Спецназ ГРУ. Жизнь после смерти. часть 1 (СИ)

— Спасибо, Ваше величество! — одновременно поблагодарили мы, надев ордена и король довольно улыбнулся.
Я же заметил висящие на стене несколько картин (их взял с собой король из Версаля, отправившись в Лилль) и среди них картину «Мона Лиза» великого да Винчи и обратился к королю с просьбой — Ваше Величество! Прошу выслушать совет — подарите эту картину русскому царю, который по слухам любит живопись.
Людовик призадумался — Я слышал про московского царя! Он интересуется европейской историей и политикой, и даже читает английские, французские, голландские и прочие газеты, которые для него специально переводят в Посольском приказе. Я посылал к его двору послов, которые отметили восточное великолепие царского двора. Когда в праздники царь покидает свои палаты и «выходит в народ», царское шествие превращается в пышное действо. Двор московского государя так красив и держится в таком порядке, что соперничает с моим! Мы с русским царем оба заботимся о ритуале и блеске своих дворов, выездов и охоты. Нас даже некоторые называют: «царь-солнце» и «король-солнце» — ревниво добавил Людовик Четырнадцатый — Хорошо, я отправлю с вами в качестве подарка русскому царю картину и напишу для него письмо.
Когда мы покинули короля вместе с его письмом и картиной, завернутой в кусок бархата, Змий показал большой палец — Здорово ты развел короля на картину!
Я улыбнулся — Пусть этот шедевр висит не в Лувре, а в Кремле!
Всю дорогу до Берлина мы после отбора обучали самых смышленых и схватывающих все на лету лучников изготовлению турецкого композитного лука — самого мощного, технологически сложного и компактного. В Европе такие луки именовали «византийскими» или «венецианскими», по названию мест, через которые они поступали в Европу. Несмотря на высокую стоимость, в шестнадцатом веке эти луки были распространены повсеместно — от Китая до Англии. Английские рыцари частично обучались стрельбе из такого оружия с седла лошади. сначала мы хотели воспользоваться тисовыми заготовками, но затем решили использовать ясень и клен. Мы объяснили своим ученикам, что ясень они будут использовать как материал для плеч лука: он гибче клена и обладает крупными порами, обеспечивающими хорошее проникновение клея. Древесина клена, из которого решили делать законцовки лука — «уши», довольно крепка, хорошо противостоит истиранию и выдерживает напряжения, испытываемые «ушами».
На привалах под нашим руководством сначала наделали заготовки ясеня толщиной около семи с половиной сантиметров. Их вываривали в воде, чтобы освободить дерево от сока. В процессе вываривания воду дважды меняли, и плашки стали более пластичными. Затем пластины зажали в заранее изготовленных столярами по нашему заказу деревянных пресс-формах с профилем плеч лука для придания нужного изгиба и сложили для просушки на полтора месяца в нашем обозе. Пока ясень будет сохнуть, наши лучники из клена стали вырезать концы нужного радиуса и рукоять. Целая телега в обозе была наполнена рогами дикого козла, клей кстати тоже сварили из рогов. У турецких и монгольских луков сила натяжения составляет от шестидесяти пяти до семидесяти пяти килограмм, тогда как, к примеру, китайские луки имели силу натяжения не более пятидесяти, английские — тридцати пяти килограммов, причем у англичан луки считались самыми мощными в Европе. Остальные лучники на привалах занимались изготовлением стрел, которые увязывали пучками и укладывали в обозе.
Конным лучникам мы выдали купленные в Лондоне луки и учили конницу выпускать как мы десять-двенадцать стрел в минуту. Правда результаты пока были довольно скромными. Но парни были молодыми и легко обучались управлять конями без узды. Во время марша утром и вечером все конные спешивались и вместе со всем войском обучалось «волчьему скоку» — это когда используется размеренное количество шагов в обычном темпе и беге: сто-двести шагов обычного шага и семьсот-тысяча шагов быстрого. Чем больше усталость, тем меньше бега. Каждую неделю такие кроссы увеличивались на три-пять километров. Сначала наемники возмущались, но видя наше участие в этих забегах, они приутихли и особо не возбухали. А через месяц, почувствовав как их дыхалка стала спокойнее реагировать на такие нагрузки, наемники уже бегали осознанно, постепенно нагружая на себя свои доспехи и оружие.
 
Во время нашего путешествия проводились учебы по боевому охранению обоза — в авангарде, по бокам и в арьергарде двигались конные и пешие группы разведки, в случае объявления тревоги отрабатывали быстрое построение вагенбургов в замкнутый квадрат и подготовка к защите «гуляй-города». Наши лучники помимо разведки обеспечивали войско дичью, наплевав на то, что охота была разрешена только хозяевам лесов и полей, через которые мы пробирались. Но лесники, которые присматривали за частными владениями, старались не замечать нашей охоты и вырубки сушняка для дров на привалах. Реки преодолевали, наводя понтоны, для сооружения которых все необходимое находилось в десятке телег.
Какой-то идиот, местный барон, через чьи земли мы проходили, решил содрать с нас налог за «топтание земель» и через минуту после предъявления своих наглых требований он и его два десятка охраны получили по стреле и их лошади и оружие пополнили наш арсенал.
Немецкие земли мы прошли практически не задерживаясь — Всего десять лет как закончилась тридцатилетняя война, война оставила разрушенными города, которые впрочем быстро восстанавливались. Мы шли в боевой готовности, но немцы, узнав о конечной цели нашего путешествия, не чинили препятствий. Пустив наше войско в стороне от Берлина, мы с друзьями в сопровождении наших оруженосцев заглянули в столицу будущей Пруссии. Как оказалось, французских эмигрантов было до двадцати тысяч человек; в одном Берлине их было около шести тысяч, массовая эмиграция из Франции была связана с отменой во Франции Нантского эдикта и призыву Фридриха Вильгельма Первого переселяться на его земли кальвинистов. Благодаря имт были открыты многочисленные фабрики: шёлковые и шерстяные, зеркальные и свечные.
Я хотел попробовать переманить нескольких подмастерьев, пообещав им возможность работать самостоятельно и мы, разделившись, посетили несколько заводов. Удалось сманить всего пару десятков человек, чьи знания позволяли создать производства тканей. А вот с знатоками производства зеркал произошел облом — За свои места специалисты держались обеими руками из-за высокой зарплаты и ехать к черту на куличики никто не захотел.
Границу с Польшей мы перешли, готовые к нападению — всего четыре года назад закончилась русско-польская война, которая началась после решения Земского собора о принятии в российское подданство Войска Запорожского «з городами их и з землями», после неоднократных просьб гетмана Богдана Хмельницкого.
Россия воевала ради возвращения утерянных Россией в Смутное время территорий, а также за контроль над западнорусскими землями, утраченными в четырнадцатом-пятнадцатом веках. Успешный для России первый этап войны, в ходе которого царские и гетманские войска продвинулись далеко на запад, почти осуществил давнюю задачу русских властей — объединение всех восточнославянских земель вокруг Москвы и восстановление Древнерусского государства в его прежних границах. После смерти Хмельницкого часть казацкой старшины в обмен на обещания привилегий перешла на сторону Речи Посполитой, из-за чего Гетманщина раскололась и погрузилась в гражданскую войну. Война закончилась четыре года назад подписанием ослабленными обеими сторонами Андрусовского перемирия, которое юридически закрепило сложившийся в ходе Руины раскол Гетманщины по Днепру. Наряду с Левобережной Украиной и Киевом за Россией официально закреплялись Смоленщина и ряд других земель, утраченных ей в начале этого века.
Обойдя Гродно, вышли к Минску, который после взятия войсками царя Алексея Михайловича был почти полностью разрушен. Как нам пояснили строители, восстанавливающие город, четыре года назад в Минске остались всего триста домов. Мы шли под английскими флагами, поэтому особо до нас не доеб…вались, тем более что мы позиционировали себя как посольство.