Кто ты, Такидзиро Решетников Том 7 (СИ)

— Отстрелить кисть настолько несложно? Простите, что переспрашиваю, хочу убедиться, что всё понял верно. — Оябун почему-то зациклился на одной из деталей.
— С гарантией, — подтвердил Решетников. — Если нужный боеприпас знаю даже я, от темы достаточно далёкий — то и профильный полицейский специалист, гасящий из противоснайперской винтовки свечки за несколько километров в тайфун первым выстрелом, явно сумел бы не хуже. По крайней мере, обязан уметь, с поправкой на его немаленькую зарплату из карманов налогоплательщиков.
  
— Почему в тайфун? — машинально поинтересовалась Моэко.
— Потому что поправка на ветер не рассчитывается, — заржал Такидзиро.
— … каковы шансы, что боец вашего уровня зубами с чекой гранаты управится? — не унимался оябун. — Одной кисти нет, травматическая ампутация — но вы сами сказали, шансы же есть?
— Ноль даже в этом случае. Я бы, будучи на месте полицейского стрелка, вернулся к условиям задачи. Это если наш фигурант такой отчаянный токкотай, как случилось. Нам же нужно удержать его от подрыва, пока к нему бегут другие, чтобы сбить с ног и прижать к земле?
— Пожалуй.
— Ну, если тип с отстреленной левой кистью целеустремлённо потянулся бы у меня в секторе к чеке зубами, я бы, конечно, выругался. И рассердился. Но на итоговый результат это не повлияло бы никак: перенести прицел и отработать вторую руку, которая держит гранату — обстановка позволяла.
— Пха-ха-ха, — Хину в этом месте развеселилась.
— Аппетитно, — пробормотала Моэко, выпукло представив себе детали.
— А если сразу стрелять по руке с взрывчаткой? — Миёси-старший скрупулёзно выяснял какие-то лишь ему понятные нюансы.
— Да то же самое, по большому счёту.
— Если на землю падает отстреленная кисть с гранатой? Допустим, на месте задерживаемого лично вы? Довести дело до конца нужно любой ценой? Тогда что?
— Сливай воду, без вариантов. Я, конечно, могу допустить, что замотивированный по верхней планке специалист и в этом случае не оплошает. Например, быстро сориентируется, подхватит оброненный объект уцелевшей конечностью и уйдёт в перекат — не прерывая движения и уходя с линии прицеливания стрелка. Либо присядет для этого же — выдирая-таки чеку зубами. — Такидзиро весело заулыбался. — Но исходя из моих личных знакомств в соответствующих подразделениях МО, по статистике вероятность напороться на такого джентльмена — меньше процента. Времена вашего уважаемого деда, Миёси Ямакадзе, всё же давно позади.
— Один человек из сотни сообразит, остальные нет? Растеряются?
— Да. Как ни крути, болевой шок, обильное кровотечение, ещё и ампутация. Тут уже чисто рептилоидный мозг включается: каскадный выброс норадреналина в кровь, кортизола, далее по списку. Оно всё лавинообразно гасит точность высших слоёв мышления, потому что пилот сознания вырубается автопилотом подсознания, минимум на несколько мгновений. Физиология человека, есть такой предмет, Моэко-тян тоже наверняка изучала.
— А группа захвата в это время зубами щёлкать не должна, — пробормотал оябун самому себе. — Уж резко ставшего одноруким теми же сетками обстрелять с десятка метров — и привет. Мы с полицейскими сетками регулярно сталкиваемся…
— Как вариант, — согласился Решетников. — Я не могу утверждать, конечно, что в МО знаю всех. Чтоб сказать мягко.
— Но?
— Но список людей, с готовностью подрывающих себя гранатой в центре родной Столицы любой ценой — всё же очень конечная величина. Как и перечень подразделений, в которых таких людей готовят — их, с учётом нашего событийного контекста, можно пересчитать по пальцам. Установить этого погибшего — вопрос нескольких часов, как по мне. Если работать добросовестно. Даром что он лицо и пальцы для идентификации сделал непригодными.
— Какой занятный эвфемизм, — ухмыльнулась пловчиха.
— В Министерстве Обороны его завтра объявят умершим по естественным причинам, — Такидзиро глянул на настенные часы. — Уже сегодня.
— Список подразделений набросаете? — хмуро попросил оябун.
— Уже, — Решетников параллельно выбивал сложные дроби по экрану своего смартфона. — Отправляю тебе, кого знаю, — он на мгновение повернулся к Моэко.
— Отец, список у тебя, — она тут же переслала дальше.
— Если руководители означенных подразделений откажутся сотрудничать с полицейским следствием, значит, мы тоже будем знать что делать, — ровно констатировал Миёси-старший. — Благодарю вас за помощь, Решетников-сан!
Моэко, чуть поколебавшись, всё же сказала:
— У тебя была особенная физиономия в самом начале, когда говорил, что распоряжение министра саботировали его собственное подчинённые. Что-то ещё хотел добавить?
— Понятия не имею, как выглядит работа группы захвата у нашей полиции — я не в курсе ни программ подготовки, ни штатного расписания. Однако я отлично знаю нормативы их коллег из Китайской Народной Республики и Корейской, которая Народно-Демократическая. Неужели наши хуже?
— Китайцы ладно, понятно. А северные корейцы, там что?
— Забейте в поиск: Герой Корейского Народа, имя — Яков Тихонович Новиченко. Рассказывать дольше. Приём известен, учтён в хрестоматиях, давным-давно канонизирован и взят на вооружение ещё в прошлом веке, причём в более широком масштабе, чем в Поднебесной. По ряду внутренних субъективных причин.
— Записал. Гляну.
— Ответственный за задержание там точно бы ушами не хлопал, — продолжил Такидзиро. — В Пекине и Пхеньяне у нашего деятеля подорвать себя не вышло бы по чисто техническим причинам — возникни такая заруба у них. Доказывать не буду, но я знаю, о чём говорю. Поверьте на слово либо спросите знакомых ханьских специалистов, если они у вас есть.
— Благодарю.
В этом месте Моэко поняла, что одному своему очень интересному китайскому товарищу родитель позвонит буквально в течение следующей четверти часа, плевать на время суток. Только скорее всего поднимется на второй этаж — чтоб разговаривать без свидетелей.
— Уровень отдельного взятого нашего специалиста китайскому коллеге не уступает, я уверен, — вздохнул Решетников. — Не должен уступать по определению. Если у ответственного за захват (назовём его условно командиром операции) на нужной позиции в ответственный момент отсутствовал профильный компетентный снайпер с соответствующим боеприпасом — значит, что?
— Что?
— Значит, это не некомпетентность, а что-то другое. Я бы поставил на принципиальную жизненную позицию либо материальную заинтересованность.
— Заинтересованность в чём?
— В отсутствии результата.
— Кому звонишь? — поинтересовалась Моэко в следующее мгновение у отца, который затеял подыматься, попутно подхватывая со стола телефон и оставляя внизу планшет.
— Да так, вы его всё равно не знаете. Прошу извинить, я к себе наверх.
  
Глава 17
 
ИНТЕРЛЮДИЯ
Поднимаясь на второй этаж, Мая ещё на лестнице выбрал нужный контакт и нажал вызов. Абонент ответил после шестого гудка.
— Чэнь…
— Забудь, — перебил товарищ на ломаном нихонго с такой фонетикой, что захотелось одновременно и смеяться, и скрутить уши в трубочку.
— Китайцу говорить по-японски всё равно что воды в рот набрать, — не удержался оябун.
Через несколько секунд молчания под красноречивым взглядом собеседника он сообразил: переводчика в диалог третьим никто подключать не собирается — вопреки устоявшейся за годы традиции.
— Хао Вэйцзюнь, теперь только это имя. — Старый знакомый имел на столе, судя по картинке, едва не полдесятка активных гаджетов и в одном из них сейчас старательно пригрузил работой китайско-японский переводчик.
— Если б ты пытался говорить на жонг-гуо хотя бы вполовину, как я на твоём языке, — намекнул высокопоставленный чин Поднебесной. — Нам бы обоим было намного легче общаться.
— Извини, был не прав. Звоню по делу, — старший Миёси с трудом переключился на серьёзную волну, старательно перебарывая рефлексы общения, выработанные с конкретным собеседником за годы.