Виталист

– Вот еще, буду я знакомиться с какой-то шл… – вздернула было носик Юлька, но, натолкнувшись на мой взгляд, осеклась. – Где ты ее хоть нашел? Раньше я ее не видела, значит, вы недавно познакомились.
– Буквально пару дней назад, – я тяжело вздохнул и пододвинул чашку несмело приблизившейся к столу Маше, начиная рассказ. – Короче, собрался я на охоту в Разлом Великих болот…
– Вот твари, – прокомментировала мой рассказа Юля, уже глядя на Машу без ненависти, зато с сочувствием. – Эти теневые гильдии давно пора разогнать! От них только вред и никакой пользы. Только подумать, загонять людей в рабство фактически. Ты извини, что я наговорила, я же не знала.
– В-все в порядке, – Маша боялась оторвать взгляд от чашки. – Ты права, я на самом деле шлюха.
– Не говори так! – стукнула кулачком по столу соседка. – Тебя заставляли! Ты не по своей воле спала с этими уродами. А насчет Ника, он тот еще кобель и никогда не откажется свой стручок пристроить. Вот и воспользовался возможностью.
– Неправда! – вскинулась вдруг Мария. – Я сама предложила, а он вообще сначала отказался. Сказал, что не хочет заставлять, не хочет, чтобы это было в благодарность. Мне пришлось его практически заставлять. Так что все случившееся только моя вина. Не надо на Никиту сердиться. Я сейчас уйду, а вы…
– Так, цыц! – я хлопнул ладонью по столу, прерывая самоуничижительный монолог. – Маш, если ты думаешь, что смогла бы заставить меня сделать что-то, что я не хочу, то подумай еще раз. Я не буду клясться тебе в любви, но после всего случившегося считаю себя немного ответственным за тебя. Юль, надеюсь, ты это поймешь. Ты по-прежнему номер один, но…
– Но, как всегда, ты не можешь пройти мимо, если кому-то плохо, – улыбнулась розововолосая. – За это я тебя и люблю. Хорошо, я не буду тебя ревновать к Маше, но только к ней! А ты запомни, я главная! Понятно?! А… тебе правда с ним понравилось? Ну, это делать? Я просто еще никогда и немного боюсь.
– Эй, чего началось-то?! – я с удивлением вылупился на подругу детства. – Нормально общались же. Ты чего вдруг стала мне гарем собирать?
– Я тут подумала, что тебя одного оставлять нельзя, – поскребла ноготком столешницу Юля. – В прошлый раз была какая-то Мия из «Небесной чаши». Сегодня Маша. А завтра кто? Не получится ли так, что, когда я приду в следующий раз, ты уже окажешься женат. Или еще что похуже. Я так не хочу, и если тебе нужны женщины, а меня ты из-за каких-то своих загонов не хочешь, пусть это будет Маша.
– А потом? – мгновенно вычленила главное моя гостья, пытливо уставившись на соседку.
– Мы… обсудим этот вопрос, – не стала отвечать та сразу, но, видимо, кроме вербальной составляющей, там было что-то еще, раз Мария мгновенно успокоилась и довольно кивнула. – Вот и ладно.
– Да ни фига не ладно, – я скрипнул зубами от злости, но постарался сдержаться. – Юленька, солнышко, а ты не много на себя берешь? Никто за меня не будет решать, с кем мне спать, а с кем нет!
– Тогда пошли! – Соколова подскочила и, схватив меня за руку, потянула в сторону кровати. – Давай! Я уже давно готова. Эти твои заскоки, что не хочешь портить мне будущее, мешают! А я не хочу в итоге остаться без тебя!
– Всё, извини, – я притянул девчонку к себе, крепко обняв. – Прости меня. Я такой как есть, негодяй, кобелина и вообще та еще сволочь. Давай пока замнем эту тему. Я тебе уже говорил, что ты всегда у меня будешь номером один. А насчет всего остального решим потом, когда я стану сильнее.
– Хорошо, – Юля хлюпнула носом, но успокоилась и вернулась за стол, тайком вытирая глаза платком. – Я, собственно, и пришла, чтобы помочь тебе это сделать. Вот.
– Это что? – я пододвинул к себе яркий рекламный буклет. – Испытание?
– Это возможность поступить в любую академию даже со слабой способностью! – припечатала рекламу ладонью Соколова. – Надо всего лишь войти в число финалистов, но тебе это будет несложно!
– А, это Испытание, – я понял, о чем говорит соседка. – С чего ты взяла, что я смогу его пройти? Если я не ошибаюсь, там только гильдейские выступают из топ-сто. Всегда считал, что это какая-та их местечковая тусовка.
 
– Нет, обычные люди или члены мелких гильдий тоже могут участвовать, – вдруг подала голос Маша. – Правда от этого толку мало, победить все равно не дадут. Я в прошлом году участвовала и даже сумела продержаться до самого конца, но меня все равно на выходе подловила команда из «Медной головы», и все жетоны забрали.
– Точно, там же нужно охотиться на монстров, – припомнил я, хоть раньше особого внимания на эти шоу не обращал. – Но насколько я знаю, это не гарантия поступления. Академии могут наградить финалиста грантом на обучение, а могут и не дать ничего. И по факту лишь поссоришься с сильными гильдиями, чьих ставленников бортанешь, а сам останешься ни с чем.
– Такое бывает очень редко, – с деловым видом принялась рассказывать Юля. – За всю историю шоу это случилось дважды, да и то потому, что финалисты оказались замешаны в крайне неприятных историях. Один в изнасиловании, а другой в убийстве других участников. Причем это ему еще могли спустить, если бы смерть произошла случайно, в процессе борьбы. Но этот ублюдок специально охотился на слабых участников и убивал их. А перед этим пытал. Его на выходе сразу забрала полиция и приговорили к пожизненному. Говорят, он сгинул где-то в Разломе А-ранга.
– Я тоже слышала, что осужденных Охотников используют для разведки новых Разломов, – кивнула Маша. – Но главная проблема на Испытании, это не добыть жетоны, а выйти с ними. Участники из сильных гильдий часто сбиваются в группы и просто караулят остальных, забирая их добычу. Правда, я не понимаю, зачем, ведь они и так могут поступить в любую академию. Только возможности у тех, кому не так повезло, забирают.
– Если все места займут гильдии, Ассоциация может надавить, заставить сделать квоты для обычных людей, – пожала плечами Юлия. – А так создается видимость выбора. Мол, мы берем лучших, а если никто кроме топовых гильдий не может пробиться, так это они сами виноваты. Для этого и созданы шоу типа Испытания или Царя горы. Обычная манипуляция сознанием… что?!
– Моя девочка совсем выросла, – я смахнул несуществующую слезинку. – Это тебе в гильдии рассказали?
– Ну не прямым текстом, – пожала плечами бывшая соседка. – Слово там, предложение здесь, так потихоньку и собрала картину. «Серебряное яблоко» входит в топ-двадцать сильнейших гильдий Элизиума, и сам понимаешь, что они разбираются в этих вещах. И из того, что я слышала, именно в этом году есть шанс. Ассоциация охотников собирается усилить надзор, поэтому крупные гильдии будут вынуждены играть по правилам. А значит, есть возможность обойти их и стать финалистом. И я знаю, ты сможешь.
– Честно говоря, никогда не думал о таком варианте, – я почесал затылок. – Но… почему бы и нет. Попытка не пытка, и я ничего не потеряю, даже если не пройду.
– У тебя все получится, я уверена! – схватила меня за руку Юля. – Ты очень сильный, даже несмотря на свой талант. А если то, что ты мне говорил, правда… ты должен пойти! И помнишь, ты обещал! Два года!
– Да, да, – я кивнул и посмотрел на притихшую Машу. – А ты не хочешь попробовать?
– Я? – вздрогнула та, вскидывая голову. – Я не… я не знаю. Вряд ли у меня что-то получится…
«А тебе я буду только мешать». Эта фраза осталась невысказанной, но я ее понял по глазам. И с одной стороны, так и было, да и не считал я себя чем-то обязанным этой девушке. То, что мы переспали, никакого значения не имело. Если я буду брать на себя ответственность за каждую, с кем переспал, это мне придется день и ночь пахать, чтобы их обеспечить. Даже жалостливая история меня не особо трогала, такое происходит сплошь и рядом каждый день, а уж в Элизиуме, с его почти полностью отсутствующей социальной системой, так и вовсе никому нет дела до семьи неудачниц. Разве что подумают, как их использовать, не более.
Мне, вон, тоже никто не помогал, да и хозяин тела выживал как мог, хватаясь за любую работу. И ничего, выжили. Я так и вовсе неплохо жил, быстро поднявшись среди свалочной шпаны. Пара проломленных голов, несколько сломанных ног, один труп – и у меня появилась слава отморозка, готового на всё, если его заденут. Понятно, что девочке в этом вопросе тяжелее, но тут скорее вопрос опыта и готовности идти до конца. Маша была не готова, ей было проще попасть в рабство, со всеми вытекающими. Впрочем, не мне ее осуждать. Каждый живет как может.