Лалиса и её друзья (СИ)
Значит, чтобы заставить ноги работать на полную мощность, придётся серьёзно заняться тренировками, но и о безопасности не надо забывать. Хотя, надо попросить тётю помочь мне. Она же врач! Хоть в этом повезло. Составлю вместе с ней план тренировок, и буду их придерживаться. Так, с этим покончили…
Три дня назад меня повели к психологу. Я страшно дрейфил, ведь эти мозгокруты, как вцепятся в пациента, так до конца и будут на нервах играть. А вдруг я проговорюсь или ляпну что-то, чего нет в этом мире? Пока ехал на коляске в сопровождении медсестры, у меня в голове рисовались картины моего заключения в дурку. Но всё оказалось гораздо прозаичнее и совсем не так страшно.
В кабинете нас встретил благообразный старичок, который оказался главным психологом госпиталя Понсэн, Ли Бён Соком. Он усадил меня перед экраном монитора компьютера, и стал показывать какие-то картинки и фотографии животных, птиц, рыб, растений. Меня вначале взбесило то, что все эти иллюстрации было сделаны на розовом фоне. Это что, раз я считаюсь тут девчонкой,то всё должно быть в розовых тонах? Но вслух я ничего не сказал. На все вопросы отвечал односложно. Но старичок оказался въедливым, и стал интересоваться, что я думаю, например, насчёт пернатых. Ну, я и ответил:
- Птицы мне нравятся, особенно их красивые пёрышки. Да и летать они могут, где хотят. Гнёздышки вьют, птенцов высиживают.
- Но ведь есть птички, которые не делают гнёзд, и не умеют летать. Как с ними быть? Тебе они нравятся?
- Вы о пингвинах и страусах, доктор? Каждая птица знает от рождения, как и что ей делать, где жить. Главное, что они свободны. – Отвечаю я, а сам думаю:
«Не буду же говорить тебе, старый хрыч, что птицы летают, жрут и срут, и часто, на головы людей!».
Так, задавая вопрос за вопросом, этот Ли Бён Сок продержал меня четыре часа. Слава богу, что пришло время другой процедуры, и я с облегчением покинул кабинет психолога. Наверное, будь его воля, он сидел бы и задавал мне вопросы круглые сутки.
А позавчера меня сильно напугала медсестра Хан Ги На. Она пришла с милой улыбкой. И сообщила, что я должен пройти ещё одно обследование. Ну, больница, есть больница – здесь только процедуры, операции, консультации и обследования. Таков профиль всех подобных учреждений. Медсестра помогла мне залезть на кресло-коляску, и мы двинулись в нужном направлении
- А куда мы сейчас направляемся? – Спрашиваю у Хан Ги На. она улыбается, и говорит.
- Ты уже большая девочка, Лалиса, и врач предписал тебе обследование гинеколога. Вот туда мы и направляемся.
Что?! Какого гинеколога? Мне, мужику, и гинеколога?! Сразу подумал о побеге. Но эту мысли пришлось отбросить. Во-первых, я пока ходить нормально не могу, а не то что бегать, во вторых, мне некуда бежать. Даже, если я ухитрюсь, каким-то образом соскочу с коляски, меня догонят через два шага. Да и местности я тут не знаю. Допустим, случилось чуда, и я попал на улицы Пусана. А куда двигаться? Я никого тут не знаю, даже расположение улиц мне неизвестно. Бежать к новоявленным родственникам? Не знаю ни адреса, и ни как туда добраться. Да и, допустим, попал я к ним, так меня первая Хё Бин и отведёт обратно в госпиталь! Все эти мысли вихрем пронеслись в мозгах, и я скорчив плаксивую рожицу, спросил медсестру:
- А может, можно туда не ехать?
- Нельзя. Все девочки, начиная с двенадцати лет, проходят обследование у гинеколога.
Осталось смириться, хоть и в душе я негодовал. До кабинета гинеколога добрались быстро. Открылась дверь, и нас встретила доктор Ян. Хорошо, что хоть гинеколог – женщина. Она посмотрела на мой хмурый вид, улыбнулась, и спросила:
- В первый раз обследуешься?
Киваю головой, понимая, что сбежать, точно не удастся.
- Видно! – Улыбается врач.
- Проводите пациентку во вторую комнату. – Даёт задание она медсестре. На пороге следующего помещения я остановился, когда увидал этот пыточный агрегат. Если до этого момента я думал, что подаренное, и одетое на меня родственниками платье является пределом моих мучений, то я ошибся. Как только я увидал "это", сразу попытался удрать. Каким-то образом мне удалось развернуться на костылях, но тут я упёрся в ставшую стеной Хан Ги На.
- Убежать собралась? – Засмеялась вошедшая доктор Ян. – Не выйдет! Да и нет ничего страшного в этой процедуре!
Меня взяли за белы ручки, и водрузили на то, что я видал только в порнороликах на Ютубе или в фильмах подобного содержания. Это было оно – гинекологическое кресло. Рядом с ним стоял мощный светильник, который все видели в кабинете любого стоматолога. От страха я зажмурил глаза и старался думать о птичках, цветочках и обо всём, что меня отвлекло бы от происходящей реальности. Но получалось довольно плохо…
Гинекологическое кресло, которое Лалиса увидала на обследовании
То, что делала со мной доктор Ян, я могу описать только целой страницей нецензурных выражений. Наконец, гинеколог закончила свои богомерзкие манипуляции, и приказала слезть с кресла. Это я проделал при помощи медсестры.
Увидев моё сморщенное лицо, доктор Ян опять улыбнулась, и сказала:
- Привыкай, Лалиса-ян, тебе ещё много раз придётся проходить подобное обследование.
«Чур, меня! Вот сволочь, накаркала! Хотя, от реальности не убежишь, она права…».
Мысль промелькнула. и я немного успокоился. Ведь я здесь маленькая школьница, и со мной никто церемонится не будет. Моё мнение никому не интересно, и в расчёт никем не берётся. Тут так: раз ты младший, делай то, что тебе приказывают старшие. Они лучше знают и понимают, а тебе надо учиться, учиться и учиться...
Только мы собирались уйти, как доктор Ян задержала нас. Она внимательно осмотрела мою маленькую грудь, пощупала её, вызвав во мне ливень отрицательных эмоций. Женщина что-то посмотрела в своём планшете, а потом вынесла вердикт:
- Нет, к маммологу тебе, Лалиса-ян, пока рановато.
Я возблагодарил богов всех религий вместе взятых, что они не вставили моё сознание в девицу с каким-нибудь третьим номером груди. Увидев мою гримасу, но поняв её по-своему, доктор Ян улыбнулась, и сказала:
- Не бойся, Лалиса-ян! Сама не заметишь, как у тебя разовьются грудные мышцы. Ты ещё маленькая.
Тьфу, ты! Пророчица хренова! Не хочу я попадать к этим извращенцам-сиськодавам.
Хотя, если честно, и в этом она права. Если грудь вырастет, меня точно отправят к этим маммологам! не хочу! пусть она останется такой маленькой, как сейчас!
А доктор Ян между тем продолжала:
- У тебя милое личико, Лалиса-ян! Хотя, ты тайка, и этим всё сказано! Научишься правильно применять косметику, и у тебя не будет отбоя от женихов!
Тут меня окончательно заклинило:
«Мне мазать лицо какими-то красками и прочим дерьмом? Ни за что! У меня и так хорошая кожа, обойдусь без косметики! И женихов своих себе возьми, мымра! Я всех их тебе дарю!».
Правда, вслух я это не высказал. Наоборот, я попытался сделать поклон, и поблагодарить доктора Ян, что она так заботиться обо мне. Что сделать, тут такие традиции. Надо всех за всё благодарить. От этого никуда мне не деться. Надеюсь, в доме дяди можно будет хотя бы частично избежать этих поклонов и прочего, не зря же Хё Бин в Европе училась!
В палату приехали быстро. Но настроение у меня было испорчено на весь оставшийся день…
И вот, стою у окна, гляжу на город, вспоминаю все эти дни в больнице. Хорошо, что через день прибегают Сон Янг и Бэм Бэм. Это меня немного развлекает. Но, как всегда, положительные эмоции быстро сменяются отрицательными...
Место действия: кабинет лечащего врача Лалисы Пак Джин Хо.
Время действия: двадцать первое мая две тысячи девятого года, двенадцать часов дня.