Греховное Искушение (СИ)

— Так! Я пойду пока пообщаюсь с братишкой и мамой, а ты пока можешь располагаться! — неожиданно для меня бодро сказала она, на что я сразу же плюхнулся звёздочкой на постель, понадеявшись, что вернёмся к этой теме позднее. — На пол, Даймонд. Сегодня ты спишь на полу.
— С какого это такого перепугу я должен спать на полу?
— А то ты сам не догадываешься? За то, что ты устроил на кухне! — коварно она улыбнулась, после чего оставила меня.
Делать в этой комнате мне особо было нечего, так как в ней не было ни телека, ни радио, ни даже патефона, поэтому мне ничего не оставалось кроме как изучить содержимое её багажа, поскольку эта сумка уже минут десять как мозолила мне глаза, и я даже слышал, как она зазывала меня: «Даймонд, открой меня и посмотри, что во мне, может быть ты увидишь там трусики или ещё что-то более интересное». Я ещё какое-то время сопротивлялся этим внутренним позывам, переводя взгляд с сумки на голую стену перед собой, но всё-таки сдался и, схватив тяжеленую котомку, принялся копаться в ней. Боже. Увидел бы кто меня в этот причудливый момент, подумал бы что я какой-то псих с наклонностями злодея-карманника. Как выяснилось, по итогу меня поджидало полное разочарование, так как ни трусиков, ни личных дневников внутри я не обнаружил, лишь какое-то внушительных размеров изделие из металла. Я вытащил его и сначала не мог понять, что это могло быть, но стоило немного сфокусировать взгляд на вещице, как я тут же различил в ней лёгкие. Да, именно человеческие лёгкие, искусно сплавленные из металла, внутри которых отменно были выделаны спайкой бронхи, окрашенные в зелёные, синие и жёлтые цвета, как будто я смотрел на них в разрезе и видел их полное строение. Так вот, что было всё это время в этой сумке. Вероятно, она приготовила эту поделку для Алекса.
Проклятье! Теперь мне снова стыдно за то, что отказался помочь ей нести эту чёртову сумку. Во мне умирают все положительные качества рядом с этой женщиной. Ага, как бы не так. Это не из-за неё, а исключительно из-за меня самого, так как я не в силах справиться с ней и усмирить её стервозную натуру.
Вероятно, я не в силах был справиться и с собственным чувством угрызения совести, поскольку сам не понял, как провалился в бездну, где мне чудилось всякое разное, начиная от нашествия зомби и поедания ими моих лёгких, заканчивая ласковым голосом Ассоль у моего уха.
— Эй, Даймонд, ну же просыпайся! Нам с мамой нужно кое-куда съездить.
— Ну что ещё? — резко открыл я глаза, сонно бормоча — Я-то здесь причём?
— Тебе нужно присматривать за Алексом, пока нас не будет. В доме стоит система оповещения на крайний случай, поэтому, если ты услышишь посторонний сигнал, режущий слух, то тебе нужно будет незамедлительно проверить состояние моего брата.
— Ого, как всё у вас устроено. Без проблем, я за ним пригляжу.
Ассоль показала мне расположение комнаты её брата и затем поспешно свалила из дома вместе со своей матушкой. Нянькой мне ещё никогда не доводилось быть, но признаюсь, компания не самая худшая. Постучавши в дверь Алекса, он быстро открыл её и, нисколько не удивляясь моему визиту, пропустил в своё логово. Комната была просторной, но больше она походила на больничную палату. Повсюду были расставлены баночки с таблетками различных цветов, кое-где можно было увидеть приспособления, историю которых я не знал, но предположил, что это также было предназначено для поддержания здоровья Алекса. На стенах были развешаны рисунки, какие-то фотографии и мотивационные плакаты.
— Колись, ты любишь мою сестру? — спросил мальчишка, глянув на меня с прищуром, а мне от такого неожиданного вопроса вдруг потребовалось приземлить задницу в кресло.
— А ты как думаешь? — попытался я уйти от ответа.
— В том-то и дело, — развёл он руки в стороны. — Я ни черта не понял. Вы какие-то оба странные.
Я ухмыльнулся и немного задумался, понимая, как же чертовски был прав этот наблюдательный малый.
— Знаешь, что я скажу тебе? Любовь — это понятие само по себе странное, у некоторых на него до сих пор не находится объяснений, поэтому не всегда посторонние люди с первого взгляда могут различить между влюблёнными особенную связь. Для того, чтобы понять есть ли чувства между мужчиной и женщиной достаточно лишь проследить за их взглядами, уловить прикосновение, пускай даже мимолётное. Любовь так же можно спутать с обычной похотью, но если присмотреться получше, то всё встанет на свои места. Человек, который хоть раз в своей жизни испытывал чувство любви никогда не спутает это чувство с чем-то другим.
— Кажется, теперь я немного понял. Я вспомнил как ты на неё смотрел, похоже, ты и правда любишь мою сестру, — проговаривал он, почёсывая затылок.
Чувак, ты как раз-таки и относишься к той категории людей, которые путают любовь с элементарным желанием.
— Ага, люблю до скрежета зубов, — мысленно рассмеялся я. — Ну а ты? Ты уже нашёл себе девушку?
Он поджал губы и засмущался, выводя пальцем что-то на своей ладони.
— Вообще-то я бы так не сказал. Мне нравится одна, но не уверен, что ей нравлюсь я.
— А я уверен, что нравишься. Расскажи мне о ней?
На самом деле парнишка был такой же нестандартной внешности, что и его сестра, но для подростка он был довольно-таки видный. Ему бы обрастись мясом, и все девчонки в городе были бы его.
— Я знаю её очень давно и частенько с ней общаюсь. Марли — внучка миссис Олбрайт. Правда она на год меня старше, но мне с ней очень интересно, да и ей со мной вроде бы тоже. Они к нам приходят, когда мама заступает на смену, — говорил он мечтательно, а потом резко вдруг закатил глаза. — Ну знаешь, все они до жути боятся оставить меня дома одного, приходится звать на помощь соседей. Я порой чувствую себя беспомощным, что сильно напрягает. Мама так вообще поднимает панику из-за всякого пустяка, наверное, из-за этого я теперь вынужден буду находиться в госпитале до прихода донорских лёгких, потому что она уже устала следить за мной и быть постоянно на чеку.
— Что ты такое говоришь, Алекс? — возмутился я, вставая из кресла и присаживаясь рядом с ним — Наоборот, она пришла к такому решению, потому что беспокоится о тебе больше всего на свете. Ты с Ассоль самые дорогие для неё люди, и она просто-напросто не может позволить себе потерять вас. Это правильно решение. Так поступила бы любая здравомыслящая мать. В госпитале ты будешь в полной безопасности.
— Ага, если вдруг не умру раньше времени, — склонил он голову.
— Ты не умрёшь! Ты же сильный! Ты будешь жить и ещё всех нас переживёшь! — взъерошил я ему волосы, на что он наконец улыбнулся.
— Тебя-то уж точно! — лукаво изрёк он, отмахиваясь от меня.
— Идёт! — протянул я ему ладонь для очередного рукопожатия.
— Ладно, так уж и быть! Я одобряю твою кандидатуру для своей сестры. Ты мне нравишься.
— Мне приятно слышать, Алекс. Я рад.
Наш вполне себе дружеский разговор прервал мой трезвонящий телефон. Звонила Трисс, вот только непонятно что ей нужно было, так как у нас с ней ещё год назад была договорённость, что звонить мне в мои выходные дни вовсе необязательно.
— Трисс, что-то в клубе случилось? — ответил я на звонок и жестом указал Алексу, что выйду за дверь поговорить.
— Случилось вообще-то, — её тон был немного резок. — Я видела вас сегодня.
— Нас? Кого это нас, позволь узнать?
— Тебя с Макарией. У вас с ней что-то есть?
Вот же дерьмо. Она же та ещё балаболка. Первым делом об этом узнают все танцовщицы, а дальше эти сплетни словно вирус распространятся по всему клубу.
— С чего ты взяла вообще? То, что ты видела нас вместе это ещё ничего не значит, — с полной уверенностью в голосе произнёс.
— Не трудно было догадаться — ни тебя, ни её нет в клубе. С каких пор танцовщицам предоставляются выходные в самые урожайные дни?
— Ты разве забыла, что вчера произошло? У неё стресс, это было ей необходимо.
— Хорошо, допустим! — сделала она короткую паузу, мыча в трубку. — Могу ли я сегодня приехать к тебе? Я хочу провести с тобой эту ночь.