Последний проблеск света (ЛП)

— Как по мне, неплохо. Я предпочла бы знать, куда мы направляемся, а не просто переть вслепую.
— Тогда давай так и сделаем.
Вся вторая половина дня уходит на объезд, избегание дорог и соседних населенных городов. Когда мы добираемся до нужных окрестностей, уже наступает закат.
Теперь слишком темно, чтобы видеть что-то вдалеке, даже если мы заберемся на вершину самого высокого холма и посмотрим, так что вместо этого мы ищем, пока не находим хижину в стороне.
Она пустует. Лишь одна комната с маленькой кроватью и встроенным шкафом. Вот и все. Нет ни единого предмета мебели, чтобы поставить перед дверью, хотя есть большая доска, которой можно подпереть ее. Окна не разбиты, но и ничем не защищены.
Это лучше, чем ночевать под открытым небом, но нам придется спать под открытым небом.
Я ложусь первой, все мое нутро так и скручивает из-за того, что случится завтра. Пес сворачивается на полу у кровати. Я проспала всего пару часов, когда резко просыпаюсь от того, что Трэвис зовет меня по имени.
Он говорит тихим, торопливым голосом.
Я сажусь на кровати, мое тело сразу переходит в кризисный режим.
— Фары, — он стоит у окна, держа дробовик наготове.
— Сюда едут?
— Ага. Уже паркуются.
— Вот черт, — я выкатываюсь из постели, хватаю пистолет и встаю ко второму окну.
— Встань сбоку, — говорит Трэвис. — Не знаю, кто это. Вдруг выстрелят прямо в окно.
Я подчиняюсь и выглядываю настолько, насколько это возможно, чтобы не сделать себя мишенью. Я не вижу ничего, кроме фар. Пес тоже проснулся и теперь тихо рычит у моих ног.
Я едва не выпрыгиваю из собственной шкуры, кода громкий выстрел раскалывает тьму. Мужской голос кричит:
— Кто бы там ни был, эта хижина вам не принадлежит.
Несмотря на грубую властность тона, эти слова приносят мне облегчение. Непохоже, что это тот, кто хочет просто так вредить другим.
— Она пустовала, — кричит Трэвис в ответ. — Мы не знали, что тут занято. Мы не ищем проблем.
— Тогда убирайтесь оттуда на хер!
— Нет, пока не узнаем, кто ждет нас снаружи.
Я слышу, как незнакомый мужчина что-то приглушенно произносит. Похоже, он матерится себе под нос. Затем он выкрикивает:
— Сначала сами назовитесь.
Трэвис не отвечает сразу же.
Я знаю, почему он колеблется. Признать, что внутри всего двое, может дать незнакомцам преимущество. Но теперь я абсолютно уверена, что мужчина снаружи не желает на нас нападать. Он напоминает мне Трэвиса. Защищает себя. Людей с ним.
Старается изо всех сил.
Я слышу это по его голосу.
Это противостояние будет длиться вечно, если кто-то не разрешит эту дилемму.
Так что я следую своим инстинктам и кричу:
— Тут только я и он. Нас двое. Мы не ищем проблем. Но мы не будем выходить, пока не убедимся, что это безопасно.
Воцаряется пауза. Затем…
— Лейн? Это ты?
Новый голос. Женский. Знакомый.
Я прекрасно знаю, кто это. Потому что слышала его почти каждый день.
— Мисс Дженсон?
— Да! О Боже мой, Лейн, поверить не могу, что это ты. Кто там с тобой?
Трэвис повернулся ко мне и вопросительно хмурится.
— Это мисс Дженсон! Она преподавала мне английский в девятом классе. Она была с той группой, что покинула Мидоуз, — далее я кричу в окно: — Там есть еще кто-то из Мидоуза?
— Нет! Нас всего четверо. Можешь впустить нас внутрь, пожалуйста?
Я больше не сомневаюсь в людях снаружи, так что бегу к двери. Я сначала бросаю на Трэвиса вопросительный взгляд, и он неохотно кивает.
Я распахиваю дверь и выхожу в темноту.
Мисс Дженсон, учительница, привившая мне любовь к поэзии бежит и обнимает меня.
Она преподавала всего два года к тому моменту, как я оказалась в ее классе, так что сейчас ей нет и тридцати. Она среднего роста, с вьющимися золотисто-каштановыми волосами и ослепительной улыбкой. Я вижу, как она улыбается в свете фар.
Позади нее мужчина. Должно быть, это он говорил. Он большой чернокожий мужчина с широкими плечами и бритой головой, и на нем армейская униформа. Он до сих пор держит оружие у плеча.
И Трэвис тоже, когда выходит с псом.
 
Я закатываю глаза.
— Ребята, ну перестаньте? Никто тут не желает вредить кому-либо. Вы можете опустить оружие.
— Кто еще с вами? — спрашивает Трэвис, глядя на другого мужчину.
— Только я, — говорит мужчина и кивает на мисс Дженсон. — Анна. И еще две женщины в грузовике. Они выйдут, когда ты опустишь оружие.
— Трэвис? Пожалуйста?
Он встречается со мной взглядом и наконец-то опускает дробовик.
Другой мужчина делает то же самое. Он входит в хижину, явно убеждаясь, что там пусто. Затем делает жест рукой.
Две другие женщины выходят из грузовика.
— Я Мак, — говорит мужчина. Он не особо дружелюбен, но и не кажется таким враждебным, как раньше. — Видимо, Анну вы знаете. А там Мэйси и Дженна.
— Трэвис, — он встает передо мной и кладет ладонь на мою спину в оберегающем жесте. — Это Лейн. А это пес.
— Трэвис Фаррелл? — переспрашивает Анна, поворачиваясь к нему. — Я едва тебя узнала.
— Давно не виделись.
— Теперь мы можем пойти внутрь? — спрашиваю я. — Мне не нравится находиться снаружи в темноте. Может, мы сумеем разместиться в хижине на ночь.
Всем это кажется приемлемым планом, так что мы набиваемся в небольшое помещение.
Мэйси и Дженна выглядят как сестры. Им по тридцать с небольшим, и они неразговорчивые. Они вместе съеживаются на кровати.
Мак — привлекательный мужчина и далеко не такой страшный, как казалось сначала. У него темные умные глаза и приятный низкий голос, когда он не качает права.
— Мы используем эту хижину для временных остановок, — объясняет он, когда все остальные рассаживаются на полу. — У нас есть некая сеть. Чтобы уберечь людей, которые хотят добраться до Форт-Нокса.
— Так вы тоже направляетесь туда? — Трэвис сидит рядом со мной. Мы оба расположились спинами к стене, и наши бедра соприкасаются.
Мак качает головой.
— Мы только что оттуда. Стараемся убраться подальше, — он кривит губы. — Видимо, вы не знали. Форт-Нокс пришлось забросить.
Я ахаю, Трэвис рядом со мной напрягается.
— Мы хотели передать сообщение о надвигающемся стаде.
— Да. Мы получили сообщение.
Должно быть, кто-то из посланцев Марии добрался туда раньше нас. Слава Богу, сообщение не опоздало.
— Мы долго удерживали базу — те из нас, что остались от армии и работали там, — говорит Мак. — Мы приняли всех, кого могли, и пытались уберечь их. Но нас атаковала одна банда за другой, все пытались пробиться, забрать наших людей и припасы. Мы практически не могли выбираться на вылазки за провизией. За последние шесть месяцев слишком много людей пришли туда в поисках помощи. У нас уже заканчивалась еда и припасы, а потом мы получили сообщение о надвигающемся стаде. Так что мы не могли оставаться дальше. Пришлось бросить базу и эвакуироваться. Это слишком заманчивая мишень для засранцев.
— Значит… все в порядке? — мой голос надламывается.
Мак бросает на меня сочувственный взгляд.
— Настолько в порядке, насколько это возможно. В мире больше не осталось безопасных мест.
— Куда все пошли? — спрашивает Трэвис.
— Они разделились на пять разных караванов. Если все пойдут вместе, получится слишком большая мишень. Все ушли в течение сегодняшнего дня и направились в разные стороны. Они пытаются выбраться незаметно, чтобы на них не напали на дороге.
— Почему ты не с ними? — спрашиваю я.
— Я не фанат путешествовать с большими толпами. Передвигаться маленькими группами всегда безопаснее, легче прятаться. Анна, Мэйси и Дженна хотели отправиться в Западную Вирджинию. Там есть группа женщин, которая заботится о других женщинах. Они послали весточку о стаде. Я сказал, что помогу с попытками отыскать их.
Я оживляюсь.
— Мария и ее группа?
— Ага, — Мак с интересом удерживает мой взгляд. — Вы их знаете?
— Мы встречались в дороге. На самом деле, это мы передали им сообщение, — я смотрю на свою учительницу английского, стараясь воспринимать ее как Анну, ибо звать ее мисс Дженсон уже странновато. — Значит, вы хотите примкнуть к ним?