Кто ты, Такидзиро Решетников Том 7 (СИ)

Якудза молча хлопнула себя по лбу: да, обсуждалось у старика Рико. Общественное мнение, как и мнение коллег, судами во внимание принимается регулярно, по крайней мере, в Японии. Возможное пиар-обеспечение конкретного сотрудника данного небоскрёба имело свою специфику.
Когда они вышли из лифта, Миёси-младшая удивлённо распахнула глаза: во второй трети коридора, возле открытой двери в предпоследний кабинет, с ожесточёнными криками катался по полу клубок тел.
  
Решетников коротко выругался, высвободил руку из-под её локтя и рванул вперёд, размазавшись в воздухе. Через пару секунд руки стажёра выцарапали из кучи мужчину, в котором якудза профессионально опознала Танигути (как адвокат она, разумеется, уже изучила все направления угроз в разбирательстве с Комиссией. Представитель новых акционеров Йокогамы в этом списке шёл одним из первых).
— Что происходит⁈ — рявкнул Такидзиро.
На полу слабо заворочались голая Хаяси Хонока и Уэки Ута. Одежда последней, впрочем, была в таком состоянии, что от полностью раздетой подруги айтишница отличалась не сильно.
— Звоню в полицию! — громко объявила борёкудан и достала смартфон, сработал автомат.
В следующую секунду сотрудник Мацусита удивил. Перекатившись через плечо, мужчина на удивление стремительно для своих лет оказался на ногах и, не оборачиваясь, рванул в другой конец коридора — видимо, к лестнице.
Моэко мысленно кивнула, ожидая соединения с один-один-девять: по роду занятий Семьи она великолепно знала эту модель поведения. Застигнутая на горячем уличная шантрапа девяносто девять раз из сотни рефлекторно бросается наутёк, хотя в большинстве случаев оно уже бесполезно.
Вот и здесь так. Вроде большой человек, а инстинкты те же. Н-да уж.
Стеклянная дверь этажа на пути беглеца неожиданно распахнулась внутрь коридора: в Корпорации, как и во всех подобных местах, уборщицы работают в ночное время и между уровнями перемещаются пешком, поскольку лестницы тоже нужно убирать.
Танигути влетел в преграду, которая от сильного удара рассыпалась вдребезги. Мужское тело вместе с осколками стекла снесло на пол пожилую женщину.
Уэки и Хаяси затеяли садиться на полу и вяло развернулись на шум. На лицах обеих виднелись ссадины, свежие припухлости, капли крови то ли из царапин, то ли из разрывов кожи.
Ничего себе у них приключения, подумала Моэко, рысью направляясь к топ-менеджерам — по-женски оказать помощь и выяснить подробности. Кажется, адвокат в этом здании сегодня будет нужен не только Такидзиро-куну.
  
Глава 2
 
Возникла непредвиденная техническая сложность — чтобы заняться пострадавшими топ-менеджерами, требовалось опуститься. Моэко замерла: юбка-колокольчик офисного костюма была идеальной для адвоката во время похода в суд, но не сейчас. Махнув рукой на условности, якудза решительно поддёрнула вверх не самый удобный предмет одежды примерно до середины ягодиц — плевать. Затем присела на корточки, сдвигая коленом Решетникова:
— М-м-м. — И взглядом указала на Танигути.
Разработчик Мацуситы напоминал перевёрнутого брюхом кверху майского жука — так же бестолково ворочался в горизонтальном положении, рандомно подёргивал то рукой, то ногой.
Такидзиро кивнул и через секунду стоял на коленях над весьма необычным персонажем (как называть странного типа ещё, младшая Миёси пока не придумала).
— Не знала, что ты адепт ходзё-дзюцу, — пробормотала борёкудан в спину товарищу, наблюдая метаморфозы брючного ремня инженера, на скорую руку обездвижившего своего хозяина перед вторым этапом связывания. — Вы как? Что произошло? — поинтересовалась Моэко у финансистки с айтишницей, продолжя наблюдать за стажёром.
Тот не поразил соблюдением эстетических канонов кимбаку, однако конкретную прикладную задачу решил вполне себе традиционно: выполнивший роль короткой верёвки- хаянава ремень зафиксировал дебошира на то время, которое логисту потребовалось для следующих действий.
— Пойдёт, — хмуро ответила Уэки, радуя психолога отсутствием истерики как во взгляде, так и в голосе. — Вы вовремя подскочили, спасибо. Что происходит — рассказ не на секунду и явно не в коридоре.
Её подруга Хаяси хлопала глазами и, пребывая в прострации, даже не пыталась подобрать отвисшую челюсть.
А вот здесь будет тяжелее, вздохнула про себя адвокат.
— Я и не адепт никакого дзюцу, — пробормотал Такидзиро, радикально решая проблему хоннава, длинной верёвки, она же — вторая часть связывания. — Учебный центр, — напомнил он. — Ты просто не представляешь, насколько изобретательны военные, когда хотят занять личный состав делом. Учили всякой мутоте, а оно вон… кто бы мог подумать, что пригодится.
Руки светловолосого, аккомпанируя голосу, сноровисто извлекли Томимацу сперва из пиджака, затем из брюк.
— Дай! — Такидзиро, не оборачиваясь, протянул назад ладонь.
Моэко поняла с полуслова и сунула ему мультитул — в том числе, перочинный ножик длиной со спичечную коробку, который всегда таскала в кармане жилета.
Решетников бестрепетно распустил чужой костюм на полоски, не заботясь о стоимости одежды. Ленты из достаточно прочной ткани, конечно, задачу вязки вдолгую решали хуже, чем классическая хоннава, но в данной ситуации пойдёт и так.
— Готово. — Через пару секунд стажёр поднялся и отряхнул ладони.
Связанный Танигути за время экзекуции пришёл в себя и пытался извиваться, отчаянно пучил глаза, но не мог сказать ни слова — в полном соответствии с неизысканной армейской школой ему, кроме прочего, самым неблагородным образом заткнули рот. Остатками правой фалды пиджака, на которой сохранился фрагмент кармана.
* * *
— Хренасе. — Она так и сказала вслух, после чего грязно выругалась, наплевав на приличия.
Бывают моменты, когда этикет становится лишь вяжущим сводом бесполезных правил — похоже, наступил именно такой.
Йоко искренне считала, что удивить её уже ничем нельзя и в силу возраста, и в силу должности. Оказалось, можно. В кабинете главной айтишницы, куда её срочно вызвали сразу двое топ-менеджеров и лучшая подруга младшей сестры, прямо сейчас впору было снимать сцену дорамы: для начала, хозяйка кабинета выбивала сложные дроби зубами по чашке, которую держала обеими руками.
Одежда на младшей Уэки здорово напоминала таковую, позаимствованную у бомжа, которого перед этим с азартом гоняли по мусорке и время от времени покусывали жизнерадостные энергичные собаки.
На подоконнике, поджав ноги, сидела абсолютно голая Хаяси, глядящая в никуда широко раскрытыми расфокусированными глазами. Одежда финансистки лежала рядом, на плечах наброшено полотенце из санузла зоны отдыха.
— Что у вас здесь происхо… — безопасница уже задавала вполне закономерный вопрос, когда довернула голову и обнаружила никого иного как Танигути Дзиона — главного разработчика Мацусита-корп, коллегу и нового патрона Уэки-старшего.
Глава группировки новых акционеров лежал под стенкой за столом для совещаний, пучил глаза и старательно издавал нечленораздельные звуки — рот был заткнут кляпом, а сам он был связан обрывками чего-то, весьма похожего на его собственный костюм.
— Хренасе, — повторила Йошида с чувством и лихорадочно зашевелила извилинами.
В помещении кроме топов в наличии эта якудза, которая не-разлей-вода с Хину, и вездесущий Решетников — куда ж без него. Попутно отпадает вопрос, кто связывал Танигути.
Остаётся понять, зачем связали? Впрочем, если не обманывать себя, то и «зачем» местами очевидно. Хотя уточнить стоит:
— Это то, что я думаю? — Йоко спросила борёкудан.
Говорить в такой момент с мужчинами неохота (поэтому хафу отпадает), из прекрасного пола Миёси — единственная, кто в ресурсе.
Не финансистку же спрашивать.
— Какие ещё могут быть варианты? — мрачно, но на удивление собрано отозвалась Уэки. — Тебе в самых гадких подробностях вывалить? Или подождём полицию, чтобы я два раза не повторялась?