Кто ты, Такидзиро Решетников Том 7 (СИ)
— И вопрос прожиточного минимума у Агентства Моделей, цинично говоря, не стоит, — отстранённо заметил Такидзиро, погружённый в игру.
— А твой суд? — Хину опустила ладони на мужские плечи и затеяла их разминать.
— Справимся. Ночевать в бассейне будем? Пустишь?
Глава 9
В следующую секунду младшей Миёси стало интересно — Уэки, сверлившая Такидзиро и Хину пронзительным взглядом, нарочито спокойно заметила финансистке:
— Кажется, наши с тобой соглашения о разделе зон влияния плавно утрачивают какое-либо значение.
— Почему? — Хаяси была погружена в себя, оттого встречный вопрос вырвался у неё на автомате.
Через мгновение Хонока густо покраснела, возмущённо вскинула брови и развернулась к подруге:
— Ты!.. — а дальше из уст всегда подчёркнуто корректной внучки патриарха полилась такая брань, что Моэко даже голову довернула, чтоб лучше слышать и ничего не упустить.
Ута вежливо дождалась окончания фонтана эмоций:
— В ответ на твой предыдущий вопрос, почему. Потому что конкуренция — это то, что может оставить тебя голодной. — Затем многозначительно посмотрела по очереди на пловчиху и якудзу. — И меня с тобой за компанию, эх-х.
Лицо Хаяси Юто вытянулось, взгляд расфокусировался. На каком-то этапе патриарх встряхнулся, собрался, шумно вздохнул и ушёл в себя, потупившись в пол и перестав глядеть на шахматную доску.
— Что за цитата? — Хаяси украдкой покосилась на деда, явно испытывая неловкость от его присутствия при скользком разговоре. — С каких это пор ты превратилась в гуру маркетинга?
Айтишница как ни в чём ни бывало назвала учебник:
— Почитываю на досуге конкретного автора.
— Зачем?
— Упрощённая программа для новичков, адаптации под разные рынки — то, что надо для расширения профессионального кругозора.
Хину, разминавшая плечи млеющего Решетникова, предсказуемо не удержалась:
— Ута-тян, не хотелось бы лезть в твои дела, но тебе не кажется, что ты всё чаще касаешься в беседах тех моментов, которые тебя лично не касаются? Тьфу, тавтология. Мои тебе извинения, но только за тавтологию.
— Да, я нагло нарушаю правила приличия, — подтвердила Уэки. — И не исправляюсь, и не собираюсь исправляться. Что дальше?
— Могу ведь и в нос дать, — равнодушно пожала плечами Хьюга. — Будет больно. Ты уверена, что готова обостряться на ровном месте? Нам мало имеющихся приключений, ты решила приперчить момент? — пловчиха повела рукой вокруг, потом вернула ладонь на шею Решетникова.
— Видишь, мой анализ подтверждается, — картинно шмыгнула носом айтишница ещё раз, приобнимая младшую Хаяси. — Аппетитная рыбка уплывает, — многозначительный взгляд в сторону метиса. — Филе наглым образом выскальзывает из рук. Фигурант эмигрирует по-другому юридическому адресу, плавно выходя из нашей с тобой юрисдикции. Эх, а счастье было так близко, так возможно. Как же ты мог, Такидзиро-кун! После всего, что между нами было и ещё более — после того, что так и не случилось! Пхи-хи-хи, между нами тремя, я сюда плюсую и Хоноку-тян — мужики тройники любят, а её уломать я б взяла на себя.
Финансистка обожгла подругу взглядом, который, казалось, мог яйца запекать без огня.
Вошедшей в раж Уте это было безразлично.
— Уэки-сан, я вам разве не говорил, что подобные коммуникации при мне в третьем лице обо мне же меня слегка угнетают? — Такидзиро перешёл на вы, блаженно жмурясь под ладонями Хьюги с отсутствующим видом.
— Ай, лучше молчи. Тебя никто не спрашивает, Такидзиро-кун, это был риторический вопрос, — Ута поцеловала перед собой воздух, ничуть не смущаясь чужими закрытыми глазами. — Ты в данном случае не субъект, а объект, уж прости за откровенность.
— Хренасе. Объект чего? — Моэко тоже не сдержалась, у неё на язык наверняка попросились гораздо более крепкие выражения.
— Процесса принятия решения, — твёрдо ответила айтишница. — Когда в общество акул, — многозначительный взгляд вокруг, — затёсывается сардина, на этапе споров за иерархию эта сардина всегда объект, не субъект. Прости, Такидзиро-кун, ещё раз: ты — самая очаровательная сардинка в мире. Мррр-хррр, чмок. Из-за тебя и весь сыр-бор, сладкий ты наш.
— Странно. Я думала, речь пойдёт о завтрашних пакетах акций и о нашей согласованной стратегии, — ни к кому не обращаясь, заметила корпящая над нарисованной схемой Йошида. — А не это вот всё. Уэки-сан, простите, что вмешиваюсь не в своё дело, но вы уверены, что как член Совета Директоров в данный момент используете время рационально? И поднимаете именно те вопросы, которые являются неотложными для всех нас, не только для вас лично?
— Как говорит Такидзиро-кун, интересы у нас всё же разные, — живо отозвалась Ута. — Лично я на собственной карьере в Йокогаме поставила крест, в отличие от тебя, Йоко-тян. Мою доляху акций, которую ты только что вспомнила, родной папаша весело изъял и вместе со своей запустил на собственные нужды, не спрашивая меня и целуясь взасос с мудаком Танигути. Который только что меня чуть не ***бал на радостях, причём против моей воли — хорошо, коллеги помогли отбиться. Потому что ткнул, извиняюсь, мордой в стол, загнув раком, и добавил по затылку слегка, чтобы меньше трепыхалась. Просто свезло, что Хонока-тян в этот момент в душе мылась.
— Н-да уж, — невпопад вздохнула резко грустнеющая Хаяси.
— В тот момент я начала подозревать, что с новыми акционерами могу не сработаться, — жизнерадостно припечатала айтишница. — Именно поэтому судьба акционерных пакетов Йокогамы, как бы тут поделикатнее, сейчас стремительно выходит из списка моих первых приоритетов. Кстати, Хонока-тян! Тебя он тоже чуть не ***бал за компанию! — Уэки, так и распираемая изнутри позитивом, звонко приложилась ладонью между лопаток финансистки. — А теперь у нас с тобой ещё и мужика из-под носа уводят, которого мы почти что поделили на двоих, — опять лицо девочки из аниме, айтишница изобразила, будто плачет — начала размазывать по лицу несуществующие слёзы. — Такидзиро-кун, неужели я тебе совсем не нравлюсь как тёлка⁈ Где твои мужские инстинкты, в конце концов⁈ Давай поставим уже наконец этот эксперимент⁈
— Какой эксперимент? — мрачно поинтересовалась кузина Хину.
— Если подёргать мужчину за его главную эрогенную зону, он должен стать более податливым, — не стесняясь, заявила Уэки. — Такидзиро-кун, как насчёт отдаться в мои нежные ладошки? Я буду не хуже Хьюги-сан, обещаю.
— Вы меня плохо слушаете, директор-сан. Когда самка Человека Разумного начинает проявлять инициативу, ещё и столь энергично, как вы…
— Чего ты там опять сочиняешь?
— Среднее образование мимо, — тихо констатировала якудза себе под нос.
— … лимбической системой это считывается как однозначная агрессия — я уже объяснял, — логист не смутился. — И…
Окончание его фразы потонуло во взрыве смеха — Дэнда-кун, Йошида, Хаяси-старший, сама Моэко сдерживаться даже не подумали.
— Напрасно ржёшь, — процедила айтишница адвокату. — На тебе он тоже сто процентов не женится — вон как Хину-тян ему разные части тела полирует. Я, конечно, не психолог, но что они будут делать, когда останутся наедине, даже у наивной простодыры вроде меня сомнений не вызывает.
Моэко сделала уставшее лицо и набрала воздух, чтобы ответить.
— Хотя ты можешь продолжать летать в иллюзиях! — поторопилась втиснуть Ута.
— В отличие от тебя, я на замуж вроде не претендую, — пожала плечами борёкудан. — И никогда не претендовала. И вряд ли буду.
— Э-э-э?.. — вытянувшееся лицо Уэки вызвало повторный взрыв хохота, даже Хонока скупо ухмыльнулась.
— Тебе знакомы категории минимального и максимального перечня намерений, Ута-тян? — Моэко поклонилась, для развлечения качнув сиськами на этот раз перед женскими глазами.
— Конечно. Внимательно слежу за ходом твоей мысли.
— При моём роде занятий в стратегической перспективе наличие мужа, любого, даже самого лучшего — скорее проблема, чем плюс. Выхода замуж в обозримую четверть века у меня нет ни в каких планах, поскольку я дочь своего отца.