Греховное Искушение (СИ)

— Иди смотри! Почти все в сборе! — ворвался без стука Тео, как и обычно это было заведено — Только сотри с лица эту свою кислую мину, наконец! Ты что, изменил свой рацион и питаешься теперь одними лимонами?
— Очень остроумно, Тео, — закатил я глаза. — Тебе кто-нибудь говорил, что использование тупых высказываний не красят мужчину?
— А что его красит? Вечно недовольная рожа и климакс, как в твоём случае? Пошли уже, мистер умник.
Я встал с кресла, надел пиджак и вышел из кабинета. Мой офис находится на третьем этаже, а двери моего кабинета выходят прямиком на балкон, который открывает прекрасный вид на саму сцену. Я опёрся о стену и погрузил руки в карманы, устремляя при этом ленивый взгляд на шеренгу из девушек, стоящих на самой сцене. Я начал мысленно вести их подсчёт, чтобы понять скольких нам ещё придётся ждать на общем собрании, и сбился на десятой по счёту, замирая своими широко раскрытыми ополоумевшими глазами на ней.
Бл*ть! Святые потроха! Да чтоб я сдох! И лучше, чтобы в эту же самую минуту! Это не может быть она! Как? Я же не пил сегодня? Нет! Тогда откуда у меня взялись эти глюки? Это же галлюцинации? Определённо!
Я таращился на Дьявола так, что мне потребовалось протереть глаза, поскольку мне показалось, что я поймал галлюцинацию из-за того, что второй день подряд не выпускал её из головы. Когда мне не особо это помогло, единственным моим желанием было спуститься вниз к сцене, схватить её за руку, погрузить себе на плечо, чтобы увести подальше от посторонних глаз и отшлёпать по заднице так, чтобы она не переставала гореть до конца её дней, чтобы единственное о чём она могла думать в своей жизни, так это о том, как бы сесть на унитаз поудобней, чтобы это было безболезненно для её задницы.
— Ты тоже её видишь? — указал я на неё пальцем.
— Кого?
— Дьявола.
— Ты здоров вообще? — в шутку прикоснулся он к моему лбу, на что я сразу же отпихнул его от себя.
— Что она здесь делает? — не мигая и почти не шевеля губами, спросил я.
— Да кто из них тебя интересует?
— Та, что в белом лёгком платье.
Друг окинул их взглядом и затем обычным своим тоном сказал мне:
— Она работает у нас!
— Работает? У нас? — в недоумении я начал тупо смотреть на друга и ничуть при этом не шутить — Надеюсь, бухгалтером?
— Каким ещё бухгалтером?
— Неужели стюардессой?
— Ты в своём уме? Да что с тобой? Стриптизёршей она работает у нас! Ты с Луны свалился? — повысил он голос.
Это шутка какая-то? Где камеры? Куда смеяться?
Получается, она обманула меня, говоря, что работает стюардессой? Или её турнули из авиакомпании, и она была вынуждена незамедлительно искать себе работу именно в ночных заведениях Лос-Анджелеса? Хорошо, допустим! Но почему её выбор пал именно на этот чёртов клуб? Я был бы безгранично счастлив случайно встретиться с ней снова, скажем, на улицах города, в супермаркете, или же в библиотеке, на худой конец, но не в такой обстановке.
— Она не будет работать у нас никакой стриптизёршей! — жутко разозлился я и развернулся, чтобы уйти в свой кабинет.
— Это ещё почему? — перегородил он дорогу, злобно смотря на меня.
— Потому что она мне не нравится! — совсем неубедительно сказал я.
— Ты совсем ополоумел? — взялся он за голову — Я про неё тебе и говорил! Она великолепна! Самый настоящий ангел!
Она невинна, осёл! Если я не позволил себе этого, то с какой такой радости я позволю это кому-либо другому?
— Она не будет танцевать в нашем клубе! И точка! Ничто не изменит моего мнения!
— Что на тебя нашло? — взял он меня за грудки, цедя сквозь зубы — Мы не найдём никого лучше! Или, быть может, сам предпочтёшь крутиться на шесте? В таком случае занимайся отборами самостоятельно! Я отказываюсь от этого!
Он смерил меня своим последним пренебрежительным взглядом и спешным шагом направился к лестнице.
— Где её результаты анализов? — выкрикнул я.
Мне нужно отыскать их и вышвырнуть её отсюда, так как девственницы у нас не в почёте. Что я несу? У нас не было никогда такого правила. Не важно, чёрт подери! Будем считать, что я ввёл его именно в эту же самую секунду.
— У тебя на почте!
— Прекрасно!
Найдя её результаты анализов у себя в почте и изучив их досконально, я пришёл в крайнюю степень ярости, я готов был вырвать на себе все волосы и выколоть глаза, валяющимися карандашами на столе, я мечтал провалиться сквозь землю и расплющиться под задницей гиппопотама, так как то, что я узнал, повергло меня в глубочайший шок. В одной из справок Дьявола (или если правильней, то Макарии, мать её, Ванхавербек) говорилось о том, что та наглым образом покинула ряды непорочных дев и перебазировалась в Содом и Гоморра. Она, чёрт меня дери, больше не является девственницей. Вот это провал. Разве я ради этого боролся сам с собой, чтобы не слететь с катушек и не расчехлить её, попутно мучаясь со своим стояком, чтобы она предложила себя первому встречному? Я чёртов лопух! Судьба уготовила мне такой шанс, а я из-за своих нравственных принципов лишился всего этого? Я буду всю жизнь теперь себя проклинать из-за этого!
Я сошёл с ума…
Не знаю почему, но я слишком болезненно отнёсся к этой новости, у меня как будто бы отобрали последнюю конфетку со вкусом девственности и в голове начали всплывать всякие разные мысли, начиная от того, что нужно было всё-таки пойти к ней и вывести её на разговор, заканчивая мыслями о беспробудной пьянке, чтобы хоть как-то успокоить себе нервы. Вы скажите: чувак, да что такого произошло? Ну подумаешь отдала себя другому, всякое в этой жизни бывает, тем более она была не твоей. А я скажу вам: в тот момент она была моей, она была готова, и что-то в этой девушке есть особенное, что она не выходит у меня из мыслей. Не могу вспомнить, когда в последний раз я был так зациклен на ком-то, она засела у меня в голове, поселилась там основательно и не собирается съезжать. А теперь получается, что я же и остался в дураках, ведь она не прислушалась к моим словам, сказанных ей в ту ночь. Что ж. В таком случае пусть делает что хочет, хоть крутиться на членах вместо пилонов, мешать не стану. В свою очередь я постараюсь справиться со своими мыслями самостоятельно. Мне просто необходимо быть какое-то время в тени, подальше от неё, не хочу даже видеть её. Хватит с меня! Надоело жить по понятиям! С этого дня я буду пользоваться всем, что преподносит мне эта жизнь…
— Трисс, есть пара минут? Можешь зайти? — звонил я, не решаясь выйти к сцене.
Ничего так мне и не ответив, она бросила трубку, но буквально через минуту уже была у меня в кабинете. Раздражённая. Остервенелая. Обиженная. Впрочем, ничего нового и удивительного. Это обычное её состояние, когда она не получает «порцию» моего члена на ужин.
— Обучи новеньких и проведи им экскурсию, — сказал я как можно мягче, но вряд ли у меня получилось.
— Вот сам их теперь и обучай! А я посмеюсь над тобой.
Я всё-таки сделал над собой усилие, встал из кресла, подошёл к ней и, обхватив её лицо руками, даже улыбнулся ей.
— Не будь маленькой, Трисс! Ну повздорили и забыли, нам же работать ещё вместе.
— Я обучу их, но ты мне останешься должен! — затрепетали её наклеенные ресницы.
Я понял, что это сработало, поэтому быстренько вернулся на своё прежнее место, отчего Трисс снова скуксилась.
— И ещё…тебе нужно втереться к ним в доверие. Постарайся узнать о них как можно больше информации из личной жизни.
— Зачем тебе это? — хмурила она брови, держась за ручку двери.
— Не нравятся мне они, хочу быть уверенным в них на сто процентов, поэтому подумал, что ты мне поможешь. Ты же у нас в этом деле главная.
— Хорошо! Так и быть, я прослежу за ними.
Я подмигнул ей и как только она закрыла за собой дверь, стёр с лица эту тупую улыбку, а затем и вовсе свалил из клуба. Я отправился в казино, чтобы отвлечь себя за азартными играми, ведь в клубе, если я увижу её мне захочется поиграть с ней, с её телом, а в казино мне хватит и того, что я поиграю «костями» и спущу при этом пару тысяч баксов. Плевать.