Декабристка (СИ)

— Конечно, разве нет. Вот Вам я написал на листочке номер телефона Евгения Суровикина, а также указал его домашний адрес. К выходным он должен прилететь. Поговорите с ним. Но, Наташа, имейте в виду, хочу предупредить Вас, если Женя откажется Вам помочь, то уже никто Вам не поможет. Будьте морально с братом готовы к такому исходу.
— Доктор, куда же хуже. Александр и так не ходит. Хуже уж точно не будет. Спасибо Вам, я пойду. Они там ждут меня за дверью вашего кабинета. До — свидания, Александр Михайлович!
Василия — сиделки Александра около кабинета врача не оказалось. Брат сидел в гордом одиночестве в коляске и жал меня. На его лице застыл немой вопрос, который он задал мне тут же.
— Что сказал доктор? Ната, зря ты со мной носишься? Врачи же сказали, что у меня нет шансов. Успокойся и сдайся. Прими всё, как данность.
Я даже подумать боялась, что мой брат тряпка. Он получается, уже сдался? Я не верила словам, которые от него услышала. Схватив его руками за плечи, я изо всех сил стала трясти брата, чтобы привести его в чувство и заставить сопротивляться болезни.
— Сашка, ты же боец. Неужели ты уже сложил свои лапки и готов утонуть. Я не верю тебе. Надежда есть. Ты будешь ходить. Нужно только дождаться выходных.
— А что будет, Ната? — переспросил меня брат.
— Сашка, увидишь. Кстати, а где наш Голиаф? Куда он делся? — поинтересовалась я.
— Сейчас придёт, Ната. Я отпустил его покушать в близлежащее кафе рядом с больницей. сама же понимаешь, что такие габариты тела, как у Василия, их нужно поддерживать материальной пищей.
— М — да. Василия родителям нужно было назвать Ильёй Муромцем. А вот и он.
Я увидела спешащего к нам Василия, который был явно доволен жизнью, потому что его круглое лицо светилось абсолютным счастьем.
— Василий, едем домой, — дала я ему команду, дав жестом понять, чтобы он катил вслед за мной коляску Александра. Врачи, медсёстры со смехом оглядывали нашу странную процессию, провожая взглядом до выхода. Я снова решила вести машину, потому что так чувствовала себя более уверенно.
— О, прибыла молодёжь, — с такими словами нас встретила мама, когда мы втроём — я, Сашка и Василий входили в дом.
Она уже успела познакомиться с новой сиделкой Александра и не могла сдержать смеха при виде на него. Василию было абсолютно плевать, так как он был парень без комплексов.
— Дети, вы не хотите кушать, — обратилась мама к нам, ко всем троим.
— Мама, прости, я в кабинет, — отказался от её предложения Александр. — Мне надо поработать. Василий, может, Вы голодны? — обратился он к своему помощнику.
— Что скажете, Василий? — спросила мама.
— Я такой голодный, Марина……..
— Николаевна, — поддержала его мама, назвав своё отчество. — Я рада, что Вы не откажетесь от моей стряпни. А ты, дочка? — обратилась мама уже ко мне.
— Неээээт, я позже перекушу, пойду в свою комнату. Устала что — то, хочу немного прилечь. Ты не против?
— Жаль, — ответила мама. — Пойдёмте, Василий. Можно я Вас буду называть Васенька или Вася.
— Мама называла меня ласково Васюня, — добавил со всей серьёзностью парень, а мы с Сашкой, укатываясь от смеха, отправились кто куда.
— Нат, ты слышала, Васюня, — смеялся Сашка над словами Василия.
— О — да, это что — то. Ладно я иду посплю.
— Хорошо, Ната, а я в кабинет поработать.
— Давай.
— Спасибо тебе.
— За что? — спросила я Сашку, не поняв его слова. За что спасибо?
— За то, что даёшь мне сил верить в себя. С тобой я более уверен и начинаю верить, что смогу ходить. Спасибо!
Сашка смотрел на меня странным взглядом, а затем резко отвёл его в сторону.
— Сашка, пока не за что. Но верь, всё будет хорошо. Снежная королева, то есть я способна на чудеса.
Я поцеловала брата в щёку и отправилась в свою комнату. Лишь были слышны голоса мамы и Василия из кухни, которые что — то вместе обсуждали. Прошло несколько дней, за которые я готова была лезть на стены в ожидании Евгения Суровикина. Дела на фирме шли не плохо. Кира продолжал жить вместе с нами, чему я была рада. Он помогал мне отвлечься от тревожных мыслей, составляя мне компанию на наших ежедневных вечерних прогулках. Сашка же вечно напрягался, когда со мной рядом находился Кира. Он становился злым и раздражительным, нападая с недовольством почему — то только на меня. А когда я была абсолютно одна, и никого рядом со мной не было, Сашка общался со мной вполне спокойно. Он даже Василия воспринимал нормально, если парень находился рядом со мной. И, в конце концов, настали выходные, которые я ждала. Я решила позвонить Евгению Суровикину. Но взяв в руки телефон, я передумала. Подбежав к шкафу и открыв его, я вытащила из него лёгкое летнее платье, решив одеть его.
 
— Нужно ехать нему домой, — решила я, не откладывая столь серьёзное дело в долгий ящик.
Пришлось ехать на машине на другую окраину города, но с помощью навигатора я смогла найти дом, в котором жил Евгений Суровикин. Оказалось, что он обитал в обычной советской брежневской пятиэтажке. Я решила, что лучше нанесу ему визит неожиданности. Дождавшись, когда откроется автоматическая дверь в подъезде, где жил этот некто Евгений, я юркнула вовнутрь. Хорошо, что какая — то столетняя старушка решила проветрить на улице пёсика, что помогло мне попасть в подъезд Суровикина. Квартира, в которой жил народный целитель, имела весьма символический номер 77, что означало два ангела, потому что число 7 принадлежало именно ангелу.
— Что же здорово! Хорошая примета увидеть число семь, — проговорила я вслух. — Я пришла куда нужно.
Нажав на звонок над дверью, стала ждать ответа оттуда.
— Открыто, — услышала я громкий мужской голос. — Входите, — и я вошла, думая, что увижу мужчину старшего или среднего возраста. Какого же было моё удивление, когда я в комнате квартиры застала парня лет двадцати пяти.
— Здравствуйте! Кто Вы? — спросил он меня удивлённо, явно не ожидавший увидеть незнакомого человека в своей квартире.
— Я хотела бы переговорить с Евгением Суровикиным по очень важному делу? Вы не знаете случайно, где он? Вы его сын?
Парень смотрел на меня с явным непониманием, а затем весело рассмеялся над моими словами.
— Что — то не так? — я была в недоумении, что я могла такого смешного сказать. — Мне нужен Евгений Суровикин. Вы знаете его.
Парень снова, но уже более громко рассмеялся, а затем решил ответить.
— Евгений Суровикин это я. Что вы хотели?
Молодой мужчина оказался весьма симпатичным. У него были волнистые короткие русые волосы, но его глаза смотрели на меня достаточно проницательно.
— Хотела, — собравшись с духом, я начала свою речь. — Нет, не так. Мне сказали, что Вы. Опять не то. Меня зовут Наташа Ростова. Мне вас порекомендовал один очень хороший врач. Вы, наверно, его знаете. Его зовут Александр Михайлович.
— Знаю, — услышала я утвердительный ответ. — Продолжайте.
Меня удивило, что парень даже не делал попытки меня перебить. Он внимательно меня слушал, ожидая, что я скажу дальше.
Я пришла к Вам за помощью. У меня есть брат. Его зовут Александр Волонский. он не ходит. Помогите. Я слышала, что Вы совершаете чудеса и поднимаете тех, от кого отказались врачи.
Я понимала, что от моих произнесённых слов зависит судьба Сашки, его будущее и постаралась вложить как можно больше эмоций в свою речь.
— Пожалуйста, возьмитесь за него. Не откажите. Я очень хочу, чтобы брат ходил. Его рентгеновские снимки со мной. Я покажу их Вам, если хотите. Вы же должны знать степень тяжести его травмы. У него повреждён позвоночник и он не может ходить. Евгений, я заплачу Вам любые деньги. Можно начать с завтрашнего дня.
 
— Стоп, Наташа, так кажется Вас зовут. Я разве соглашался работать с вашим братом? — опустил меня с небес на землю Евгений Суровикин.
— Покажите снимки, — попросил он меня.
— Да, пожалуйста, — ответила я с надеждой в голосе и полезла в сумку, чтобы оттуда достать КТ снимки Сашки.