Греховное Искушение (СИ)

— Даймонд, сейчас выход Макарии, а следом за ней будет выступать Анабель. Ты же собираешься понаблюдать за их дебютом? — спросил Тео, высунув голову в дверь моего кабинета.
— Нет, как-нибудь в другой раз! — отмахнулся я.
Я и так, как тикающий механизм бомбы, отсчитывающий секунды до встречи с ней, того и глядишь взорвусь к чертям собачьим раньше положенного срока. Какие тут ещё могут быть наблюдения? Ну уж нет. Предпочту и дальше продолжать сидеть на иголках, пока не услышу долгожданный звонок Палмер.
— Ну смотри! Только потом не говори, что я тебя не предупреждал и ты из-за меня всё пропустил! — улыбался он. Видимо, он так же, как и я был в предвкушении. — А я, пожалуй, пойду посмотрю на наших девчонок.
— Тео, у тебя есть туалетная вода? — спросил я, когда он уже почти успел скрыться за дверью, но внезапно снова открыл дверь, вошёл в кабинет и с неким подозрением глянул на меня. — Может тогда дезодорант, ароматические свечи, ну или на худой конец освежитель воздуха?
— Стесняюсь спросить для чего тебе весь этот набор?
— Сложно объяснять. Ответь просто есть или нет?
— А что, если ничего из этого у меня нет? — я уже чувствовал, как он задумал что-то хитростное у себя в голове.
— Тео, я знаю тебя целых двадцать лет. Как думаешь, поверю ли я в то, что у тебя где-то не завалялся флакон с парфюмом? — говорил я, обойдя его, чтобы зайти в его кабинет и убедиться в этом лично.
— Вообще-то ты прав, в моём офисе у меня кое-то есть, — перегородил он мне путь. — Я принесу, сам ты всё равно не найдёшь.
Вероятно, вы в очередной раз задаётесь вопросом для чего мне понадобилась эта чёртова туалетная вода? Дело в том, что я, в некоторой степени, успел выучить девушек, в том числе и их способности запоминать всякую чушь, вроде голоса и запаха, поэтому я примерно представлял, что мой запах она могла запомнить ещё в Ницце, и боюсь, что она может сразу же догадаться кто сидит перед ней, и чтобы исключить эту оплошность, мне необходимо было замаскировать аромат своей туалетной воды, так как с утра я до этого ещё не додумался.
— Вот, держи! — передал он мне в руки флакон без пульверизатора.
— Вот, спасибо-то! — обрадовался я, как ребёнок
Незамедлительно я открыл крышку, вылил себе на ладонь несколько капель и растёр в области шеи, затем вылил ещё, смочил жидкостью волосы, и следом ещё. Мне казалось, что мой запах всё равно ощущался даже под слоем другого аромата. Всё это время друг следил за мной с недоумевающим выражением на лице, и я его понимаю, после увиденного подобного представления, не имеющее никаких объяснений и логики я бы тоже задумался над тем, чтобы сохранить у себя в контактах номер сумасшедшего дома на всякий невменяемый случай.
— Куда столько? — вытаращил он глаза, указывая на флакон — Ты что, собрался убить кого-то шлейфом, исходящим от тебя?
— Лучше не спрашивай. Просто так нужно!
Тео с силой выхватил у меня из рук флакон, когда я снова хотел обмазать себя, после чего молча, вероятно, всё же сочтя меня за ополоумевшего со снарядом в голове, вышел из моего офиса, и как раз в этот момент мне на телефон позвонила Палмер.
— Мистер Неттинг, всё готово! Можете проходить во вторую комнату. Макария будет там сразу же после окончания своего номера.
Наконец-то! Я чуть было не свихнулся в ожидании!
— Палмер, будь добра, предупреди нашу охрану, что в комнате буду я. Ну ты понимаешь, во избежание недоразумений.
— Да, конечно. Считайте, что все они уже предупреждены.
Я снял с себя пиджак, закатал рукава на рубашке по локоть и расстегнул на ней пару пуговиц, чтобы заблаговременно облегчить себе проход воздуха, так как предполагал, что могут возникнуть проблемы с дыханием, ровно так же, как и в прошлый раз, когда увидел её обнажённой у себя в номере. Успокаивающе выдохнув, и чуть было не перекрестившись, я вышел из офиса, неспешно спустился на второй этаж и с осторожностью зашёл во вторую комнату. В ней меня встретил полумрак, да и только, но это так же наше правило: клиенты располагаются в комнатах в первую очередь, это делается для того, чтобы они могли успеть привыкнуть к помещению, удобно обустроиться, и выбрать лучшее для себя место. Эта комната сделана в стиле минимализм и из мебели в ней практически ничего не было, кроме большого кожаного чёрного кресла и дивана, расположенных друг напротив друга от пилона, но отмечу эта мягкая мебель очень удобная, она будто бы создана специально для подобных помещений. Сбоку у стены была размещена стереосистема, из которой играла As The Rush Comes (Extended Instrumental) by Motorcycle, так как без музыки танец уже не имеет никакого смысла, я даже предположил, что трек специально поставлен в режим «повтора». На потолке был закреплён зеркальный шар и несколько видов световых приборов, которые уже были в рабочем режиме, обволакивая тем самым комнату в приятную глазу обстановку из-за отражающегося от них света, что казалось будто бы я открыл дверь не в приват-помещение, а прямиком в космос. Мне даже показалось, что голова внезапно пошла кругом, плавно унося меня куда-то за пределы моего понимания или это был всего лишь на всего простой оптический обман зрения, так как из-за этих распространяющихся по комнате сотен огоньков, в сочетании с музыкой, уносящей в необъяснимый гипнотический транс, комната начала понемногу вращаться, поэтому я поспешил расположиться в кресле, стоявшем спиной ко входу, и принять расслабленную позу. Откинувшись на спинку, я с замиранием сердца выжидал её появление. Я не видел, как она вошла, но я различил её едва улавливаемые, словно охотившейся львицы шаги, отчего дыхание моё мгновенно перехватило, волосы на всём теле вздыбились, а ведь она даже не прикоснулась ко мне ни разу. Макария молча прошла к стереоустановке, я практически не видел её, лишь силуэт, но, когда световые приборы изредка попадали на неё, немного освещая, я смог разглядеть, в чём она была одета, после чего мысленно поблагодарил людей, которые изобрели чёрное кружевное бельё, чулки и подтяжки.
— Есть предпочтения в музыке? — Я отрицательно мотнул головой. — Тогда оставим эту, мне она нравится, — сказала она, после чего прибавила громкость.
В такт медленной музыке Макария подошла ко мне и легонько, едва ощутимо, провела ладонью мне по груди, а затем по волосам, пока я наблюдал за её силуэтом своим хищным взглядом. Она обошла кресло и встала у меня за спиной, я чувствовал, что она танцевала, выписывая круги бёдрами, но я хотел видеть её перед собой, мне нужно было, чтобы она была у меня перед глазами. Как только я подумал, что следовало бы ей развернуться, она наклонилась ко мне со спины и погрузила свои ладони мне под рубашку, дотрагиваясь при этом до кожи на груди. Её волосы спадали мне на плечо, обволакивая всё вокруг приятным сладковатым ароматом, отчего я даже прикрыл глаза и откинул голову, так как это было чрезвычайно расслабляюще. Губами она приблизилась к моей шее и пустила струю горячего воздуха на кожу. Казалось бы, что в этом может быть особенного? Но нет. Было весьма приятно и всё это в совокупности оказывало на меня волну возбуждающего эффекта. Макария разорвала наш телесный контакт и снова обошла кресло, на этот раз плавно присаживаясь ко мне на колени.
— Малыш, тебе нравится? — спросила она, я приложил усилия, чтобы медленно кивнуть, поскольку понял, что ничего не мог сделать, мышцы будто бы атрофировались.
Она потянулась к моим пуговицам на рубашке и начала одну за другой расстёгивать их. Когда она, наконец, справилась со всеми, её руки начали блуждать по всему моему торсу. Мои глаза были на уровне её плеч, и как же мне хотелось в эту самую секунду вонзиться зубами в её кожу, я хотел почувствовать её вкус на своём языке, но не мог нарушить правила, написанные моей же рукой. Когда она начала тереться своей промежностью по моей эрекции, я осознал, что зря всё-таки сетовал на импотенцию, так как все проблемы были исключительно в моей голове. Я хочу именно ЕЁ. Губы Макарии были в дюйме от моих, я уже начал предполагать, что она поцелует меня, но, резко отстранившись от меня, она слегка привстала и выгнулась назад, увлекая меня за собой так, что я лицом зарылся в её груди. Именно тогда-то мои силы самоконтроля иссякли, правила уже были неважны для меня, ничего было неважно в этот момент, поэтому рука самопроизвольно заскользила по её упругим гладким бёдрам вверх, чувствуя при этом своей ладонью жар, доносящийся от неё.