Лалиса и её друзья (СИ)

- Что тут происходит? - Повторяет вопрос женщина.
Кланяюсь, да и класс, вспомнив корейские закидоны, подскакивает, и все хором, поклонившись, орут:
- Аньон хасейо, сансенним!
- Манобан. Что это за концерт ты тут устроила? – Хмурит брови классная.
- Это не концерт, сансенним, а литературный спор о многозначности стихов разных культур! – Выдаю я на гора мудреную фразу, от которой у моих одноклассниц вновь округляются глаза.
- Да… да, это литературный спор. Только ученица Манобан вместо декламации стихов, предпочитает их петь. – Промямлила мегера.
- Манобан, а что это вы сейчас пели про девушек и парней? – У Пак Юн Ми включилось профессиональное любопытство.
- Самнсенним, это я придумала стихи в стиле К-поп, и танец. Но всё сырое, надо ещё обработать. Да и петь это должен мужчина. Там от его имени текст идёт.
- А сам текст у тебя есть?
- Да, если надо, могу показать, сансенним.
- Покажи.
Лезу в шкафчик, достаю свою флешку.
- Вот, я ночью это записала. Тут и музыка с танцем, и стихи. – В поклоне, обеими руками, по всем корейским канонам, передаю флешку Пак Юн Ми. Она удивлённо смотрит, но берёт, и произносит:
- Хорошо, я посмотрю на моём ноутбуке. Продолжайте занятие…
И вот, стоим в коридоре. Одноклассницы теперь прилипли ко мне, и пытаются выяснить, как это я смогла такое написать. Не пойму их. То целую неделю не подходили,а то вдруг все сразу навалились…
Место действия: старшая женская школа «Намсан», кабинет директора.
Время действия: девятое августа две тысячи девятого года, от десяти до одиннадцати утра. 
Звенит звонок. Сейчас у нас будет история. Заходит учитель, и мы все встаём, кланяемся:
- Аньён хасео, сансенним!
- Садитесь! – Историк окидывает взглядом сидящих учениц, но тут раздаётся звонок его телефона.
- Алло! Да, господин директор. Понятно. Сейчас пошлю. Манобан, выйди в коридор, и вместе с дежурной идите в кабинет директора.
Молча подчиняюсь. Все провожают меня испуганными глазами. До дирекции дошли за пять минут. Стучу в двери.
- Заходите! – Раздаётся голос мужчины. Вхожу, кланяюсь, здороваюсь.
- Манобан! Зачем вы устроили на уроке шоу? На вас пожаловалась учительница корейской литературы.
- Мне показалось скучным, просто декламировать стихи. И я решила спеть.
- Здесь школа, а не консерватория! – Грозно рычит директор. – Чтобы больше я о таком не слышал! Ясно?!
Кланяюсь:
- Да, господин директор.
- За нарушение дисциплины на уроке сегодня останьтесь на час после уборки помещений! С вами поговорит ваша классная руководительница! Идите.
Бреду обратно. Ну, час, ещё ничего. Успеем на танцы. Интересно, а чего хочет от меня, Пак Юн Ми? Опять мозги поласкать будет? Они тут мастера в этом деле. А эта мегера, сволочь! Сразу донесла на меня директору! Наверное, всё вывернула так, чтобы на меня все шишки летели. Ой! Что-то живот заболел внизу. Мокро как-то в трусиках. Бегу в туалет. Ну, это громко сказано. На самом деле волочусь, еле переставляя ноги. Добрался. Снимаю шорты и трусы… Ё моё! ЭТО НАЧАЛОСЬ! Голова заболела. И тело стало, как будто ватным…
Место действия: старшая женская школа «Намсан», медпункт.
Время действия: девятое августа две тысячи девятого года, три часа дня. 
Очнулся. Тело ломит. Руки поднять тяжело, побаливает голова. Грудь тоже ноет. Лежу, устремил глаза в потолок. Где, я? Вспомнил про директора, про туалет… Чувствую, что у меня начинают гореть щёки. Вот бл..ь! Это же месячные у меня! Совсем забыл, что я сейчас двенадцатилетняя школьница! Но как я тут очутился? Я что, сознание потерял? Вот жопа! Теперь надо мной все будут смеяться. Надо отсюда побыстрее смыться! Ага! И как? Тело не работает и всё болит. Особенно, сильно соски ноют. Жрать чего то захотелось. Похоже на то состояние, в котором я очнулся первый раз в этом мире на больничной койке. Теперь это будет преследовать меня всю жизнь…
 
- Лалиса-ян, ты очнулась? – Раздаётся женский голос. – Не волнуйся. Ты в медпункте школы. Сюда тебя доставили дежурные. Ты лежала около туалета. Что болит?
- Всё! – Хриплю, потому что язык плохо слушается. Господи, за что ты меня так караешь?!
- У тебя это в первый раз, девочка? - Участливо спрашивает врач.
- Да… - Хриплю в ответ.
- Ничего, в следующие разы будет намного легче. – «Успокоила» меня доктор. – Сейчас я дам тебе одно лекарство, и через полчаса тебе станет лучше. Да, и покажу тебе. как правильно ставить прокладки…
Она ещё что-то говорит, но я уже не слушаю. В голове крутятся невесёлые думы о бренности жизни, о том, что может я зря не покончил жизнь самоубийством ещё в больнице…
Врач дала мне какую-то красную таблетку. Полежал. Действительно. Полегчало. По крайней мере, голова и тело перестали болеть. Попытался встать. Удалось не сразу, но сел на лежаке, а потом, с помощью врача, встал. Ходить вот неудобно. Приходится передвигаться в раскоряку. Иногда внизу живота появляется резь. Получил от врача прокладки. Эти, которые с «крылышками». Попытался поставить одну, но безуспешно. Врачиха показала, как надо действовать. чтобы прокладка стало на место, как влитая. Потом доктор дала упаковку с девятью таблетками.
- Будешь пить по три штуки в день, Лалиса-ян. Через трое суток всё пройдёт. Потом купите эти таблетки. Скажи своей омме, а то тебе пока их не дадут в аптеке.
В общем, добрёл я до класса. Настроение паршивое. Постучал в дверь. Зашёл.
- Извините за опоздание, сансенним.
- Проходи, Манобан. Садись.
Стараюсь ни на кого не смотреть. Так и видятся везде ухмыляющиеся рожи. Но приходится поднять глаза, ведь идёт урок… Никто на меня не смотрит, у всех девчонок сосредоточенные лица. Слушают про кислород…
На перемену не пошёл. Сидел, вставать было неохота, да и опять начала болеть голова. Со мной осталась Розэ.
- Что случилось, макнэ?
- Месячные случились, сонбэ. Я сознание в туалете потеряла.
- А! Я, правда, сознание не теряла, когда у меня это началось, но паршиво себя чувствовала два дня. Мы испугались, когда одна из дежурных пришла на урок, и сказала, что тебя понесли в медпункт. Я даже подумала, что тебя директор побил! – Смеётся Розэ.
- Нет, он просто поругал меня за пение и танцы на уроке.
- А ты это здорово придумала! Всем понравился этот ганган..
- «Гангам стайл».
- Ты и вправду это сама придумала?
- Да, ночью записала. Ох! – Опять резануло в нижней части живота. Не буду же говорить Розэ, что это песня и танец вообще из другой вселенной, и это единственное, что я из К-поп знаю от начала и до конца. У нас. после появления этого клипа, только ленивый не знал этой песни . Танец учили все, и молодые и старые. Большей частью, правда, по Ютубу. Да и мозги нам полоскал телевизор этим гангамом довольно долго.
- Ничего. Пройдёт. Я уже научилась. Когда это у меня начинается, я пересиливаю себя и иду гулять. Знаешь, как здорово помогает.
- Может тебе и помогает, а мне не поможет. Еле до класса добралась.
- У тебя прокладки есть?
- Да, врачиха пачку дала. И ещё какие-то таблетки сунула в руки.
- Такие? – Розэ побежала к шкафчику, и принесла пузырёк с белыми капсулами.
- Нет, вот. - Показываю ей. Она сравнивает по надписи.
- Да, они одинаковые. Только тебе надо будет пить по три таблетки в день, а у меня капсула раз в сутки. А так, это одно и то же лекарство.
- И помогает?
- Да.
- А меня оставят сегодня на час после уборки. Да, Розэ! Мне неудобно, позвони Нинь. Скажи, что я три дня не смогу приходить на танцы.
- Сейчас! – Австралийка достаёт телефон, и передаёт Нинь, что со мной случилось. Ну и болтливы эти девчонки! Ладно, как нибудь до конца дотяну.
Место действия: старшая женская школа «Намсан», класс Лалисы.