Лалиса и её друзья (СИ)

- Это твоя тонсен?
- Нет, это Розэ она из Австралии. Учится вместе с моей тонсен в одном классе.
- Но откуда у тебя появилась сестра? Никогда не было, и вдруг…
- Она сейчас придёт, увидишь. А вот и она! – Сон Ми указывает на появившуюся в дверях кафе Лалису.
Увидев светловолосую длинноногую девочку, Хен Джу сильно удивляется:
- У тебя тонсен вегугинка?
- Нет! - Смеётся Сон Ми. – Она тайка.
- Красивая. И ноги у неё ровные.
- Она танцор.
- А, понятно.
- Привет честной компании! – Странно здоровается подошедшая к столику Лалиса.
- Знакомься, Лалиса, это моя подруга, Хен Джу.
- Очень рада! – Кланяется тайка. Она подзывает официанта, и через две минуты у неё на столе появляется мороженное и чашка кофе.
Хен Джу никак не может вспомнить, где видала эту девочку. Но потом, когда Лалиса поворачивается в профиль, у неё перед глазами встаёт госпиталь Понсэн. Туда она ходила навестить свою бабушку, которая ей рассказала, что на этом же этаже лежит школьница, которую сбил автомобиль, и что она не помнит ничего, даже своих родителей. Тогда Хен Джу пожалела эту девочку, и даже подошла, и через открытую дверь палаты посмотрела на лицо подростка. Она спросила тогда у медсестры, как зовут пациентку. Та ответила, что это Лалиса Манобан из Таиланда, родственница каких-то чеболей.
- Твоя фамилия Манобан, хубэ? – Спросила она у Лалисы.
- Да, а что такое? – Насторожилась тайка.
- Ты что-нибудь вспомнила? – Хен Джу, увидев непонимание на лице Лалисы, поспешила добавить:
- Я тебя видала в больнице, где ты лежала на одном этаже с моей бабушкой.
- А! Так бы сразу и сказала. Нет не всё. Вот, вспомнила Чэён. – Она указала на Розэ.
Больше на эти тему девчонки не говорили. Через час они встали, расплатились и ушли.
Место действия: дом семейства Ким, кабинет Хё Мин.
Время действия: двадцать первое августа две тысячи девятого года, вечер. 
- И кто такая эта Лалиса, что ей вы позволяете тратить столько, сколько она пожелает? Откуда у неё золотая карточка с её именем? Она ведь ещё несовершеннолетняя. Она меня вообще не слушает! Выходит, что не я ваша дочь, эта тайская школьница! – Красная, как рак, Сон Ми выговаривает своей матери всё, что она думает о наглой тонсен.
- Успокойся, Сони! – Мать хмурится. – Она ничего плохого для нас не делает. Даже наоборот. Недавно она помогла твоему аппе выявить аферистов.
- Это когда? – От удивления Сон Ми вытаращила глаза.
- В прошлое воскресение. Помнишь? Аппа повёз её к себе на завод.
Сон Ми кивает головой.
- Лалиса знает русский язык, у неё прабабушка была русской. – Сообщает мать дочери.
У Сон Ми со стуком захлопывается открытая нижняя челюсть.
- Помнишь, что ей плохо стало?
Дочь кивает головой.
- Она тогда ругалась по-русски. У тебя сохранилась запись её ругани?
- Нет, зачем она мне. Я стёрла, и Розэ тоже…
- Жаль. Узнали бы, что она там кричала. Ну, да ладно, так вот! Лалиса помогла нам не попасть в лапы каких-то русских аферистов, подтвердив подозрения нашего аппы.
- Она что, их опознала?
- Нет. Откуда она могла их знать. Просто подслушала, что они говорят между собой, и рассказала аппе. Поэтому ей дали карточку. Сколько там, я не знаю, но точно знаю. что Лалиса сохранила нам в пять раз больше, чем ей дали. Поэтому, она может тратить эти деньги как хочет. Понятно?
- Да, омма! – Сон Ми встаёт, кланяется, и выходит из кабинета.
Место действия: дом семейства Ким, комната Лалисы.
Время действия: двадцать первое августа две тысячи девятого года, десять часов ночи. 
Сон Ми всю дорого от молла домой дулась на меня. Потом я видел, как она пошла к матери в кабинет. Все девчонки такие! Чуть что, сразу ябедничать к мамочке бегут. Я же занялся монтажом купленного компьютера. Три часа устанавливал его на стол, подсоединял монитор, и прочие части. Зато теперь, у меня аппарат с огромной памятью с монитором в шестьдесят дюймов по диагонали. Поставил все программы, которые купил, ну, кроме местного «Виндоуса», его мне продавец в магазине поставил. Кстати, я вспомнил, где его видел! В Центре языка. Он английский сдавал.
 
Сижу перед монитором, радуюсь. Клавиатура здесь интересная. Её фактически нет – это виртуальное изображение. Получается, что она вечная! Ещё установил такую же виртуальную мышку. Никаких проводов, мешающих работе, никаких резиновых ковриков.
Оп! Звонок телефонный! А, понятно! Тётка к себе требует, наверное, Сон Ми нажаловалась.
Выхожу в коридор, и нос к носу сталкиваюсь со своей онни. Она на меня как-то странно смотрит, а потом неожиданно целует в лоб. И что это сейчас было?
Место действия: дом семейства Ким, кабинет Хё Мин.
Время действия: двадцать первое августа две тысячи девятого года, вечер. 
- Лалиса-ян! Проходи. Садись. Ты много сегодня потратила?
Краснею. Но отвечать придётся:
- Да, аджумони.
- Что ты приобрела?
- Вот, этот телефон, и компьютер, но он с монитором у меня в комнате стоит, я его уже подключила.
- Сама? – Удивляется Хё Мин.
- А там подключать нечего, всё виртуальное. Просто программы устанавливала всё это время.
- Ты и это умеешь?
- Ну, главное диск с ними иметь, и знать, куда его пихать.
- А это что за телефон?
- Новейший! Как вы и сказали, аджумони, его в интернете нет, только в «Самсунге». Недавно привезли. Компьютер, кстати, тоже.
- И сколько ты за всё отдала?
- Четыре миллиона вон. Но зато, теперь мне ничего не надо электронного покупать лет десять, наверное.
- Ладно, деньги твои, трать как хочешь. Только знай, что больше никто их тебе не даст!
- Да, аджумони! – Встаю, кланяюсь.
- С Сон Ми больше не ссорьтесь. Ты должна выполнять то, что она просит. Таковы правила в этой стране. Мне они тоже не нравятся, но таковы традиции, и мы их отменить не можем.
- Понятно, аджумони!
- Можешь идти.
Место действия: дорога к музыкальной студии «Си Лай Чон», машина семьи Ким.
Время действия: двадцать второе августа две тысячи девятого года, утро.
Поехал с охраной вначале к своей классной руководительнице. Адрес она сказала по телефону. Добрались быстро – машин в городе было мало. Она меня встретила уже одетая в джинсы, кроссовки и майку с надписью «Агдан» и портретом какой-то незнакомой девушки, причём, не похожей на кореянку. Слово я вспомнил, как и в каком контексте, я его видал на старой Земле. Решил поинтересоваться, может быть, и вправду, здесь Агдан существовала, как в книге было написано. Спрашиваю Юн Ми:
- Сансенним, а что это за хулиганка у вас изображена на майке?
- А, где? А, это. Грустная история. Вместе со мной в «Кирин» училась девочка, Ли Хе Рин. Она была родом из неблагополучного района Сеула. Была та ещё оторва! Например, она обыграла старшекурсников из группы «Санкорё» в карты, а потом продала их одежду фанатам за большие деньги. Побила двух дебилок, которым показалось, что она не заслужила места в «Кирин». Ли Хе Рин единственная из нашего выпуска, кто умел играть практически на всех инструментах. И голос у неё был великолепный, и главное, она была голубоглазой! И природный цвет её волос был таким же, в какой окрашена твоя причёска. Её отец был из Европы. Кто точно, знала только её мать.
- Сансеним, извините, что перебиваю, только один вопрос! А онни у неё была или кошка?
- Нет, она была единственной дочерью, никаких животных в их доме не было. Отец её умер, когда ей было пять лет. Поэтому, она кроме корейского. Знала ещё русский и какой-то другой язык. Когда мы тайком напивались в «Кирин», хоть это и было запрещено, она учила нас ругательствам. Вот, я и сейчас помню: «Вобла сушёная, уё….й с моей дороги!», «Е…ь мои носки!», «Блин, а п……й бесплатно не хочешь!», «Вот, суки, при...лись, твари!», «Швайне хунде!», «Их вил дас ду стирбст». Ну, и некоторые другие. Ты же знаешь русский язык, Лалиса, переведи мне, что это всё значит. А то я до сих пор не знаю, что кричу. Просто, когда ругаюсь с кем-то, употребляю все эти выражения.