Трудности иммиграции в волшебный край (СИ)

  
18
 
— Мори! — позвал маг, и я нервно вскинула голову, ляпнув:
— Да?
Ужас. я же никакая не Мори, зачем я откликнулась! Кто это вообще — Мори?
Тут в центре кабинета соткалась полупрозрачная тень, похожая на призрак пододеяльника ростом мне по пояс, и маг, вскинувший на меня озадаченный взгляд, кашлянул и представил нас:
— Это Мори— лесной дух. Он и его семья служит в моем поместье. Они не показываются посторонним, но теперь ты — моя ученица и часть дома Такахаши, и поэтому сможешь их видеть. Если тебе что-то нужно, просто позови его.
—Приятно познакомиться, — пискнула я, с ужасом глядя на привидение и кое-как удерживаясь от того, чтобы не сбежать с громкими воплями. — Как поживаете?
Мори посмотрел на меня грустными глазками и, медленно покивав, растворился в воздухе. Кошмар. Так вот кто убирался в моей комнате! Вот кто носил воду в мою ванную комнату и убирал ее после купания! Лесной призрак!
—Не переживай, они не опасны, — успокоил меня маг, видя мое белое, как стена, лицо, — точнее, если ты увидишь таких в лесу, то переживать очень даже стоит, но Мори и его семью связывает со мной магический контракт. Они не могут никому навредить.
— А.. такие же, как Мори.другие лесные духи. что они могут сделать? — с трудом произнесла я.
— Могут завести человека в чащу, — подтвердил мастер Рэн мои худшие опасения, — так же как и блуждающий огонек, который ты уже видела в моем саду. Помнишь?
Я только кивнула — помню, тот самый, что привел меня в беседку, когда я заявилась в дом мага несколько дней назад.
—Ладно, пойдем ужинать, — скомандовал маг и первым пошел к дверям. Я, сообразив, что если он уйдет, я останусь в этой комнате совсем одна, поспешила за ним — кто знает, что еще за создания водятся в этом доме?
—Мастер Рэн, а кроме семьи Мори и блуждающего огонька, в вашем доме есть еще призраки? — я решила все-таки уточнить этот вопрос, чтобы знать заранее, как меня убьют
— задушат, съедят или утопят. Чтобы мысленно подготовиться.
— Они не призраки, а лесные духи, — поправил меня размеренно шагающий маг, — завтра напомни мне рассказать тебе классификацию бестелесных созданий. У них никогда не было тела, и поэтому они не могут считаться призраками. И, — тут маг открыл дверь в столовую и зашел первым, — в ответ на твой вопрос: нет. Больше в моем поместье нет никаких «призраков».
Тут я заметила впереди плывущие по воздуху блюда и тарелки и, прикусив губу, чтобы не заорать, все-таки спряталась за мага, вцепившись в его рукав.
— Всего лишь слуги накрывают на стол,— маг успокаивающе накрыл своей ладонью мою, и я тут же одернула руку, отчего-то краснея. И чего я испугалась? Теперь видно, что блюда плывут на стол не сами по себе, а на голове у полупрозрачных пододеяльников с глазками. Семья Мори, обычные лесные духи, что тут такого...
Маг, убедившись, что я не спешу убегать в порт и покупать билет на ближайший корабль в Эггерион, медленно двинулся вперед, а я семенила следом за ним, следя, чтобы расстояние между нами не превышало пары шагов — на всякий случай. Так, настороженно глядя на лесных духов и чуть не наступая магу на пятки, я и добралась до своего места.
— А у них есть имена? — наконец- то все тарелки были расставлены, и летающие пододеяльники покинули столовую, отчего я облегченно вздохнула. Да, наверное, я бы не возражала, если бы они и дальше продолжали прятаться от меня.
— Не знаю, они же не разговаривают, — маг окинул хищным взглядом стол, — их вид называется мори-но сэй, и я зову главного из них Мори. А он уже передает остальным, что мне нужно.
— Понятно, — как можно беспечнее произнесла я, но, наверное, что-то в моем голосе заставило мага оторваться от накладывания еды и перевести взгляд на меня. Я выдавила из себя вымученную улыбку, размышляя, как я теперь буду спать, зная, что ОНИ бродит по дому.
— Мэй, — маг отставил тарелку и посмотрел мне в глаза, — тебе не нужно их опасаться. В этом доме тебе никто не навредит, я тебе обещаю. Ты же веришь мне?
 
—Да, — отозвалась я, зачарованно глядя на мага. Сердце отчего-то на миг замерло, а потом понеслось с бешеной скоростью, как кролик, завидевший охотников, — Верю.
— Вот и славно, подытожил маг и, протянув руку к высокому кувшину, налил что-то из него в стакан и придвинул ко мне. Следом был наполнен второй стакан, его собственный, и, взяв его в руку, маг провозгласил:
— За Мэй, будущую великую волшебницу!
Не в силах оторвать взгляд от его лица, я наощупь нашарила свой стакан и подняла его.
—За мастера Рэна Такахаши, великого наставника будущей великой волшебницы!— с трудом произнесла я — голос почему-то сел. Стаканы соприкоснулись с глухим керамическим звоном.
Маг отпила из всего стакана, я повторила его жест, не чувствуя вкуса напитка, и он наконец-то отвернулся к столу, разорвав зрительный контакт. Выдохнув, я трясущимися руками схватилась за палочки, чувствуя себя сорвавшееся с крючка в последний момент рыбой. Да что со мной сегодня такое? То сердце стучит, то краснею, то пялюсь на мага, словно он — божество, сошедшее с небес. То есть, он, конечно, очень красив... Высок, и у него такие крепкие сильные руки, тепло которых, когда он берет меня за руку, казалось, пробиралось до самого моего сердца.
—Мэй! — окликнул меня маг, и я встрепенулась, сообразив, что он окликает меня не в первый раз, — почему ты не ешь? Тебе что-то положить?
— Нет, спасибо, я сама!— в панике отозвалась я, хватая тарелку и чувствуя, как мое лицо медленно заливает краска. Соберись! Да что же такое со мной творится?
Маг, озадаченный моим странным поведением, убрал уже было протянутые к моей тарелке руки и принялся за ужин, а я машинально покидала себе в тарелку всего по чуть-чуть, напряженно размышляя.
Наверное, это все последствия ритуала. Сердцебиение, рассеянность. Точно, виноват ритуал. Какая еще может быть причина?
—Отдай! — мастер Рэн выхватил из моих палочек еду, которую я уже несла ко рту, и бросил в тарелку с маринованным огурцами, — ты не сможешь такое есть, он же острый!
Я перевела недоуменный взгляд со своих палочек на тарелку и обнаружила в ней лежащий поверх огурцов тонкий красный перчик. Да, после такого мне бы понадобилась бригада пожарных и бочка воды!
— Спасибо, я что-то задумалась, — я виновато улыбнулась и, собравшись, сосредоточилась на ужине. Потом подумаю обо всем остальном. Завтра. Или никогда.
  
19
 
Однако, когда я поднялась в свою комнату, пожелав мастеру Рэну спокойной ночи, и легла в кровать, первым, что возникло перед моим мысленным взором, стоило мне закрыть глаза, было его лицо. Теплые глаза, четко очерченные губы. Вспомнив, как он поцеловал меня в мой первый день в его поместье, я невольно заулыбалась. Это же так романтично — цветущее персиковое дерево, круглая луна на небосводе. Тфу ты, тогда же был день, значит, на небе было круглое солнце, а не луна. Наверное, поэтому тогда поцелуй не произвел на меня должного впечатления — потому что на небе не было луны! А вот если бы он поцеловал меня вечером, например, сейчас...
Представив, как маг врывается в мою комнату и, патетически воскликнув: «Я не могу больше ждать! Я должен поцеловать тебя» впивается в мои губы, я почувствовала, как у меня перехватило дыхание, а сердце снова забилось, как набат. Что же со мной твориться?
Не в силах находиться на месте и чувствуя, что мне нечем дышать, я вскочила и, подбежав к окну, со стуком раздвинула рамы. Прохладный ночной воздух ворвался комнату и, перегнувшись через подоконник, я сделала глубокий вдох. В саду было темно, и, хоть полная луна и светила на небосводе, маг и не думал бродить под моими окнами в надежде сорвать поцелуй. Ощутив смутное разочарование, я мрачно вернулась в кровать и упала на пышные подушки.
 
Наверное, я сегодня съела что-то не то. Может, лапша была не очень свежая? Или устала после ритуала. Иначе как еще объяснить навязчивые мысли о маге и сердце, то стучащее в бешеном темпе, то, наоборот, пропускающее удар. Не предполагать же, что я влюбилась? В мага. В человека, которому я безразлична — а не то я бы почувствовала: когда по мне начал вздыхать сын соседей, я сразу это поняла по тому, как он краснел и заикался. Сейчас же краснела и заикалась я, а маг вел себя совершенно обыкновенно.