответствие образа и реальности с самого начала запутывало Алёну. Она хотела обращаться с ней на «ты», но понимала, что так обращаются с подругами или равными, но «Вы»… Той, которой не исполнилось даже восемнадцати, той, что глядит на всё оценивающим взглядом, усмехающейся на глупости и ошибки остальных, вздыхающей на трусости и идиотские заминки в речи, на путаницы, только на «Вы». Чтобы ты ни сделал, как бы ты ни вылез из свой раковины, она взглянет на тебя сверху-вниз, и ты снова окажешься на самом дне пропасти.
Бешеная уверенность и понимание своей правоты, перегибание этой уверенностью и надменностью палки смущало — всё это заставляло чисто на интуитивном уровне недолюбливать Анастасию. Алёна не знала, как она общалась с заказчиками, может, даже с усилием, сходя со своего трона. Или даже сейчас.
Трудности при работе с ней были обеспечены.
— Не сомневаюсь, но я тебе не верю. Ты подвержена честолюбию. И хватит ли тебе духа предать?
— О чём ты… Вы? — скребла ногтями по подушечкам пальцев, смотря в слишком уверенное и холодное лицо. Попытайся даже умереть перед девушкой — ничего не изменится. Она продолжит сидеть на своём троне и даже бровью не поведёт.
— Ты даже не знаешь, какая тебе нужна работа. Ты хочешь, чтобы я тебя наняла, но на какую должность?
— Помощника, ассистента, бухгалтера, — женщина положила на стол резюме и книжку, но на это добро Анастасия даже не взглянула.
— Ты вымираешь. Я сама себе бухгалтер. Помощник? Кофе и я могу сварить, — она всё шире и безжалостней усмехалась с каждым натянутым предложением. — Тебе интересен космос?
— Фантастика? Интересный жанр.
— Нет-нет, — помотала головой Анастасия. Алёна потребовала пояснения на непонятный, скорее неожиданный вопрос. — Большой космос. Вселенная. То, в чём застряла наша планетка, — её руки размахнулись для наглядного показания масштаба вопроса. — Мироздание.
— Только в детстве. А вообще мечтала стать стюардессой, — хохотнула женщина, на миг представив астероиды, планеты, хронику с Гагариным.
— Плохо дело.
— Я заинтересуюсь! Обещаю! — воскликнула на эмоциях Алёна, чувствуя, как сгорает от стыда и напряжения. Абсолютно бесполезная. Пройдена половина жизни, а она до сих пор мечется, страдает, рвёт на себе волосы и пытается выжить.
— Не перегори.
— Не перегорю.
— Как с английским?
— Неплохо. Учила.
— Ясно всё с тобой. Значит так, у меня есть причина, по которой могу тебя нанять, однако ты должна сидеть тихо, выполнять инструкции, вопросы задавать письменно и группой, а не по отдельности, что я ненавижу. Буду платить достойно, будь верной. Если с кем-то заговоришь о том, что узнала, узнаешь и будешь знать, ты лишишься всего. У меня в рукаве не только связи, но и большие возможности, — и девушка указала взором на ноутбук. Алёна сглотнула.
— Что мне нужно делать?
— Ближайший год не буду учиться. Я сейчас в выпускном классе, однако у меня есть дела, которые необходимо решить за это время.
— Ты ещё учишься? — с ещё большим удивлением спросила Алёна, чуть ли ни подпрыгнув. — Но как?
— У тебя есть три месяца, чтобы английский отскакивал от зубов вместе с французским. Мне нужен переводчик. Также нужен человек, чтобы всё время анализировал новости всех стран, связанные с космосом, всякими событиями на Земле, неизвестно как происходящие, а также феномены.