Виталист

– Нет, нет, точно барабаны! – уперлась девушка. – Только какие-то странные. Словно звук идет не по воздуху, а по воде.
– Сука… – выдохнул я, видя, что мои наихудшие опасения сбываются. – Твою мать, три ведра морских ежей тебе в гальюн!!!
– Т-ты чего? – попятилась Маша от меня с полными ужаса глазами. – П-пожалуйста, не надо. Пожалуйста… я все сделаю…
– Заткнись, – я кинул на нее яростный взгляд, но, поняв, что врежу сам себе, постарался успокоиться. – Спокойно. И извини, это не тебе было. Просто у нас огромные проблемы. Не читали, что ли, книг про дикарей?
– Нет, – переглянулись молодые Охотники. – А кто это? Из какого Разлома?
– Вот блин, вы темные, – я тяжело вздохнул. – Люди это, живущие в непроходимых джунглях и не знающие цивилизации. Так вот, они для того, чтобы общаться с дальними поселениями, использовали барабаны. Тамтамы.
– Ты хочешь сказать… – Маша оказалась самой сообразительной, но при этом так же подверженной стереотипам. – Не может быть. Фроганы – это просто тупые монстры.
– Тупые монстры не делают оружие и украшения, не умеют приручать зверей, не устраивают грамотных засад, – я морщился, разминая ногу и снова используя «Среднее лечение», щедро расходуя виту, благо накопил ее огромное количество. – И у тупых монстров не бывает шаманов. Так что, если вы до сих пор считаете фроганов лишь добычей, у меня для вас плохие новости. Пусть по сравнению с людьми жабы действительно примитивны и отсталы, но нам этого будет за глаза. Впрочем, если кто-то способен справиться с несколькими сотнями бойцов и шаманов, я его сдерживать не буду. Вперед и с песней.
– Но тогда зачем мы тащим эти трупы?! – неожиданно вполне резонно задал вопрос Валера, вернув мне веру в человечество. – Без них будет гораздо проще бежать…
– И совершенно незачем, – обломал я разошедшегося щитовика. – Разве что ты предпочитаешь сдохнуть смертником в незнакомом Разломе, а не от копий и шипов фроганов. Но, как по мне, разницы никакой нет. Видишь ли, вы по-любому запутаетесь в показаниях, когда вас спросят, как погибли эти двое. А даже если нет, то вас возьмет за химок глава гильдии и выбьет правду. А потом уничтожит за то, что вы им не помогли. Дошло? Мы в одной упряжке, и шанс спастись только один – добраться до выхода из Разлома вместе с телами и запустить проверку Ассоциации. Или хана. Понятно? Тогда взяли полотно и бегом!
– А ты почему не несешь? – снова влез неугомонный Машкин ухажер. – Мог бы встать вместо кого-то из нас.
– То есть вместо тебя, – я с кривой ухмылкой глянул на пацана, вся любовь которого тут же растворилась, стоило жопе пригореть. – Хорошо. Доставай свое оружие, будешь отбиваться от зубаров и змееящеров. И фроганов, когда они нас нагонят. А попытаешься сбежать в одиночку, я сломаю тебе ноги и брошу. Я понятно объясняю? Так что давай. Нет, тогда завалил пасть, схватил тело и бегом, мать твою, пока я тебе глаз на жопу не натянул!!!
Кто-то мог сказать, что я груб и вообще хамло, но особого выбора у меня не было. Или так, или… на четыре трупа в болотах станет больше. А убивать я не хотел даже остолопа и крысу Валеру. Пусть он моральный урод, хорохорящийся в присутствии чужих, а сам не смог даже защитить предмет своего воздыхания от насилия, но все же человек. А я дал себе слово, что не буду убивать без нужды. Хотя то же управление водой мне совсем бы не помешало, чего греха таить. Как и любые другие способности, я уже вкусил всю прелесть сильных умений и не собирался останавливаться. Жаль, с того же шамана ничего не досталось, но что поделать, его убил не я, а Система в этом вопросе была очень привередлива.
– Мамочки!!! – вывел меня из заманчивости крик Маши, и я тут же кинулся к ней. – Помогите!!!
Там было чему напугаться. Вынырнувший из топи зубар буквально обмотал ее языком и сейчас тащил к себе в пасть. А Валера, хренов герой-любовник, вместо того чтобы помочь, отскочил как можно дальше и сейчас собирался задать стрекача. Причем, судя по брошенному на меня взгляду, он прекрасно понимал, что делает. Просто своя рубашка оказалась ближе к телу. И любовь вдруг прошла, словно и не бывало. Не зря он мне сразу не понравился. Зуб даю, Валера еще и на друзей своих стучал, знаю я эту породу. Жаль только, что у меня не было времени разбираться с ублюдком, Маша уже была практически в пасти монстра, а тот собирался тут же нырнуть с добычей обратно в воду.
 
Больная нога не способствовала развитию скорости, грубо говоря, я не успевал. Если бы девчонку задержали буквально на секунду-другую, мне бы этого хватило, а так… я взревел и с ходу метнул альшпис, целясь в основание языка. Ход скорее отчаянья, чем точного расчета, свои способности к метанию я прекрасно оценивал как никакие, но, видать, боги приглядывали за мной, потому что меч-копье не пролетел мимо, сгинув в трясине, и не скользнул по крепкой чешуе монстра, а угодил точно туда, куда я целил. И даже больше того, когда зубар дернулся от боли, клинок повернулся, встав поперек морды и начав полосовать язык на части.
Больше всего я боялся, что тварь сейчас просто кинется в воду вместе с жертвой и моим оружием, и поминай как звали. Но повезло. Видать, все-таки монстр действительно был близок к земноводным и не умел дышать под водой. А значит, ему требовалось закрыть пасть, хотя бы чтобы не набрать воды в желудок и суметь снова всплыть. И зубар принялся скакать на месте, мотая мордой и размахивая языком с зажатой им Машей. Девчонка визжала так, что уши закладывало, но меня это радовало, значит, живая и почти здоровая. Шипы языка монстра, конечно, неприятны, но с такими повреждениями я легко мог справиться. Главное, чтобы она осталась жива, а с этим могли возникнуть проблемы.
Но и тут мне повезло. Дважды. Во-первых, мягкая, напитанная водой почва болота гасила тяжелые удары, так что девушка не получила значительных повреждений, а еще мне удалось подловить момент и ухватиться за рукоять альшписа. Ослепленный болью зубар даже не понял, откуда перед ним возник жалкий человечишка, на которых он привык охотиться. Да, людей от фроганов монстр не отличал. А зря. И снова получив свое оружие, я дернул его на себя, отрезая половину языка, а следующим ударом снес оставшуюся часть и тут же кинулся в сторону, уходя от взбесившегося от боли монстра.
Следующие пару минут мы с зубаром играли в догонялки. Он ловил, а я пытался не попасть под тушу весом в половину тонны. Ладно, вру, там килограммов триста было максимум, но мне и этого бы хватило за глаза. Так что приходилось прыгать и уворачиваться, благо монстр был весьма инертным и просто не мог двигаться на короткие расстояния. И, уведя его от группы, я специально встал так, чтобы следующий прыжок привел его домой, в глубокий омут, из которого еще надо суметь вылезти.
Так и получилось. Одуревший от боли зубар прыгнул, стремясь снести меня с ног, и опять промазал, рухнув в воду. И, немного подергавшись, ушел на глубину. Инстинкты, с ними не поспоришь. А я с трудом поднялся на ноги, чувствуя, что еще немного, и потеряю сознание от боли. И ведь у меня было обезболивающее в аптечке. Для Охотников продавались неплохие наборы, не хуже военных, но я не хотел его колоть, потому что мне нужно было чистое сознание. Ну, насколько это возможно. Так что пришлось ограничиться парой «Средних лечений» и вернуться к остальным.
Машу к этому времени уже выпутали из языка, и девчонка тряслась от боли и потрясения, сидя прямо на теле Вадима. Ее такие мелочи ничуть не смущали, может, наоборот, даже получала извращенное удовольствие, попирая своего насильника, но, скорее всего, от шока просто не понимала, что происходит. А еще рядом обнаружился Валерчик. Со здоровенным бланшем под глазом. Видать, товарищи не оценили его поступок и выразили возмущение подручными средствами. А может, и ногами, если судить по тому, как уродец скрючился в грязи.
– Тише, тише, – я осторожно, чтобы не навредить, обнял девушку, успокаивая, а заодно начиная лечение. – Уже все в порядке. Сейчас мы тебя подлечим, и будешь как новенькая. Ты молодец, отлично держалась. Дала этой твари прикурить.