Трудности иммиграции в волшебный край (СИ)

Я уже вышла за город и сейчас поднималась в гору по узкой лесной тропинке. Заслышав звон ручейка, я свернула и, устроившись достаточно далеко от дороги, чтобы меня никто не увидел и не услышал, наконец-то разрыдалась, не сдерживаясь. На ум приходили мои фантазии о том, как счастливо мы будем жить с магом и какая у нас будет свадьба, и от этого в груди словно образовывалась дыра, как будто кто-то вырвал мое сердце, но я почем-то все не умирала и продолжала дышать, чувствуя новый приступ боли с каждым вдохом и каждой связной мыслью.
Рэн, то есть, мастер Рэн, знал, что я откажусь от предложения стать второй женой — и поэтому умолчал о моем порядковом номере, когда делал предложение. Все равно я никуда не хожу и разговариваю только с ним и Хесо — откуда мне знать, что браслет первой жены с камнями, а второй — без? Откуда мне знать, что маг помолвлен? Если бы у меня были знакомые в городе, я бы слышала какие-то сплетни, но маг запретил мне выходить без сопровождения — и я, как дурочка, слышала только то, что он сам мне рассказывал, и думала так, как он хотел.
Стащив шляпу и бросив ее на мох, я попыталась умыться и обнаружила, что руки дрожат, так что я едва могла донести горсть воды до лица, а затем обессилено поднялась и поплелась дальше. Собирался дождь, и где-то в хмуром небе уже слышались глухие раскаты, но мне было все равно, попаду я под него или нет — но, если буду сидеть тут и дальше, то Рэн может меня найти. Хочу ли я, чтобы он нашел меня? Чтобы он уговорил меня, наврал с три короба, и я могла поверить ему и выйти за него замуж, думая, что первая жена — это такой необходимый декор вроде дорогой, но не очень нравящейся картины, которая извлекается только перед приходом гостей, а все остальное время пылится в чулане? Если ее никогда не видеть, то можно представить, что ее и вовсе нет, а я единственная, так ведь?
Но это же неправда...
Первые крупные капли упали мне на плечи, и через несколько минут я была уже полностью мокрой. Наверное, стоит где-то укрыться, — вяло подумала я, — хотя, может, я заболею и умру, и тогда ОН пожалеет. Пожалеет, но будет уже поздно.
Войдя в ворота храма, я забрела в первый попавшийся павильон села на пол на специальную подушку для посетителей. Уже вечерело, и последние молящиеся давно ушли, торопясь добраться домой до дождя.
Вздохнув, я поежилась от холода и подняла глаза на статую божества передо мной. Кажется, это была богиня — со спокойным лицом и легкой улыбкой она смотрела вдаль, на виднеющийся в открытом дверном проеме храма город, и, казалось, благословляла его поднятой рукой.
— Что же мне делать? — спросила я, и мой голос гулко разнесся по просторному помещению.
Конечно же, никто мне не ответил —но, задав этот вопрос, я невольно начала думать и над ответом на него. Умиротворяющая атмосфера храма действовала успокаивающе, откуда-то пахло сандалом, и, медленно вдохнув и выдохнув, я наконец-то смогла на время отодвинуть раздиравшие меня обиду и отчаяние и подумать.
Я не могу согласиться на роль второй жены — об этом не может быть и речи. Если я не устраиваю Рэна в качестве единственной жены, то и в роли второй жены он меня не получит. Но он все еще оставался моим наставником. я же хочу все-таки доучиться и стать магом?
Тут я остро пожалела, что не пошла обучаться к женщине — тогда у меня не было бы таких проблем, как сейчас. Но, с другой стороны, я пошла к тому, кого знала. Где бы я искала себе наставницу в незнакомом городе и незнакомой стране?
Посмотрев на свои руки, я увидела потоки энергии, пронизывающие их, пол и все вокруг, и поняла, что хочу доучиться, чего бы это мне не стоило. Но ... я же не обязана доучиваться именно у Рэна?
Я не смогу и дальше жить в его доме, обедать и ужинать с ним, разговаривать и шутить — только не после всего, что было. Не после того, как он узнал, что я люблю его, и сказал мне, что любит меня сам. Я не смогу наблюдать его счастье с другой женщиной.
Но, уверена, он это тоже понимает — поэтому мне нужно.. .мне нужно разорвать контракт с ним, вернуть ему браслет, точнее, оба браслета, переехать в гостиницу и поискать себе нового учителя. Хесо, — всплыло у меня в голове, — он — водник, и он тоже может меня учить. Наши элементы совместимы. Может, он согласится стать моим наставником? Он же уже обучал меня и вроде бы был доволен моими успехами.
 
Я скрупулезно перебрала в памяти все наши встречи с Хесо и убедилась, что он точно не испытывает ко мне никаких романтических чувств. Нет, в его обращении точно ничего такого не проскальзывало.
Тут мне в голову пришло то, то он — друг мага. Он может просто не согласиться обучать меня, если Рэн его попросит.. .Но я тут же отогнала эти мысли. Зачем магу препятствовать мне? Не станет же он специально удерживать меня рядом, если точно понятно, что я никогда не соглашусь на его «прекрасное» предложение.
Вспомнив, как я представляла себе свое будущее еще сегодня утром — свадьба с любимым человеком, карьера мага, жизнь вместе, в доме, к которому я уже привыкла, я снова всхлипнула, и высохшие было слезы полились заново. Теперь меня ожидает гостиница, поиски нового наставника и неизвестность впереди.
Упавшая на пол длинная тень заставила меня вздрогнуть и резко обернуться. Рэн?
— Всего лишь я,— слабый свет бумажных фонарей над входом очертил фигуру в серебристом ханьфу, и я выдохнула, одновременно облегченно и разочарованно.
— Хесо, — отвернувшись, вытерла лицо рукавом, насколько это было возможно, — что ты тут делаешь?
— Ищу тебя, — дракон шагнул внутрь и, подбросив вверх переднюю часть своего ханьфу, элегантно опустился рядом со мной , — маг заявился ко мне с квадратными глазами, лишь только стемнело, и заявил, что ты потерялась.
Несмотря на то, что дождь все не прекращался, его одежда была абсолютно сухой, и, бросив на меня короткий взгляд, он повел рукой — и с моего платья взвился вверх легкий пар, собравшийся в деловито улетевшее в дверь облачко.
— Я не потерялась, а убежала, — поправила я и, опустив глаза, с ожесточением добавила:— Ты был прав, Хесо. Он собирался.. собирался обмануть меня и сделать второй женой, — кое-как выговорила я и опять зарыдала, хотя мне казалось, у меня в организме уже давно должна была кончиться свободная жидкость.
Меня еще никто так подло не обманывал, как он, и каждый раз, когда я вспоминала об этом, я просто не могла удержаться от слез.
Тут я вспомнила, как однажды сказала Хесо, что нужно думать о людях лучше, и они оправдают наши ожидания, и пробормотала сквозь слезы:
— Хесо, ты был прав. Помнишь, ты сказал мне, что не нужно ждать ни от кого ничего хорошего? Как же ты был прав! Люди гораздо хуже, чем можно представить...
— И это тоже неверно, — к моем удивлению, дракон покачал головой. — Все разные, кто-то лучше, кто-то — хуже. Однако, если не возлагать ни на кого чрезмерных ожиданий, то потом не придется разочаровываться.
Сейчас я не могла думать о каких-то отвлеченных философских истинах, а поэтому просто вздохнула и спросила:
— Хесо, а ты не сможешь меня обучать?
Он вскинул на меня внимательный взгляд, и я торопливо пояснила:
— Я не смогу и дальше обучаться у мастера Рэна, значит, мне нужно найти другого наставника.
Мне казалось, что это — самое логичное и правильное решение, но дракон почему-то не спешил соглашаться и лишь перевел взгляд с меня на алтарь. Горящие там масляные светильники и курительницы слабо отразились в его серых, как туман, глазах.
— Вряд ли маг на это согласится, — ровно отозвался он.
— Не может же он мне запретить? — разозлилась я.
 
— Он может запретить мне, — ответил дракон и наконец-то посмотрел на меня, — помнишь, я говорил тебе, что я — ненадежный друг?
Напрягая память, я неуверенно кивнула.
— Возможно, ты заметила, что мы с магом очень разные, и задалась вопросом, как два таких совершенно непохожих человека могут быть друзьями. Но дело в том, что мы и не друзья. Маг меня. поймал,—с трудом закончил дракон, и на его стиснутых челюстях заходили желваки.